08 декабря 2016г.
МОСКВА 
-3...-5°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.91   € 68.50
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ЕСТЬ ИМЕНА И ЕСТЬ ТАКИЕ ДАТЫ

Смирнова Ирина
Опубликовано 01:01 22 Июня 2005г.

Есть имена и есть такие даты -
Они нетленной сущности полны.
Мы в буднях перед ними

Есть имена и есть такие даты -
Они нетленной сущности полны.
Мы в буднях перед ними виноваты -
не замолить по праздникам вины.
А.Твардовский.
В небольшом провинциальном городе Гвардейске на стене старого двухэтажного особняка висит скромная мемориальная доска - здесь в 1945 году находилась редакция "Красноармейской правды", в которой работал Александр Твардовский. Эта доска появилась задолго до мемориального бума, которым охвачен нынче предъюбилейный Калининград, ее инициаторами были журналисты Петр Казаченок и Эдуард Лифшиц. Обоих уже нет в живых, и теперь Светлана Ивановна Горелова, вдова Петра Петровича, продолжает дело его жизни. А он был увлечен литературным краеведением. В частности, собирал, систематизировал информацию о пребывании здесь Александра Твардовского. Вот что ему удалось узнать.
В 1945 году вместе с войсками 3-го Белорусского фронта в составе редакции фронтовой газеты "Красноармейская правда" поэт прошел Восточную Пруссию с востока на запад. Писал по живым впечатлениям стихи и прозу. Его очерк "Кенигсберг" опубликован 11 апреля 1945 года - через день после успешного штурма крепости. А 12 апреля в письме к своему родственнику фронтовику М.Плескачевскому Твардовский писал: "Был в Кенигсберге. Одно из самых сильных впечатлений за всю войну". Именно здесь и создавались заключительные главы "Василия Теркина". В них мы встречаем устраненные нынче с карты области названия, узнаваемый восточно-прусский пейзаж с домиками под красными черепичными крышами:
Скучный климат заграничный,
Чуждый край краснокирпичный...
Несколько раньше, вступая вместе с передовыми частями в Инстенбург (ныне Черняховск), Твардовский увидел его задымленные, озаренные зловещим пламенем улицы. Они показались ему "ходами и переходами какого-то подземелья, преисподней". Не эти ли впечатления легли в основу потусторонних картин "Теркина на том свете"?
4 мая 1945 года Александр Трифонович писал Плескачевскому, что за зиму сделал три новые главы "Теркина". И последняя точка в поэме была поставлена в городе Тапиау - нынешнем Гвардейске. День Победы он встретил здесь вместе с редакцией фронтовой газеты. По воспоминаниям Александра Кондратовича со ссылкой на Твардовского, "последнюю главу "От автора" он написал словно бы на одном дыхании, в настроении на редкость духоподъемном, 9 мая 1945 года. Твардовский рассказывал, что он нашел укромное местечко, да еще заперся там и решил во что бы то ни стало завершить свою книгу".
Писатель Евгений Воробьев в своих воспоминаниях пишет об этом историческом дне: "Стоя на крыльце уцелевшего дома, где ночевали сотрудники редакции, Александр Твардовский вместе со всеми участвовал в салюте, оглушившем Тапиау. Свои патроны расстрелял, выпросил запасные обоймы у писателя Мориса Слободского и художника Ореста Верейского"...
Почти одновременно с "Теркиным" Твардовский писал поэму "Дом у дороги". Прототипом героини произведения явилась Настасья Яковлевна Маслова. Вместе с дочерью она была угнана в Восточную Пруссию, попала в концлагерь, откуда их освободили советские войска. Твардовский встретился с ней на Кенигсбергском шоссе, и эта встреча легла в основу очерка "Настасья Яковлевна", дала творческий импульс созданию поэмы. В начале 90-х годов прошлого века на месте зловещего концлагеря было открыто кладбище - мемориал узников Шталага. А скромная пенсионерка Светлана Горелова мечтает теперь о том, чтобы какая-нибудь из улиц Калининграда была названа именем поэта, который увековечил край в своем великом произведении.
- Он оставил нам не только замечательную поэзию, но и пример собственной жизни, образец гражданского мужества, не казенного патриотизма,- говорит Светлана Ивановна. - Его поэзия сегодня чрезвычайно актуальна, потому что время наше тоже не из легких. Как бы ни было трудно, мы не забудем его завет о главном, без чего он не мыслил своего существования:
А всего иного пуще
Не прожить наверняка
Без чего? Без правды сущей,
Правды, прямо в душу бьющей,
Да была б она погуще,
Как бы ни была горька.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников