10 декабря 2016г.
МОСКВА 
-5...-7°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.30   € 67.21
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

КУРАЖ МЕСТНОГО МАСШТАБА

Свою страсть к громким фразам народные избранники в этом документе проявили не единожды.

Свою страсть к громким фразам народные избранники в этом документе проявили не единожды. Законодательную власть в регионе, если верить уставу, осуществляет губернская Дума. Звучит гораздо лучше, чем областная, хотя в Конституции России о губерниях - ни слова. Подписали основной закон Самарской области Леон Ковальский как председатель губернской Думы и Константин Титов. Последний скромно назвал себя главой администрации.
На первый взгляд, беды в подобном "законотворчестве" нет. Председателя Думы можно хоть шахиншахом назвать - ни одна самарская курица лишнего яйца по этому поводу не снесет. Тем более что усматривается дань традиции. Были же губернские думы и губернаторы при царе-батюшке.
Эти робкие нарушения Конституции были пробным камнем. А потом пошло-поехало. Прокурор области Александр Ефремов в 1997 году направил в Думу пять, а в администрацию области - шесть протестов. Половина из незаконных правовых актов была отменена. Проходили и судебные процессы. "Труд" тогда даже отметил прокурорское усердие. Однако в следующие два года было только по одному протесту, за первую половину нынешнего года - два, хотя нормативных актов, нарушающих федеральное законодательство, по разным источникам, насчитывается в 3 - 4 раза больше. Прокурор области немного повоевал и сник. А законотворческое вдохновение администрации и областной Думы было настолько велико, что даже мнение коллег, призывавших не нарушать федеральные законы, во внимание не принималось.
Депутат Наталья Боброва подала в суд на свою же Думу. Поводом стал Закон "О залоге (ипотеке) земель сельскохозяйственного назначения", принятый в 1999 году. Разработан он по инициативе К. Титова. Когда рассматривался иск Бобровой, председатель законотворческого комитета областной Думы в защиту этого документа выдавал аргументы типа "по закону его принимать нельзя, но по жизни можно".
В Ленинском районном суде производство по иску Бобровой прекратили. На заседании коллегии по гражданским делам областного суда прозвучал только один вопрос: подписан ли губернатором оспариваемый закон? Оказалось, что уже подписан. Ну, какой тут может быть иск... "Решение суда было продиктовано политическими, а не юридическими мотивами", - утверждает Наталья Алексеевна.
Немало "новаторов-законотворцев" оказалось в городах и районах области. Комитет по местному самоуправлению областной Думы через год после выборов муниципальной власти зафиксировал около ста нарушений законов. Но дальше всех пошел тогдашний глава администрации Волжского района Василий Явон. Он создал свой отряд милиции, который не подчинялся УВД области. Явон организовал районную систему медицинского обслуживания, отличную от общероссийской. "Войско" Явона вскоре подчинили УВД, а его самого на очередных выборах не переизбрали. Но дело его живет. Мэр Самары Георгий Лиманский тоже специальным постановлением отдал городскую милицию под контроль своей администрации. На протесты прокурора города он внимания не обращал. Только после выборов нового президента тот осмелился обратиться с иском в суд. Незаконное постановление недавно отменили.
Чиновничий кураж на законотворческой и прочих нивах не имел никаких последствий, хотя об этом говорили и писали не раз, в том числе и "Труд". В те годы "имелось мнение" Бориса Ельцина, что регионы могут брать прав столько, "сколько проглотят". Следом за регионами права брали города и районы. Всилу убеждения, что все дозволено, и рождались "суверенитеты" в наших республиках. "Субъектами" международного права становились такие российские захолустья, о которых многие и не слыхивали. Устанавливались запреты на ввоз и вывоз товаров.
Сегодня, по данным Министерства юстиции России, примерно треть региональных нормативных актов противоречит Конституции России и федеральному законодательству.
Местный законотворческий кураж стал возможен еще и потому, что суды получают финансовую подпитку от региональной власти и старательно отрабатывают полученные деньги, "не замечая" правовых противоречий. К тому же Конституционный суд 16 июня 1998 года принял постановление, в котором говорится, что суды вовсе и не обязаны нас защищать от законотворческого произвола без специального на то указания законодателя. А в Конституции России (ст.18) говорится иначе: права и свободы человека "являются непосредственно действующими" (не зависящими от указаний) и обеспечиваются правосудием. Вывод Конституционного суда не стыкуется и со статьей 129. Она определяет полномочия Прокуратуры Российской Федерации федеральным законом. А федеральный закон, в свою очередь, обязывает прокуроров осуществлять надзор за нормотворчеством. Но прокурорские протесты правовые акты не отменяют - нужно решение суда. А наши суды, вооруженные постановлением своего конституционного "старшего брата", вполне могут уклоняться от рассмотрения дел, как и произошло в Самаре по иску Бобровой.
Пока эта коллизия сохраняется, одна надежда на мнение президента по поводу регионального законотворческого разгула, ясно же, что он за то, чтобы нам жить по закону, а не по "понятиям". Владимир Путин во время совещания с региональными лидерами в резиденции "Волжский утес" заявил, что больше с "войной законов" мириться нельзя. Активная позиция президента довольно сильно встряхнула чиновников. Вот и прокурор Самарской области только за август внес в областную Думу 11 протестов и представлений. Самарские судьи мнение высокого начальства уважают не меньше прокурора, так что лед может тронуться.
Однако наших думцев просто так с проторенной дорожки не собьешь. Председателя законотворческого комитета областной Думы А. Степанова грызет сейчас новая печаль. В других регионах - министры, а в самарском -директора департаментов. Не звучит. Что если их назвать "суперминистрами"? - спрашивает с телеэкрана Степанов. Давно пора. "Самарский народ" вправе иметь и таких своих "героев".


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников