27 сентября 2016г.
МОСКВА 
10...12°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 72.06
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

БОРЗЫЕ У НЕГО КАК ЖИВЫЕ

Беляков Владимир
Опубликовано 01:01 24 Марта 2000г.
Английский король Эдуард VII обожал домашних животных. Одно его печалило - что жизнь лошадей, пони или собак короче человеческой. Вот и решил монарх в 1907 году увековечить своих любимцев в скульптуре.

За помощью обратился к знаменитому петербургскому ювелиру Карлу Фаберже. Король давно уже был постоянным клиентом его фирмы. Чтобы выполнить высочайший заказ, Фаберже отправил в Англию одного из лучших своих мастеров - 29-летнего Бориса Фредман-Клюзеля, который получил образование в Петербурге и Стокгольме и слыл талантливым скульптором-анималистом. Он налепил уже целую конюшню лошадей для музея гвардейского Павловского полка.
В Англии Борис Оскарович - сын давно поселившихся в России француженки и шведа - создал 20 восковых фигур любимых животных короля. Эдуард VII лично принял работу. Восковки отправили в Россию, где в мастерских Фаберже фигурки вырезали из камня. А скакуна Персимона даже отлили в серебре.
Животные действительно очень хорошо удавались Клюзелю. Но и люди - не хуже. Он не любил статичности, предпочитая изображать натуру в движении. А что лучше выражает движение, чем танец? Созданная скульптором галерея артистов балета насчитывает почти 60 статуэток, в том числе и знаменитой Анны Павловой. "Его "Борзые" действительно бегут, а "Балашова" танцует, как будто мы видим ее на сцене Большого", - писал о Клюзеле в 1935 году французский искусствовед Морик Брин.
В это время русский скульптор уже жил и работал в Каире. Из России он уехал в начале 20-х годов. Сначала преподавал в парижской школе прикладных искусств, а в 1929 году его пригласили возглавить кафедру скульптуры только что созданной в столице Египта Высшей школы изящных искусств.
"Первый выпуск школы, всего девять человек, состоялся в 1933 году, и я был одним из них, - говорит 87-летний египетский художник Хусейн Бикар. - В качестве дипломной работы каждый из нас должен был представить комиссии картину, причем анонимно, под номером. Я нарисовал портрет крестьянина-феллаха и был почти уверен, что получу "пятерку". И вдруг председатель комиссии говорит: "Номер 424 - три с минусом. Это был мой номер, и я очень расстроился". "Тут в комнату, где проходило заседание комиссии, вошел Клюзель, - продолжает рассказ художник. - Все уже знали, что он не только великолепный скульптор, но и отличный портретист. Клюзель посмотрел дипломные работы и остановился возле моего феллаха. "Чья это работа?" - спросил он. Я ответил, что моя. "Прекрасно, молодой человек! - воскликнул он. - Можно, я заберу этот портрет себе?" Я был счастлив и, конечно, разрешил Клюзелю взять портрет. Для меня его похвала была дороже диплома. Она означала, что дорога в искусство для меня открыта".
После этого Бикар часто заходил в квартиру-студию Клюзеля в центре Каира, советовался с ним. Борис Оскарович по-отечески относился к юному художнику. Однажды он даже попросил его написать его портрет, который потом был водружен на стену в студии скульптора.
Старик уходит в соседнюю комнату и через пару минут возвращается с этим самым портретом. На меня, слегка повернув голову, смотрит немного грустный человек средних лет. В левом углу - подпись Бикара и дата: "1938".
- У Клюзеля не было семьи, - поясняет художник. - Когда он умер, его работы и коллекция пошли с молотка. В каталоге аукциона я увидел: "Портрет Клюзеля работы Бикара - пять фунтов". Я и купил его - в память об этом замечательном мастере и добром человеке.
Борис Оскарович дал путевку в жизнь не только Бикару. Почти все его студенты стали впоследствии известными скульпторами. Ирония судьбы: при фараонах египтяне создавали шедевры скульптуры, такие, как всемирно известный бюст Нефертити. Но за тринадцать веков ислама, запрещавшего изображать живые существа, этот вид искусства был ими полностью утерян. Пришлось русскому мастеру учить потомков фараонов заново.
Из первых студентов Фредман-Клюзеля почти никого уже нет в живых. Но 85-летний Махмуд Багори все еще продолжает преподавать скульптуру на факультете прикладных искусств Хелуанского университета в Каире.
- Я много лет дружил с Клюзелем, - рассказывает Багори. - Часто бывал у него в студии, иной раз даже помогал в работе. Меня всегда поражало, с какой тщательностью Клюзель относился к делу. Обычно он лепил 4 - 5 вариантов одной скульптуры, а на остальных показывал мне, какие сделал ошибки.
"Фредман-Клюзель всегда учил основательности в работе, - писал искусствовед Морик Брин. - Вот уже три года я в Египте, - говорил он мне, - а все еще не решусь слепить верблюда. Фредман-Клюзель не признавал права произвольно менять форму, он требовал уважения к природной достоверности. Невозможно быть более артистичным. Невозможно быть более правдивым".


Loading...

Дело о миллиардах полковника Захарченко вышло на международный уровень: к расследованию подключилась ФРС США.