09 декабря 2016г.
МОСКВА 
-4...-6°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.30   € 67.21
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ДЕНИС ЕВСТИГНЕЕВ: ГЛАВНОЕ - ПОНИМАТЬ ПРО ЖИЗНЬ

Стародубец Анатолий
Опубликовано 01:01 23 Сентября 2005г.
На экран он попал 13-летним подростком, сыграв в телеспектакле "Домби и сын" театра "Современник". Спустя 10 лет как оператор Денис Евстигнеев снял свою первую картину "Сказки старого волшебника". На этом поприще он стал известен работой над фильмами "Слуга" (Госпремия СССР за 1988 год), "Такси-блюз" ("Ника-90" лучшему оператору года), "Армавир", "Путешествие товарища Сталина в Африку", "Луна-парк"... Почти все его работы, включая режиссерские "Лимита", "Мама" и "Займемся любовью", неизменно завоевывали признание как коллег-профессионалов, так и рядового зрителя. В последнее время Денис увлекся продюсированием, и на НТВ выпустил такие сериалы, как "Только ты", "Карусель", "Команда чемпионов", "Полный вперед"... Сын Евгения Евстигнеева и Галины Волчек, он всякий раз опровергает поговорку: "на детях великих природа отдыхает".

- Денис, как на вас повлияли ваши знаменитые родители?
- Дома отец и мать не были знаменитыми артистами, они были обычными людьми. И поэтому ко мне, наверное, применялись те же методы воспитания, которыми пользуются обычные родители по отношению к своим детям. Если было за что, то ругали. Чему-то учили. Но сейчас я уже не могу разделить, кто из них что мне конкретно дал.
- Вы причисляли себя к "золотой молодежи"?
- Мы с друзьями не были и не стремились быть той "золотой молодежью", к которой принадлежали, например, дети партийных боссов с их спецраспределителями, машинами с мигалками к школьному крыльцу, "закрытыми" домами отдыха... Семьи актеров никогда не обладали какими-то особыми привилегиями. А моя мама не могла себе позволить даже зарабатывать деньги участием в "халтурах" где-нибудь на выездах, поскольку работала главным режиссером театра "Современник".
К тому же я - совсем не "тусовочный" человек. Люблю простые, домашние встречи где-нибудь на кухне. И даже теперь не хожу по всем этим приемам.
- Проблемы с выбором профессии были?
- Я с детства любил кино. И благодаря примеру родителей, и сам по себе. Кино всегда оставалось для меня загадкой, которую хотелось разгадать. Поэтому я хотел снимать сам. Но учиться режиссуре сразу после школы было рановато, и я поступил на операторский факультет ВГИКа.
- У театра тоже есть своя тайна...
- В театр я заходил намного чаще, чем на съемочную площадку. В детстве я проводил там целые дни, поскольку мама меня брала с собой на репетиции. В театре меня все знали, любили и прощали шалости. Это был мой детский сад. Так что в юности мне казалось, что все театральные тайны я уже знаю, и мне там будет нечего открывать для себя... А в кино есть то, что от меня не зависит.
- А разве существует что-то помимо воли режиссера и актеров?
- Наличие воли - очень важный фактор, но одного этого недостаточно для успеха. Еще должно быть стечение определенных обстоятельств. Как режиссер пришел к своему фильму? Почему? Нужно ли снимать такой фильм? Из всех этих и множества других компонентов собирается потом фильм. И все-таки в кино остается что-то, существующее помимо воли авторов...
- Человеку с громкой фамилией легче начинать карьеру?
- Стартовать, конечно, легче. Я вообще за преемственность. Сын врача, безусловно, меньше знает о сценическом творчестве, чем сын актера. И наоборот. Есть шанс, что ребенок большого артиста или представителя любой другой профессии что-то перенял от своего отца. И если такие ребята хотят пойти по стопам родителей, то я за то, чтобы им давать фору перед остальными. Но я и за то, чтобы выгонять их через полгода, окажись они бездарями.
А после старта детям знаменитых родителей уже становится тяжелее, чем остальным. Все время нужно доказывать свою состоятельность. Но ведь и это - тоже неплохо.
- Продолжая ваши рассуждения о компонентах будущего фильма, скажите: была ли у нашего зрителя потребность в вашей последней полнометражной работе "Займемся любовью"?
- Конечно. Это лирическая и во многом целомудренная картина, несмотря на целый ряд жестких диалогов. Главный герой - вчерашний школьник, сегодняшний первокурсник - еще не имеет сексуального опыта и видит в этом большую для себя проблему. Друзья пытаются ему помочь своими советами "бывалых" любовников. И он следует им, все время попадая в переделки - и смешные, и не очень. Как только он встречает свою первую любовь, так сразу понимает, что секс - это еще не любовь. И лишь с обретением любви все его проблемы разрешаются сами собой.
Это история о светлых и хороших ребятах, которые "продираются" сквозь подростковый цинизм и эгоизм к любви и счастью. Это также фильм о том выборе, который стоит перед каждым вступающим во взрослую жизнь человеком. Фильм предназначался прежде всего молодежной аудитории. Они смотрели на себя как в зеркало: что-то с удовольствием узнавая, а что-то и нет. Но, как показали опросы, к "Займемся любовью" проявляли интерес и взрослые, желая, очевидно, понять своих детей.
Главной моей задачей было сделать фильм легким для восприятия, даже, говоря о таких серьезных проблемах, как проституция, армия, мафия... Мне не хотелось "назидать" или "обращать внимание" - пусть лучше зрители посмеются над этими проблемами.
- А вам не хотелось поработать в авторском кино?
- Я не понимаю этого термина. Любое кино - авторское и одновременное массовое искусство. Потому что фильм, по сути своей, не штучный, а тиражируемый продукт. Его обязательно должны смотреть очень многие. А классификацию по разрядам придумали критики или сами режиссеры. Кино может быть каким угодно, но только не скучным. Я не понимаю авторов, специально снимающих такое кино, которое не будут смотреть зрители. Если фильм провалился в прокате, то в нем наверняка есть серьезные просчеты в сценарии или режиссуре.
Для меня авторское кино - это "Красота по-американски" или "На последнем дыхании" - фильмы, которые посмотрели миллионы. Я считаю, что профессиональный режиссер должен уметь сделать любую историю так, чтобы впечатлить и увлечь. Это его прямая обязанность. А если говорить о каких-то лабораторных экспериментах, поисках нового языка кино и многих других важных для профессионала вещах, то они, конечно же, имеют право на существование. Но я не называю это кино.
- Сейчас в кино многое зависит от продюсера. У вас получается с ними ладить?
- На собственном опыте я убедился, что не у каждого человека можно брать деньги, а только у того, которому веришь. Хорошие продюсеры - не враги режиссера, а его друзья и единомышленники.
- А как вы относитесь к учебно-популярной литературе, которая берется заочно обучать киноискусству? Например, к нашумевшей книге Александра Митты "Кино между раем и адом"?
- Я прочел эту книгу. Все те вещи, о которых профессионал не задумывается, там расписаны подробно, буквально покадрово. Действительно, если посторонний для кино человек это усвоит, то сможет сесть и написать сценарий. Это будет немного по-фабричному, но правильно и даже по голливудским меркам безупречно. Другое дело, что вряд ли там будут прорывы, находки, откровения. Всего то, за что мы любим хорошие сценарии и снятое по ним хорошее кино. Я, кстати, как-то с Александром Наумовичем работал в жюри конкурса коротких сценариев МТV, присланных непрофессионалами. Оказывается, фантазия у нашего народа бурлит, и среди присланных на конкурс сценариев встречались очень любопытные.
- Но без учебы во ВГИКе никак не обойтись?
- Можно и без этого. Хороший автор должен быть силен в трех вещах. Прежде всего нужно уметь писать по-русски. Не каждому это дано. Затем очень важно иметь верное представление о жизни, времени и людях. И только на третьем месте стоит знание технологии, чему и учат книжки и институты. Но все-таки самое главное - уметь писать и понимать про жизнь.
- За 13 лет вы как режиссер выпустили всего три полнометражных фильма. Почему российские режиссеры так мало снимают? Американец Вуди Аллен, например, ежегодно делает по картине, пишет прозу и еще журит своих коллег за лень.
- В России до сих пор как следует не отлажена индустрия кинематографа, которая рухнула в начале 90-х. И разговоры об этом уже набили оскомину. Сегодня снять кино - это невероятная удача в жизни. В любой другой стране, сняв такой удачный фильм, как "Займемся любовью", я мог бы рассчитывать запуститься с новым проектом уже через год. Но я полтора года вынужден был только сочинять сценарии. Написал, наверное, их штук семь. Потом НТВ сделало мне предложение, от которого нельзя было отказаться: продюсировать одновременно 8 сериалов - это 84 серии. Дело оказалось настолько грандиозным и азартным, что я сейчас в нем с головой. Рассчитываю со временем так освоиться, что будет хватать времени и на свое кино. У Валеры Тодоровского это получается. Надеюсь, получится и у меня.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников