Труд: Виктор Понедельник: «В 1960-м наш футбол был лучшим в мире»

Главная Спорт 04:12 22 Мая 2012 4234

Виктор Понедельник: «В 1960-м наш футбол был лучшим в мире»

Перед своим юбилеем Виктор Владимирович дал эксклюзивное интервью «Труду»

Напечатать

22 мая исполняется 75 лет Виктору Понедельнику. В начале 1960-х годов он был центрфорвардом сборной СССР, на первом в истории футбола чемпионате Европы стал автором «золотого гола». На протяжении 1970–1980-х годов работал спортивным журналистом, возглавлял газету «Футбол».

Перед своим юбилеем Виктор Владимирович дал эксклюзивное интервью «Труду».

В большой футбол меня вывел летчик Покрышкин

— Виктор Владимирович, в прессе встречаются противоречивые сведения о том, где вы учились и в каких клубах играли до попадания в сборную.

— По окончании школы я стал курсантом Военно-инженерного училища в Ростове и попал в команду военного округа. Военными начальниками там были знаменитые люди и большие фанаты футбола — командовал Северокавказским округом маршал Еременко, а авиацией округа — легендарный летчик Покрышкин. Надо сказать, они заботились об армейском спорте, создали ростовскую команду СКА. Сначала выставляли ее на первенстве города, а потом добились нашего участия и во всесоюзном чемпионате СССР. Причем в межсезонье нас, как и другие сильнейшие футбольные клубы и даже сборную страны, вывозили на самые лучшие по тем временам зимние поля СССР — в Адлер, где мы играли прямо рядом с военным аэродромом. Конечно, в зимнее время лужи занимали более половины футбольного поля. Под ногами всегда была грязь, которую мы месили, а за воротами — обязательные ямы.

— А зачем эти ямы рыли?

— Их рыли местные мальчишки, которые толпами приходили смотреть тренировки и матчи всех приезжавших на юг команд. Если мяч залетал в яму, мальчишки его незаметно сверху засыпали землей. И когда команды уходили с футбольного поля, мальчишки этот мяч откапывали. Им доставалось таким образом целое состояние — по меркам тех времен. Потом целый квартал или поселок играл этим трофейным мячом. Ну, а футбольные сетки вешали на ворота перед каждой игрой, и сразу по ее окончании снимали. Иначе местные сразу пустили бы ее на свои хозяйственные нужды. Подобные обычаи были по всему Черноморскому побережью.

— А каким образом вы из военного клуба попали в «штатский»?

— Когда я отучился два курса, по стране пошла массовая хрущевская демобилизация, сокращение личного состава на всех уровнях. Командир нашего училища вызывал всех курсантов к себе и предлагал перевестись в другие вузы СССР — в Ленинград, Владивосток. Я попросил время на раздумье, а отец мне сказал: «Хватит, отвоевался». Так что я ушел на гражданку, и мне два курса училища зачли в качестве срочной службы. Меня сразу приняли в клуб «Ростсельмаш», который выступал в классе Б, то есть во втором дивизионе чемпионата СССР.

В футбольной сборной тяжелей всего давались лыжи

— Сейчас удивляет — из команды класса Б вас взяли в национальную сборную.

— Да, еще в 1957 году, когда играл Эдуард Стрельцов. Но перед чемпионатом мира 1958 года я получил травму колена, а потом меня мучила астма. Но к подготовке к финальной части чемпионата Европы меня уже подключили.

Подготовка шла очень серьезная. Много внимания было посвящено работе над силой, выносливостью. И потом это полностью оправдалось.

— Ваш предшественник, тоже южный человек — Симонян, рассказывал: в сборной его пытались поставить на коньки, но безуспешно. А на лыжах он научился кататься и увлекался ими даже после ухода из футбола.

— У меня противоположная ситуация. Качалин по время подготовительного периода давал самые разнообразные тренировки. Жили мы в Москве, а на лыжный пробег нас возили на загородную базу. Помню, все быстро пробежали круг. Пока я финишировал, остальные успели помыться, переодеться, поужинать. И потом дружно смеялись надо мной и грузинами, которые тоже впервые в жизни надели лыжи лишь в расположении сборной СССР. А вот на коньках я хорошо катался.

— А где научились?

— Еще в детстве, в Ростове: на замерзших лужах мы постоянно рубились в хоккей. Совершенствовал свое катание и в одиночку. Я надевал мамины боты, на них привязывал коньки «дутыши». Цеплялся за грузовики и за ними носился по обледенелым ростовским улицам. Так что уверенно катался на коньках. А тогда в команде были настоящие мастера игры в хоккей — Ильин, Нетто, Численко, да и Яшин надежно стоял и на хоккейных воротах. Но когда сборную России вывели на хоккейную тренировку, Миша Месхи упал лицом на лед — разбил себе нос и губу. С тех пор Гавриил Качалин и Андрей Старостин от греха подальше запретили выходить на лед всем южанам, и мне в том числе. Пока остальные играли в хоккей или просто скользили на катке, я с грузинами в зале играл в баскетбол или в футбол на маленькие ворота. Иногда жалел об этом, потому что на тот лужниковский каток приходило много красивых девушек.

Качалин считал меня грузином

— Грузины призывались в сборную регулярно. А перед Евро-60 не случалось, что они создавали группировку, говоря между собой по-грузински?

— При мне такого не было. Миша Месхи, впервые попав в сборную в 1959-м, в самом деле плохо говорил по-русски. Но осваивал его довольно быстро. Правда, он до конца жизни так и не избавился от сильного акцента. Еще до поездки в Париж он хорошо знал весь необходимый жаргон. Например, кричал «ноги!», если ему надо было дать пас точно в ноги. Если «через» — это он начинал рывок на свободное место, и туда следовало ему перебросить мяч верхом через защитников. Защитник Гиви Чохели же по-русски говорил очень хорошо, почти без акцента. А Слава Метревели и вовсе… грузинским языком владел хуже, чем я.

— А вы каким образом выучили грузинский?

— Я детские годы провел в Тбилиси, куда эвакуировали мою семью вместе с авиационным заводом. Жил недалеко от стадиона «Динамо». Там же, кстати, и пристрастился к футболу. Даже сейчас помню довольно много грузинских слов. А Метревели родился в Сочи, играл сначала в горьковской и московской командах. А когда его взяли в тбилисское «Динамо», он освоил грузинский язык далеко не сразу после переезда в Тбилиси, и на эту тему над ним многие подшучивали. А вообще перед чемпионатом Европы у нас в команде были дружные, очень добрые отношения. Старшие товарищи приняли меня очень сердечно.

— Даже Нетто?

— Капитан нашей сборной очень злился, когда кто-то из его партнеров отдавал пас пяткой.

— Кроме Стрельцова, кто в те годы играл пяткой?

— Многие футболисты — не только Эдик. Я сам применял этот элемент, еще играя в классе Б. Но рядом с Нетто я избегал это делать, чтобы лишний раз не нервировать его — пасовал «щечкой». Все знали его характер. Нетто был настоящий лидер — мог и Льву Ивановичу, и Никите Павловичу «напихать». Для него не существовало авторитетов. Держал дисциплину, порядок, но и сам был по этой части идеальным примером.

Яшин учил меня рыбацким ноу-хау

— Правда, что Яшина мучила язва желудка, и он даже тренировки пропускал?

— Да, и вся команда очень сопереживала ему. А меня порой так сильно прихватывала астма, что тоже приходилось пропускать тренировки. Команда занималась два раза в день, а я — один. В то время астму лечили примитивными средствами. Мне вводили, кажется, хлористый кальций. И после укола в задницу меня всякий раз часа два «колбасило» — был как сумасшедший, ничего не соображал. Какая уж тут тренировка? И меня Гавриил Дмитриевич сам отправил в напарники Яшину. Лев Иванович, когда его освобождали от утренней тренировки при обострении болезни, отправлялся на рыбалку, которая его успокаивала и настраивала на нужный лад.

— Кто из вас двоих больше вылавливал?

— Я вырос на Дону, и в детстве немало рыбачил, но, конечно, самыми простецкими, примитивными удочками. А Лев Иваныч до 1959 года объездил весь мир, и в каждой стране, где был, приобретал рыбацкие снасти, в том числе и самые современные, навороченные. Мне он их выдавал, просвещал насчет технических новшеств. Я осваивал, хотя и не сразу. Так что Яшин, наверное, больше вылавливал, хотя мы и не задавались целью соревноваться в объеме улова.

В 1960 году мы были сильнейшими по всем статьям

— Про победу на Евро-60 написано много. Почему через два года наша сборная выступила хуже?

— На чемпионате мира 1962 года мы объективно были среди главных претендентов на звание победителей, и вся западная пресса об этом писала. Если бы не несчастье с Яшиным, с теми же чехами, которых разгромили в полуфинале Евро-60, мы должны были встретиться в финале чемпионата мира 1962. Но на последнем этапе подготовки к нему в товарищеском матче нападающий сборной Коста-Рики попал Владимиру Маслаченко в висок и сломал кость. Володя ведь после того даже оглох и пользовался специальным слуховым прибором, о чем никому не говорил. Таким образом, мы лишились очень сильного, равноценного Яшину вратаря. А в первом же матче чемпионата мира уже и Яшину досталось в голову от бутсы югослава. Лев Иванович получил сотрясение мозга, но вынужден был играть дальше. Еще и от колумбийцев досталось, а потом и в матче с Уругваем добавили. Ему надо было отдохнуть хотя бы один матч, тем более что в запасе сидел очень неплохой вратарь Серго Котрикадзе. Врач каждый день отслеживал состояние здоровья Яшина и заявлял, что выходить на игру ему просто опасно для здоровья. Но Качалин и Андрей Старостин говорили по телефону с Москвой, и высокое начальство категорически требовало ставить Яшина в каждом матче. Таким образом, в четвертьфинале Лев Иванович вообще себя плохо чувствовал и пропустил два нелепых гола. Мы сборную Чили превосходили по всем компонентам, но проиграли в счете. А в 1960 году, в отличие от 1962-го, Яшин был в идеальном состоянии. Как, впрочем, и вся наша сборная.

— Действительно вас перед финалом пустили на базу сборной Франции? И сколько это стоило?

— После того как из Марселя мы прибыли в Париж, французы предложили бесплатно! Для них полуфинал сложился трагически. Они выигрывали у югославов 4:1, а проиграли 4:5. Может быть, именно поэтому так гостеприимно французы к нам отнеслись.

— Эта база намного лучше тех, что были в СССР?

— Мы перед чемпионатом Европы тренировались в Тарасовке или Баковке. И там и там было лишь одно поле, а на базе под Парижем — восемь. И все они качеством превосходили лучшие московские. Тем не менее даже в очень сложных бытовых условиях сборной СССР удавалось хорошо подготовиться и выйти на один уровень игры с мировыми лидерами футбола. В то время Качалин постоянно контролировал, как кандидаты в сборную готовятся в своих клубах. И уже в расположении сборной он мог дать игроку работу, которой ему на тот момент недоставало.

— А сейчас не только специалистов, но и журналистов не пускают в клубы посмотреть, как команды тренируются.

— А мне как бывшему журналисту и редактору вообще непонятно, что в наших СМИ пишут о футболе. Банановая тема заслонила все остальные. А когда на других матчах бросаются другими предметами? Бывает, весь газон усыпан зажигалками, ручками. Это лучше банана? А то швыряют и камни, куски асфальта — даже стекла автобуса болельщиков, футболистов разбивали. И насчет этого в наших СМИ — тишина. А попадание, наверное, болезненнее будет, чем от банана. Но почему и за чей счет это все замалчивается?! Я уж не говорю об избиении футболиста на поле и в подтрибунном помещении. А потом нам объявляют: документально нигде не зафиксировано. Но ведь потому судья и инспектор в рапорте не зафиксировали, что они были на сей счет стимулированы принимающей стороной.

— Вы югославов превзошли за счет «физики»?

— В первом тайме шла равная игра. А во втором наше преимущество постепенно становилось подавляющим. Представляю, как наши соперники вымотались к концу игры. Мы и сами были обессиленные после победного финала. Но, с другой стороны, невозможно побеждать классных соперников лишь за счет одного сильного компонента в игре. Все было в той сборной СССР на должном уровне: не только «физика», но и индивидуальное мастерство, тактика, волевые качества.

Бескова наказали за «серебро», журналистов — за Франко

— А почему через четыре года не сумели повторить успех?

— Мы очень уверенно прошли всех соперников в отборочных матчах в Евро-64, в том числе сильные сборные Италии и Швеции. В полуфинале обыграли датчан — 3:0. Я думаю, нам в Испании против сборной хозяев поля и не могли позволить выиграть. Английский судья Эллис старался вовсю. Среди героев в команде испанцев главным был вратарь Ирибар — в матче против нас он просто чудеса творил.

— А в действиях сборной СССР какие вспоминаете изъяны?

— А нас в начале матча подкосило неожиданное решение главного тренера Константина Бескова — поставить центрального защитника Виктора Шустикова на правый фланг. С его массой — как бы он бегал по краю? И вообще на тот матч Константин Иванович почему-то выставил пять номинальных защитников. Налаживать атакующие действия нам было сложно и непривычно. Мне кажется, именно непривычные позиции и внесли несогласованность наших защитников в начале матча. В самом дебюте матча кто-то из них решил сыграть не надежно, а красиво. Но упустил мяч, и тут же испанский форвард Переда отправил его в наши ворота — расстрелял Яшина в упор. И, тем не менее, на протяжении всего матча соперники были равны, ни в каком компоненте мы испанцам не уступали. Хусаинов вскоре сравнял счет. И дальше игра пошла «на качелях». Испанцам немного больше повезло — за шесть минут до конца матча им удался быстрый проход по флангу и прострел. Защита опять проявила несогласованность, и Марселино забил победный гол.

— По нынешним временам второе место посчитали бы подвигом команды. А тогда и Бескова с треском сняли, и всех игроков сборной встретили в Москве неласково.

— А из-за того финального матча на нашем телевидении половину работников разогнали. Испанские операторы постоянно ловили в кадр главу страны — генералиссимуса Франко, ведущего за руку малолетнего Хуана Карлоса, будущего короля. Эти телевизионные кадры подолгу смотрел весь мир. Но как же наши телевизионщики могли их отключить, когда они знали Франко только по карикатурам Ефимова и Кукрыниксов в советской прессе? И карикатурам, надо сказать, очень непохожим на оригинал. Я не радуюсь неприятностям телевизионщиков, а лишний раз отмечаю: как большой спорт был тогда политизирован и к каким нелепым итогам иногда это приводило.

Досье «Труда»

Виктор Понедельник, футболист

Родился 22 мая 1937 года в Ростове-на-Дону в семье известного журналиста.

За «Ростсельмаш» начал выступать в 18 лет. С 1959 по 1965 год играл за СКА. В сборной СССР провел 29 матчей, забил 20 голов, в том числе победный в финале Евро-1960. В 1969–1983 годах возглавлял отдел футбола в «Советском спорте», в 1984–1990 годах работал редактором газеты «Футбол».

Напечатать

Спорт 20:01 / 25 Апреля 2026 9592

Шах и мат

Под редакцией международного мастера Максима Орлинкова

Максим Орлинков

Труд

Сегодня мы заканчиваем рассказ о соревнованиях претендентов, проходивших на острове Кипр. К большому сожалению, сложились они для россиян не очень удачно. От выступления Андрея Есипенко не было каких-то завышенных...