06 декабря 2016г.
МОСКВА 
-9...-11°C
ПРОБКИ
6
БАЛЛОВ
КУРСЫ   $ 63.92   € 67.77
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ЧЕРТОВА МЕЖА

Седов Николай
Опубликовано 01:01 23 Января 2003г.
Старый солдат и землепашец Илья Борисович Беденко выжил, защищая свою землю, в адском котле Сталинградской битвы. Но был убит соседом на границе приусадебных участков на второй день рождественских праздников 2003 года, не дожив всего десять дней до своего 80-летия. Спорная межа обагрилась кровью троих человек...

Никакой ограды между подворьями Беденко и Грязновых сроду не было. Нет ее и сейчас. Так устроен быт этого большого русского села Большесидоровское. Дома с приусадебными участками поделены на кварталы, огороженные только по периметру со стороны улицы. Землю делили на глазок, высаживая на меже грецкие орехи или шелковицы, которые по мере созревания урожая дружно объедали дети с той и другой сторон. Ну мутузили порой друг друга пацаны, не поделив крупный орех или облепленную плодами ветку шелковицы. Но чтоб какая-то особая жестокость случалась на меже, этого старожилы не припомнят, с прошлой войны здесь никого не лишали жизни насильно.
Живущий через два дома от беденковского Николай Дмитриевич Доценко, в прошлом бригадир комплексной бригады местного колхоза, с недоумением и болью сказал:
- Да им любой позавидовать мог - душа в душу жили. Несмотря на большую разницу в летах. Сашка Грязнов Илье Борисовичу в сыновья годился. И ведь те, кто не знал о том, что они никакая не родня, так и думали. Вот так...
Корни семьи Беденко - в Большесидоровском. Дед и отец Ильи Борисовича еще у местного помещика батрачили. И сам он уезжал отсюда надолго только один раз, на войну. Вернулся живым, женился, дом построил, стал заправским трактористом, который мог с ювелирной точностью проложить борозду даже на ухабистом солончаке. Одна беда - жена Нина часто болела, а последнее время вообще почти не вставала с постели. Да старик как-то сам умудрялся управляться с нехитрым хозяйством - еще и потому, что соседи Грязновы помогали чем могли.
В Большесидоровское они приехали из Таджикистана, когда жить там русскому человеку стало невмоготу. Точнее сказать - бежали с маленькой дочкой Катей на руках и тем, что удалось увезти с собой. Купили недорогой саманный домик рядом с беденковским и, как говорится, стали жить-поживать да добра наживать.
Глава администрации местного самоуправления Большесидоровского сельского округа Сергей Молчанов вспоминает:
- Грязновы как-то сразу вжились в наш уклад, понравились сельчанам. Вы сегодня спросите: кто о них хоть одно дурное слово скажет? Да никто! Александр работал на карьере, его жена Ирина - заведующей фельдшерско-акушерским пунктом. Сами понимаете, на селе эта должность уважаемая. Но хорошо к ним относились не только поэтому. А с Беденками они почти породнились.
Старики-старожилы действительно как-то сразу потянулись к беженцам. Тут, конечно, главную роль сыграло чувство сострадания - натерпелись бедненькие, - которое точнее всего передает исконно русский глагол "жалеть" с массой невоспринимаемых чужим ухом нюансов. Ну и сами старики истосковались по ласке и вниманию детей, ведь обе дочки давненько разлетелись из родного гнезда. Одна жила в Краснодаре, другая - в Набережных Челнах.
На крестинах родившегося в Большесидоровском сына Грязновых Андрюши дед Илья и баба Нина Беденко сидели рядом со счастливой матерью новорожденного как посаженные родители. Да, собственно, они и стали дедушкой и бабушкой для грязновской ребятни. Родители на работе, а дети под присмотром соседей. Александр Грязнов увлекался любительской киносъемкой. Почти во всех "домашних" фильмах на главных ролях дети и соседские старики. Особенно дед. Уважал его Саша за то, что фашиста бил храбро, прошел через пламя Сталинграда. Одна из лент, снятая года три назад у обелиска погибшим на войне односельчанам, полностью посвящена Илье Борисовичу Беденко.
И уж совсем сразил Грязнов односельчан, когда "породнил" соседские подворья, соорудив с обоюдного согласия навес под шифером для хозяйских нужд двух семей. Мостик этот прошел аккурат над межой от стены грязновского дома до стены беденковской летней кухоньки.
- Ну, парень - добрая душа, - говорили большесидоровцы. - Это ж надо так о чужих стариках заботиться.
Через несколько лет они же говорили автору этих строк совершенно другое:
- Лучше бы Сашка тот навес не строил. Не иначе как сам сатана его рукой водил.
Я послушался сельского голову Сергея Молчанова и всем, с кем довелось встретиться в дни командировки, задавал вопрос о том, какими людьми были Грязновы и Беденко. Голова оказался прав - ни одна душа не сказала дурного слова ни о тех, ни о других. Больше того, я заметил некую закономерность: никто из моих собеседников не спешил в своих воспоминаниях о светлом, почти идиллическом прошлом переступить, как межу, ту черту, за которой начиналась немыслимая трагедия.
Но ведь страшное случилось, заставив содрогнуться все село, весь район, всю Адыгею, на территории которой находится село Большесидоровское. И рано или поздно придется искать ответ на вопрос: что привело к выстрелам на меже?
Формальный повод лежит буквально на ладони. После долгих лет скитаний по "северам" из Набережных Челнов в родное гнездо вернулась дочка Беденко - Зина с зятем Володей. Правда, поселились они в Майкопе, но все равно событию этому порадовались вместе со стариками и Грязновы. Однако, как говорится, не долго музыка играла. После этого началась затяжная война вокруг спрямления межи. Молодая хозяйка, обратившись в земельный комитет, выправила там, заплатив две тысячи рублей, свидетельство о праве собственности на земельный участок. А согласно этому документу выходило, что соседи Грязновы, построив тот самый навесик, который так умилял односельчан, незаконно оттяпали у Беденко полоску земли шириной в 75 сантиметров. Вот эти 75 сантиметров, раньше объединявшие две семьи, вдруг превратились в нейтральную полосу, разделяющую окопы враждующих сторон.
Любопытен комментарий по этому поводу главы сельской администрации Сергея Молчанова.
- Как лицо официальное я безусловно поддержал требования хозяев, ведь они мотивировались свидетельством на право собственности. Больше того, специальная комиссия выезжала на место, четко определила межу и взяла у Грязнова расписку, что он снесет тот злополучный навес. Но как человек, односельчанин я и сейчас не могу понять, из-за чего было затевать весь этот сыр-бор. Тем более что незадолго до этого мы прирезали к участку Беденко еще 25 соток.
Такой чести Илья Борисович был удостоен как фронтовик. К нему отошел участок, где прежде жили его родители. В администрации рассудили здраво: дочка приехала, да и земля родительская, чего мешать созданию родового поместья? И стала семья Беденко хозяйничать на полугектаре прекрасного чернозема. Казалось, чего еще надо для полного счастья? Но межа давила мертвой петлей, которая за два года непрекращающихся распрей затянулась до хрипоты в горле...
А потом наступило утро 8 января 2003 года от Рождества Христова.
Предоставим слово заместителю прокурора Красногвардейского района Александру Белоусову, который во главе следственной бригады первым по долгу службы прибыл на место преступления.
- Примерно в 10.00 - точнее определить невозможно, поскольку живых свидетелей не осталось - на меже подворий Грязновых и Беденко раздались выстрелы. Предположительно события развивались по такой схеме. Приехавшие к Беденко дочь и зять, убедившись, что Грязнов не выполнил своего обязательства и не снес навес, начали делать это сами. На шум выскочил из дома Грязнов, начал кричать, но это не остановило соседей. Завязалась драка, о чем свидетельствуют снятые побои...
Молодой и набирающий авторитет зам. прокурора точен в деталях, обстоятелен и беспристрастен, как это и положено профессионалу. А я, стоя на той самой меже, отчетливо представлял, как выскочил на порожек с белым лицом когда-то веселый и обаятельный Сашка Грязнов, опоясанный патронташем. В руках - охотничье ружье (как позже выяснилось, незарегистрированное). Вот он его с хрустом переломил. Патрон в патроннике.
Во время этой бесовской охоты он, наверное, не слышал первого выстрела, сразившего соседского зятя Володю. Увидев, что муж падает, неестественно завалившись на бок, сорвалась с места и побежала к дому Зинаида. Выстрел в спину, короткий стон - и еще одно тело падает на межу. Илью Борисовича Грязнов сначала ранил. Тому удалось скрыться в доме. Выстрелом в упор, будто и не ведая, что творит, сосед добил старика. Пощадил он только полупарализованную от страха старуху. Но не пощадил себя. Пройдя под навес, упер приклад в стену и разрядил десятый патрон в себя.
Война на меже закончилась в пользу... межи.
Я все доискивался ответа у сельчан, когда и почему она, эта чертова межа, прошла по душам соседей, проживших в мире и согласии столько лет. Они больше отмалчивались и никого ни в чем не винили. Судьба, мол, такая, что поделаешь. А с вдовами, оставшимися в живых, повстречаться не удалось. Ирину, жену Александра, со дня похорон вообще никто не видел. Стоило мне постучать в калитку к Беденко, как соседка замахала руками: "Да куда вы, она же на ладан дышит". И лишь один Николай Дмитриевич Доценко, председатель сельского совета ветеранов войны и труда, сказал:
- А ты не допускаешь такой мысли, корреспондент, что кому-то это очень нужно, чтобы наши души и жизни разделяла та самая межа? То она была "классовой", когда брат шел на брата, то нас ссорили по национальным признакам, сейчас в наступление пошла собственность, к которой большинство из деревенских никак не привыкнет. Может, олигархи большую собственность и поделили. А малую при таком семидерганье, особенно в деревне, еще долго делить будут. Не оттого ли и стреляют...
- А что такое семидерганье, Николай Дмитриевич? - споткнувшись о незнакомое слово, спросил я.
- Да та же семибоярщина, когда не знаешь, кому верить и за кем идти, а тебя щиплют со всех сторон. Вот и обозлился народ, стреляет, - с горечью смутно подытожил он.
В тот день не переставал сыпать снег. Несмотря на мощный мотор "Нивы", мы с сотрудником администрации Красногвардейского района Михаилом Родиным еле пробились в Большесидоровское сквозь буранную степь. А на обратном пути долго буксовали у холма, где спит тихий сельский погост. Здесь под снежным саваном, сровнявшим холмики и навеки примирившим врагов и недругов, лежат, правда, в разных концах, все четверо погибших на меже. В селе, еще не оправившемся от случившегося, горько шутят: "Земля, за которую они воевали, пожалуй, меньше той, что ушла под их могилы... "


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников