07 декабря 2016г.
МОСКВА 
-3...-5°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.91   € 68.50
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

"А Я МЕЧТАЮ О МАМЕ..."

Нестерова Ольга
Статья «"А Я МЕЧТАЮ О МАМЕ..."»
из номера 010 за 23 Января 2007г.
Опубликовано 01:01 23 Января 2007г.
Ровно 65 лет назад (23 января 1942 года) Совнарком СССР принял постановление "Об устройстве детей, оставшихся без родителей". Это было в войну. Сейчас мирное время, а сирот в России едва ли не больше - свыше 700 тысяч. Почему мы не в состоянии справиться с этой бедой? В прошлом году президент еще раз напомнил, что любая семья - приемная, опекунская, патронатная - лучше казенного учреждения, поручил правительству разработать программу поддержки сирот. Этот год объявлен Годом ребенка, новым родителям обещана материальная помощь.

Некоторые губернаторы обязались закрывать постылые детдома, переоборудовать их в детсады. В самом деле, не война же, чтобы сирот держать в казарменных условиях! Мы решили посмотреть, как находят детдомовцам новые семьи.
Городок Алексин выбрали почти наугад, но попали в точку. Первым делом корреспонденты "Труда" завернули в органы опеки, где подыскивают брошенным детям новые семьи. Нас встретила высокая яркая блондинка, весело представилась: "Вот я и есть та самая чиновница из опеки, каких обычно критикуют в газетах". Любовь Ивановна Сладкова возглавляет сектор опеки и попечительства администрации Алексинского района.
БАССЕЙН С ДВУМЯ ТРУБАМИ
- Видите стенд с детскими фотографиями? Почти пустой, - хвалится Любовь Ивановна. - Разобрали сирот по семьям.
А начиналось так. На семинар в Самару собрались приемные семьи с разных концов России. Любовь Ивановна тоже привезла свою - Першиковых из села Сенево. Таких тогда в области было раз, два и обчелся. А зал полон детьми - все открытые, доброжелательные. Где кровные, где приемные - не различить. "Меня прямо как током ударило: что же это я в бумажной работе погрязла, когда в детдоме столько сирот?"
В общем, взялась за дело. Однажды утром приходит в гороно на службу народ, а на стене огромный стенд: "Ищу семью". Пришпилены полсотни цветных фотографий нарядных детей, рядом строки: "Ведь так не бывает на свете, чтоб были потеряны дети". Все спрашивают: "Что это за дети?" "Да наши, детдомовские". Женщины у фотографий просто плакали. За два года удалось пристроить в семьи 76 детей. Просто как цепная реакция. Вот в Сенево была одна приемная семья, а стало 12!
Беда в том, что наше сиротство - вроде бассейна с двумя трубами из школьного задачника. В одну вода втекает, из другой вытекает. На места одних обделенных детей тут же поступают другие. За 2006 год из детдома выбыло 46 детей (большинство в приемные семьи), а поступило 37 новичков. Так что в Алексинском банке данных - опять те же 50 детдомовцев.
- В 2006 году родительских прав лишены 75 алексинцев, - говорит Любовь Ивановна. - В основном из-за беспробудного пьянства. Еще москвичи добавляют сирот. Неблагополучные семьи продают в столице квартиры, приезжают к нам гоголями - у них поначалу и счет в банке, и квартиры неплохие, а потом все спускают на пропой. Не до детей, когда с утра трубы горят. Процентов 60 судебных исков о лишении родительских прав приходится на этих переселенцев.
Потом в детдоме нам дадут посмотреть личные дела воспитанников. Без содрогания невозможно читать акты обследования домашних условий, откуда их вызволяли органы опеки. "В однокомнатной квартире, где живут двое детей, с осени за неуплату отключены газ и свет. Вонь. На полу - собачьи фекалии. Постельного белья нет. У детей нет даже трусов. Средства к существованию отсутствуют. Дети последний раз питались в магазине - продавцы сварили им суп"...
Любовь Ивановна говорит, что самое тяжелое в ее работе - это забирать ребенка от лишенных прав родителей, даже самых непутевых.
- Я в этот день наряжаюсь, делаю прическу - чтобы ребенку понравиться. Прихожу - ребенок сидит голодный, а уже три часа дня. Мамаша с друзьями спят после ночной попойки. Встает недовольная: "Щас я ему из пакета лапшу сварю". Говорю: вот решения, я забираю ребенка. "Да он к чужим не пойдет". Я погладила по головке, конфету дала - он вцепился за шею и не отпускает. Только однажды с ревом пришлось уводить мальчугана. Кричал: "Сегодня папка из Москвы приедет - колбасу привезет. Мамка ее продаст, себе вина купит, а нам хлеба!.." Подумаешь, говорю, сейчас пойдем гулять, сами в магазине купим и колбасу, и хлеб. Сразу затих. Там же ни ласки, ни сладкого куска они не видят.
Сейчас в области 300 приемных семей. Усыновляют нечасто - в основном те, у кого нет своих детей. Из 18 усыновленных в прошлом году 8 отправились за рубеж. Большинство - в Италию. Любовь Ивановна показала отчеты из социальной службы: "Эту девочку взяли в три года. Беленькая, кудрявая. Спросишь ее: ты кто? Она: Я - Пушкин". Сейчас ей семь, уже в третий класс пошла. Итальянцы пишут: ребенок исключительных дарований и интеллектуальных способностей. Да ведь известно: любой ребенок, попадая в хорошую семью, расцветает.
Почему в России самой популярной формой устройства сирот становится приемная семья? У нас народ беднее, чем в Италии, любые деньги и льготы - не лишние. Например, в Алексине согласно областному закону приемным родителям платят за каждого ребенка (в зависимости от возраста) по 2400 - 2600 рублей плюс пособие - больше 4 тысяч. Но деньги - не главное. Они больше для моральной поддержки. С годами родители прикипают к детям, уже своими считают.
- У нас в Алексине детдом замечательный, но дети все равно мечтают о семьях, - говорит Любовь Ивановна Сладкова.
И то, и другое оказалось правдой.
СЕМЕЙНОЕ ОБЩЕЖИТИЕ
Пока знакомились, мы попросили ребят написать короткое сочинение "Я мечтаю..." И перед отъездом собрали тетрадные листочки. Кто-то хочет стать миллионером или космонавтом. А желание почти всех детдомовцев - найти маму. Вот только непросто осуществить такую естественную мечту.
Детдом - на окраине Алексина, у самого леса. Сейчас деревья темные, а снегом запорошит - будет веселее. Летом, говорят, здесь просто красота. Входная дверь не заперта, охранников нет. Внутри тихо. "Где же дети?" - спрашиваем директора. Наталья Николаевна Грязнова смотрит на часы: "У дошкольников - тихий час, а старшие - кто в школе, кто в спортивных секциях или на музыке".
Социальный педагог Галина Алексеевна Горелова взялась показать детский дом. Никакой сине-зеленой масляной краски на стенах - везде светлая штукатурка, росписи, тонкие шторы. Повсюду рассажены игрушки - ростом с детей. Сам детдом поделен на 6 квартир, где по 4 - 5 комнат. В каждой от 8 до 12 разновозрастных детей.
- Очень тяжело смотреть, как разделяют детей из одной семьи, - поясняет Галина Алексеевна. - Столько было слез: куда дели моего брата, сестру? Теперь они живут вместе. Много детей из одной семьи: вот Илюша Павлючков - у него старший брат учится в 9-м классе, а у Сережи Савченко брат уже поступил в техникум. Саша и Алена Соснины второй раз к нам попали. Мама вроде закодировалась, восстановила родительские права и опять запила.
Есть полностью мальчиковые квартиры, есть смешанные. По два воспитателя закреплены. Утром ученики уходят в городскую школу - она в семи минутах отсюда, остаются только малыши. С ними занимаются как в детсаду.
Малыши посапывают, скинув одеяла. Кто постарше - делает уроки или сидит за компьютером. В одной комнате спали две почти взрослые девушки. "Ну что вы хотите, и большие дети устают - уроки, потом музыкальная школа, - вздыхает воспитатель. - Пусть отдыхают". И тихо прикрыла дверь.
Показали нам парикмахерскую и тренажерный зал, хотя почти все ребята ездят в город на борьбу или бокс. "Откуда у них деньги на дорогу?" - спрашиваем. "С этим проблема, - говорит педагог. - Карманные деньги бюджетом не предусмотрены - выдаем по 50 рублей. Но ребята зарабатывают на летних каникулах - убирают городскую территорию. У каждой семьи свой небольшой бюджет. Как иначе? Некоторые дети - в возрасте Ромео, влюбляются, а на свидание пешком не пойдешь. Вот сидит Лена Крылова - она учится в 9-м классе и подрабатывает секретарем в нотариальной конторе".
Алексинский детдом мало похож на привычное казенное учреждение. После уроков во дворе тут крутятся городские одноклассники. Директор смеется: "Я уж сказала Димке: да пусть родители тебя к нам отдадут, раз нравится". Здесь даже обедают в разное время - по мере возвращения с занятий. Еще директор принципиально не берет "гуманитарку" - бэушную одежду. И не отправляет летом всех скопом в лагерь - только по нескольку человек. Потому что детям важно менять не только обстановку, но и общение.
А все равно они мечтают о семье. Вот Костя давно просит маму, чтобы забрала его домой. Она обещает: устроюсь на работу... И так восьмой год подряд. А он ее любит: даже отнес ей свой новогодний подарок.
КТО ТАКИЕ ТЮЛИ?
В тот день из села Бунырево ждали семью, которая хочет взять на воспитание ребенка. Они подъехали на новом "Форде". Хозяин потом признался: только на Рождество машину купили. В руках - пакеты с игрушками. В кабинете директора уселись в рядок: Валентина Леонидовна, Анатолий Михайлович и дочка Надя.
Смотрины, конечно, завуалировали. Директор Наталья Николаевна "перевела стрелки" на Надю: вот приехала девочка подарить вам игрушки - вы ее не встречали в школе? Дети искренне всматриваются и мотают головой: мол, нет. Но внимание уже переключено. Валентина Леонидовна и Анатолий Михайлович помалкивают, хотя заметно волнуются, глядя на двух сестричек. Одной - пять лет, другая - постарше - держит ее за плечики. Младшая - в белых гольфах на тоненьких ножках, с хвостиками на голове - бойко рассказывает, как сестричка играет с ней в школу, учит писать букву "А". Как на Новый год сама она была снежинкой, а сестричка - лисичкой. Как в цирк ходили, и там были "тюли". "Это кто?" - от удивления гости подают голос. "Да морские лошадки". А на вопрос, как ее зовут, девочка громко отвечает: "Каролина Ивановна". "Ой, какие ножки у нее тоненькие, - шепчет мужу Валентина Леонидовна, а в глазах - и умиление, и жалость. - Как у нашей Надюшки в детстве". Дети сказали спасибо за подарки и ушли...
"Вы думайте", - напутствует гостей директор Наталья Николаевна. "Да чего ж думать, - вздохнула женщина. - Возьмем. И Каролину Ивановну, и ее сестренку - негоже детей разлучать. Ты как, Надюша?" "Приручим", - немногословная дочка согласно кивает.
Оказывается, Надя - тоже приемыш. Дочка соседей. Когда ее отец в пьяной ссоре зарезал мать, девочке было 11 лет. Как взяла в тот ужасный час руку Валентины Леонидовны, так и не отпустила. Потом рассказывала, что спать не могла, пока не соберет по дому все ножи и топоры и не спрячет под подушку. На письма отца из тюрьмы Надя не отвечает. В школе стала почти первой ученицей, хотя ей прочили спецшколу. Новых родителей зовет мамой и папой.
- Приезжайте в нашу деревню, - приглашает нас Анатолий Михайлович. - Посмотрите на дачные места: Ока, природа. Летом от москвичей отбоя нет. У нас двухэтажный коттедж, хозяйство большое - пять коров, телята, куры, гуси. И школа в Бунырево замечательная - детям будет хорошо.
А почему гости так весело отреагировали на "тюли" - стало понятно. Фамилия у них такая - Тюлеевы. Получается, все сходится?
"Я мечтаю о маме" - это все, что написал в сочинении третьеклассник Саша Конак.
"Я хочу к маме. Мечтаю иметь свой дом и работу. Очень хочется, чтобы моя мамочка вышла на свободу. В будущем хочу стать певицей. Еще хочу, чтобы выросли мои братья Даня, Вадим и Денис и получили хорошую работу". Диана Артюшкина, 10 лет.
"Мечтаю выучиться на врача-ветеринара. Хочу стать грамотным человеком, чтобы помочь моей сестре Каролине хорошо учиться в школе. Еще мечтаю, чтобы мама перестала пить и чтобы она жила с нами". Женя Егорова, 10 лет.
"Я хочу увидеть моего брата, ему 5 лет, он в больнице". Влада Ростанова.
"Мечтаю поступить в институт, найти хорошую работу. Мечтаю, чтобы у меня была счастливая семья и надежное будущее". Вадим Соломатин, 15 лет.
От редакции. В следующем репортаже из Алексина мы расскажем, как складывается дальнейшая судьба приемышей.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников