Пять лет назад в одном из зданий, относящихся к спортивному комплексу «Олимпийский», возник «Клуб Алексея Козлова». Это было уникальное культурное явление. В клубе знаменитого саксофониста звучал не только джаз, но и другая музыка, там проходили выставки, презентации книг, встречи с творческими личностями, перформансы. Клуб объединял вокруг себя не только музыкантов высокого уровня, представляющих различные направления современной музыки, но и подготовленную публику, авторитетных музыкальных критиков, известных журналистов. В декабре прошлого года «Клуб Алексея Козлова» закрылся. К счастью, остановка работы оказалось временной. Несмотря на всю свою неформатность и неконъюнктурность, недавно клуб предстал в обновленном виде. Теперь он находится на Маросейке, в одном из пабов…
– Алексей Семенович, почему все же закрылся клуб в «Олимпийском»?
– Честно говоря, мне совсем не хочется об этом говорить. Отвечу предельно кратко. Владельцы помещения в Олимпийском последние несколько месяцев нашего пребывания там не выполняли своих обязательств по нашим взаимным соглашениям. Никаких вложений в развитие, большие задержки по зарплатам. А потом они, не предупредив нас, сдали помещение другому клубу. Мы узнали об этом через социальные сети. Так наша история в «Олимпийском» сама собой подошла к концу. Но волею судеб именно в этот критический момент мы случайно познакомились с руководством компании, строившей паб на Маросейке, и между нами возникло полное взаимопонимание. Это у них уже шестое или седьмое подобное заведение в Москве, и им хотелось найти что-то такое, чтобы отличало его от всех предыдущих. Наш клуб для этой цели подошел идеально. Мы даже торопили их со строительством, я сказал, что пауза «убивает» историю нашего клуба, и если мы не откроемся в ближайшие месяцы, то потом о клубе Козлова уже никто и не вспомнит. И вот наконец мы открылись. Это большая радость для всех нас, что множество случайностей сложились в правильный пазл, и клуб продолжает жить с хорошими музыкантами, отличным звуком и светом.
– В моем сознании пивной паб и «Клуб Алексея Козлова» не очень между собой совмещаются.
– Вы не правы, в концепции всех появившихся в Москве ирландских пабов есть что-то хулиганское, в джазе тоже присутствует некоторое бунтарство. Обратите внимание, что и оформление здесь очень необычное. Дизайном занималось ирландское архитектурное бюро. Все эскизы были нарисованы вручную. Также в этой работе также принимал участие и замечательный художник-иллюстратор Виктор Меламед – куратор курса иллюстраций Британской школы дизайна. Посмотрите, какие потрясающие светящиеся фигуры флейтиста, саксофониста, трубача, уже висящие на стенах, им созданы. Все постеры и афиши клуба также будут нарисованы Виктором и его учениками. А еще тут очень много фресок, клуб оформлен в стиле ар-нуво, который по своей идеологии близок тем, кто слушает джазовую и околоджазовую музыку.
– На новом месте по идее все должно быть по-новому. Изменится ли формат клуба?
– В нашем клубе на протяжении всех лет его существования звучал не только традиционный джаз, но очень широкий спектр музыки от фри-джаза и прогрессив-рока до worldmusic. И здесь будет тоже самое. Кроме классических джазовых стандартов(а куда же без них?) здесь будет исполняться самая разнообразная музыка. Вообще понятие формата – это нечто трудноопределимое и многогранное. Но когда мы только встретились с нашими партнерами и начали обсуждать планы, то я сказал, что мечтаю создать самый лучший джазовый клуб Москвы, место, которое прогремит не хуже, чем какой-нибудь BlueNote или Birdland. Что касается развития бренда клуба и создания новых программ, то сейчас мы об этом еще не думали. Для нас самое главное было открыться. Но в будущем мы вернемся к нашей разноплановой работе. У нас никогда не выступали одни только популярные звезды. Наоборот, одной из задач Клуба всегда было знакомить публику с неизвестными, но талантливыми российскими музыкантами. В России есть множество самобытных коллективов очень высокого уровня, незаслуженно обходимых государственными структурами и меценатами, выживающих каким-то чудом. Главное качество, дающее пропуск на сцену клуба – это талант. Музыкант или ансамбль могут исполнять любую музыку, но они должны быть яркими и самобытными. И я вас уверяю, всегда найдется публика, которая сумеет это оценить. В нашем клубе за 5 лет его существования на прежнем месте сложилась удивительная творческая атмосфера.
– А кто ваша целевая аудитория?
– Самые разные люди. Но объединяет их одно – интерес к самым разным формам и искусства. К сожалению, сегодня официальные информационные каналы, кажется, сознательно замусорены чем-то примитивным и плоским, рассчитанным на оболванивание населения. И многих, которые, как и во времена классика, предпочитают оставаться «ленивыми и нелюбопытными», подобное устраивает. Вот такую часть аудитории очень сложно заинтересовать чем-либо, находящимся вне обывательского потребительства. Да на самом деле им это и не нужно. Другое дело – просвещать и рассказывать про высокие творческие идеи тем, у кого от рождения изощренные души и умы, позволяющие увлекаться чем-то более сложным и возвышенным, чем банка пива и тарелка супа. Поэтому наш клуб существует и действует для пытливых и любопытных, стремящихся постоянно расширять свой кругозор, окунаясь в различные сферы «субкультуры». Именно там в наше время располагается все новое и развивающееся.
– Насколько, на ваш взгляд, сегодня джаз популярен и востребован, не забыта ли эта музыка молодежью и средним поколением?
– Нет, не забыта. Популярность джаза сохраняется. На мой взгляд, за последние лет 10-15 Москва превратилась в одну из джазовых столиц мира. К нам охотно едут выступать многие европейские и американские музыканты. Как мне кажется, любой город мира мог бы гордиться концертами таких звезд джаза, как Хэрби Хенкок, Джордж Бенсон, Стинг, Скотт Хендерсон, Алан Холсворт, Ришар Бона, Стенли Джордан, Деннис Чемберс… И это далеко не полный список музыкантов с мировым именем, выступавших за последние годы в Москве.
