Труд: Анна Нетребко: «Я знаю: роды молодят!»

Главная Культура 09:51 24 Ноября 2011 36383

Анна Нетребко: «Я знаю: роды молодят!»

Анна Нетребко - «Труду-7»

Напечатать

Про Анну Нетребко существует легенда, греющая душу каждого. Якобы в начале певческой карьеры она подрабатывала уборщицей в Мариинском театре. Однажды худрук Мариинки, дирижер Валерий Гергиев случайно проходил мимо девушки, моющей полы, и услышал, как Анна напевает. Он тут же дал ей петь главную партию в «Свадьбе Фигаро» — о тряпке и швабре было забыто! Что ж, Нетребко действительно два года подрабатывала уборщицей в Мариинке, будучи студенткой консерватории. Но в труппу попала вполне законным путем — после победы во Всероссийском конкурсе вокалистов им. Глинки.

Сегодня крупнейшие дирижеры мира — Валерий Гергиев, Джеймс Левайн, Сэйдзи Одзава, Зубин Мета, Колин Дэвис, Клаудио Аббадо — считают за честь работать с Анной Нетребко. Ее гастроли расписаны на много лет вперед. Она — признанный авторитет и звезда не только в узком кругу оперных ценителей. Фотографии Анны Нетребко постоянно размещают на своих обложках знаменитые мировые глянцевые журналы. Невероятный успех имел фильм «The Woman — The Voice», в котором Анна снялась в пяти оперных клипах, созданных знаменитым голливудским режиссером Винсентом Паттерсоном, который раньше работал с Мадонной и Майклом Джексоном. А журнал Time включил Анну Нетребко в список ста самых влиятельных людей в мире. Это первый в истории случай, когда оперная певица попала в круг «мужчин и женщин, чьи власть, талант и моральный пример изменяют мир». Другое авторитетное издание — «Музыкальная Америка» — назвало Нетребко музыкантом года. За всю историю существования издания начиная с 1960 года подобной чести удостаивались лишь пятеро оперных исполнителей.

«Краснодар — моя крепость»

— Один известный писатель сказал: «Центровкой, то есть приведением себя в безопасное положение, для русского человека всегда были родной дом и родной дух». Для вас это верно?

— Абсолютно! Два-три раза в год обязательно выбираюсь в родной Краснодар. В нашем доме 1905 года постройки мало что изменилось с прошлого столетия: старинные фотографии предков-казаков в рамочках, изразцовая печь, в углу — пианино, на котором я в детстве играла: Это моя крепость. Похожу по главной улице Красной, выпью с подругами вкусного папиного вина, наговоримся вволю — и можно продолжать жить в сумасшедшем ритме.

Каждый раз, когда приезжаю в Россию и общаюсь с русскими людьми, выдыхаю: я вернулась к чему-то родному. Этот патриотизм у меня появился тогда, когда стала жить за границей. Большую часть года нахожусь там. И часто возникают щемящие, острые чувства тоски по России, гордость за ее достижения. А когда я пою русскую музыку, вдруг что-то необъяснимое охватывает мою душу…

Я и в еде патриотка. (Смеется.) До сих пор русская еда для меня — лучшая. Я страшная гурманка. И все мои подруги — русские, я жить без них не могу. Так же, как и без нашей публики. Она замечательная, очень отзывчивая и теплая. Зато петь русскую музыку в России сложнее. Потому что ее все знают, у каждого свое «непобедимое» мнение, как она должна быть исполнена. А на Западе… Если бы вы видели, как вели себя зрители на наших концертах в Германии и Австрии. Полнейшая тишина, ни вдоха, ни выдоха, они впитывали в себя наш русский дух. Это было очень приятно, помогало еще больше раскрыться и найти новые краски.

— Анна, артистов, которые проводят больше времени за границей, чем в России, часто обвиняют в отсутствии патриотизма. Вас не задевают такие разговоры?

— Что бы там ни говорили, Россия — это моя родная страна, меня охватывает такая радость, когда я здесь и могу со всеми говорить по-русски. Но я считаю, что, пока есть молодость и силы, нужно реализовывать себя. Мексиканцы поют в Париже, французы — в США. И никто их в этом не обвиняет. Патриотизм, по-моему, заключается не в постоянном проживании дома, а в том, что наши знаменитые артисты поднимают престиж России за границей.

«Ты — слишком русская»

— Жизнь за границей как-то изменила вас? Есть какие-то черты характера у иностранцев, которые передались и вам?

— Часто слышу за границей: «Ты — слишком русская». Хотя в России мне говорят: «Нетребко стала такая западная, легкомысленная!» Я провела достаточно много времени среди американцев. Не надо думать, что если они улыбаются, значит, у них нет сложностей в жизни. Проблем не меньше, чем у нас, русских. Но они не разрешают себе унывать и опускать руки. Такая деятельная жизненная позиция мне очень импонирует. Кто много думает — мало делает. На Западе люди умеют общаться легко и непринужденно, никто никого не «грузит». А у нас если разговор по душам, значит, тебе непременно будут плакаться в жилетку.

— Иностранная пресса часто негативно отзывается о России, и вообще по отношению к нашей стране есть предубеждение за рубежом. Как вы реагируете на всякого рода нападки на свою отчизну?

— К большому сожалению, вы правы. Многие события в самом деле освещаются в западных СМИ однобоко, превратно. Я всегда однозначно за Россию и нападки на свою страну воспринимаю крайне негативно. Если сталкиваюсь с этим, всегда спорю, защищая наши позиции. Несмотря на все нападки, сегодня на Западе к нашей стране уважение растет.

— Всегда ли вы в курсе того, что происходит дома?

— Всегда смотрю новости. И мой папа, который живет в Краснодаре, просвещает меня по всем важным вопросам — он у меня тоже патриот. Я рада, что сейчас в России идет борьба с алкоголизмом. Это действительно очень большая проблема. Я ни в одной стране мира не видела, чтобы люди напивались так, как это делают в России. К сожалению, у нас пьют практически все и всегда. Надо оговориться, что алкоголь употребляют по всему миру, я тоже могу выпить. Но должна существовать культура выпивки. Я не политик, но думаю, что нашим людям не о вреде водки говорить нужно, а просто дать хорошую серьезную работу. Они заслуживают этого. Если народ будет работать и получать за это достойные деньги, у него появятся совершенно другие приоритеты, и напиваться просто не захочется.

«Опера — не для тинейджеров!»

— Анна, вас не смущает то, что молодые люди не очень-то признают искусство, которому вы посвящаете жизнь? Молодежь говорит: «Опера — это скучные «картонные» страсти.

— Я сама, когда была совсем юной, не очень любила оперу и балет. А сегодня жить без оперной музыки не могу! Я не считаю оперу искусством для тинейджеров. Молодежи нравятся быстрые ритмы, это нормально. Надо же им куда-то девать свою энергию. Я и сама любила потанцевать до утра в клубе до рождения сынишки. Чем старше, умнее, мудрее становится человек, тем больше ему хочется, чтобы музыка вызывала чувства. И тогда он начинает приобщаться к миру оперы. Опера — живое искусство, поэтому дает зрителю такой жизненный заряд.

— Великий Станиславский говорил: «Актер каждый день должен выдергивать из себя штампы». Анну Нетребко заслуженно называют иконой оперного искусства. Но если исполнять партию много лет подряд, со временем есть риск делать это на автомате.

— Очень хороший вопрос! Поскольку мы поем одно и то же по несколько лет, действительно можно попасть в плен повторов. Как борюсь? Во-первых, постановки разные: бывает «Травиата» классическая, бывает современная. Всегда стараюсь полностью менять и облик, и манеры. Во-вторых, конечно, от музыкальных штампов помогают избавляться талантливые дирижеры и партнеры. И все равно певице за этим нужно пристально следить, иначе штампами можно обрасти очень быстро.

«Зависть разрушает изнутри»

— Вашему успеху, красоте многие завидуют. Вам это доставляет неудобства?

— Зависть? Я ее не замечаю, так как концентрируюсь совсем на других вещах. Если вы пытаетесь найти что-то плохое вокруг, обязательно на это напоретесь. Никому не завидую, у каждого своя судьба. Зависть разрушает человека, разъедает изнутри, не дает возможности сосредоточиться на главном и продвигаться вперед.

— Многие творческие люди подвержены депрессиям, грусти и эмоциональным провалам. Вам это знакомо?

— Нет. Говорят, у меня положительная энергетика. Я и вправду смотрю на жизнь позитивно. Наверное, здесь я пошла в папу. Я для себя решила: нужно радоваться жизни настолько, насколько это возможно. Жизнь коротка, мы все на Земле временно. Поэтому впустую нельзя терять ни одного дня. Источник счастья — в тебе самой. Я, например, обожаю кататься на американских горках. По-моему, я перепробовала все подобные аттракционы в мире! (Смеется.) Нельзя жить по инерции. Уверена: нужно уметь доставлять радость себе и своим близким. В мире есть кладезь положительных эмоций — их приносят природа, искусство: Когда я училась в Петербурге, была очень добросовестной девочкой, прочитала массу произведений классической литературы. Выучила Эрмитаж как свои пять пальцев.

«Ходить по струночке не буду»

— Можете ли вы поспорить со знаменитым дирижером, если не согласны с ним?

— Конечно! Я никогда не умела ходить «по струночке» и всегда была такой. Характер у меня не подарок. Часто спорю с постановщиками, поскольку хочу, чтобы учитывалась индивидуальность.

— Такое свободолюбие обусловлено, наверное, генами. В вас ведь течет «вольнодумная» кровь.

— Да. Со стороны отца у меня в роду потомственные казаки. А у мамы предки — цыгане. Но, поймите, я никогда не буду ничего делать ради спора. Легко принимаю чужую точку зрения, если она обоснованная.

— Знаю, что в детстве вы были активисткой.

— Да! Ипподром, пение (я была солисткой хора «Кубанская пионерия»), рисование, акробатика. Последнее увлечение, кстати, пригодилось на оперной сцене. На премьере «Дона Паскуале» в Метрополитен-опера я делала кувырок через голову. Это вызывало дикие овации публики.

— Это правда, что консерваторию вы так и не закончили?

— Да, из-за огромной занятости. Из-за этого очень переживает папа. Но я ему говорю, что диплом у меня никто не спрашивает, когда подписывает контракт.

— Кто ваши родители по профессии?

— Папа, Юрий Николаевич Нетребко, — инженер-геолог. А мамы, Ларисы Ивановны, которая всю жизнь проработала инженером связи, к сожалению, уже нет в живых.

«Они хотят убить сопрано?»

— «Нетребко не оперная звезда, а секс-звезда». Так о вас отозвалась ваша коллега, певица Мария Гулегина.

— (Морщится.) Ну, называют так меня, и ладно. Слава богу, редко случается, чтобы обо мне говорили только как о секс-символе. Признают, что и голос есть, и артистические способности. Спасибо и на этом!

— Бывают ли оперы, в которых голос работает на износ? Есть легенды, что некоторые оперные арии написаны специально для того, чтобы певица потеряла голос.

— Думаю, вряд ли композиторы, сочиняя арии, замышляли: «Вот! Хочу убить сопрано!» Но, если честно, иногда создается впечатление, что они действительно об этом думали. (Смеется.) Существует очень сложная вокальная музыка, которую спеть предельно трудно. Нужно обладать практически идеальной техникой, чтобы все это исполнить. Современные композиторы особенно жестоки к певцам. Уж не знаю, почему.

«Мои баснословные гонорары — миф!»

— И как вы справляетесь с творениями современных авторов?

— Очень многое зависит от хорошего и крепкого дыхания. Если певица им обладает, то может спеть если не все, то очень многое. У меня широкая диафрагма. Практически все крупные партии, которые я пою (те же Виолетта, Лючия), требуют колоссальной отдачи сил — и физических, и эмоциональных. Как правило, после таких спектаклей на следующий день я ничего не делаю — просто лежу и считаю мух на потолке. Усталость сумасшедшая. Стараюсь не общаться с людьми, потому что могу:

— Быть противной?

— Противненькой. Чтобы быстрее выйти из депрессии, хожу по магазинам. Когда накуплю себе все что только можно, начинаю покупать подарки.

— Скидки известной певице делают?

— Нет. Если у меня много денег, хожу в дорогие магазины, если мало — в дешевые.

— Мало денег? Как это? Да вы сегодня самая высокооплачиваемая певица в опере!

— Это бред, один из дурацких мифов, которые меня безумно раздражают. Откуда газеты берут размеры моих заработков? Во-первых, ни один театр никогда не расскажет о гонорарах исполнителей. Театральная бухгалтерия — тайна за семью печатями. Во-вторых, оперные певцы при всей активности не могут заработать тех денег, которые нам почему-то приписывают. В опере ведь невозможен «чес» под фонограмму! Может, кто-то думает, что у меня такие же гонорары, как у Паваротти, Доминго или Каррераса? Так те времена уже давно прошли. Сейчас в опере никто столько не зарабатывает.

«Главное в жизни — любовь!»

Долгое время Анна Нетребко замуж не хотела и называла себя «убегающей невестой». Ее многолетний бойфренд, певец Симоне Альберджини, сделал ей предложение, подарил кольцо с бриллиантом. Но перспектива брака Анну напугала.

Все изменилось, когда оперная дива встретила красавца Эрвина Шротта — уругвайского баритона. В конце 2007 года они обручились, у них родился сын. Мальчика назвали латиноамериканским именем Тьяго Аруа.

— Вы — очень красивая, яркая женщина, среди ваших поклонников очень влиятельные, богатые люди. Вам никогда не хотелось выйти замуж за миллионера?

— Какой ужас! Не-ет! Я ни одного дня не смогла бы существовать с человеком, которого не люблю. Просить деньги у богатого мужа? Фу! Да и зачем нужны эти миллионы?! Мне хватает того, что сама зарабатываю. Главное — любовь. Я счастлива с моим мужем, и нам вполне хватает того, что у нас есть.

— Раньше вы говорили, что замуж не хотите и о детях тоже не думаете.

— Неприятно это признавать, но мы, певцы, еще более эгоистичны, чем обычные люди. Все должно вертеться вокруг нас. Поэтому я всегда восхищалась певицами, которые, имея звездный статус, умудряются еще быть и хорошими женами, матерями.

Мое мнение о семейной жизни действительно изменилось после того, как мы с Эрвином полюбили друг друга. На самом деле семейная жизнь мне нравится. Иногда, конечно, как и всем парам, нам с мужем непросто бывает: притирка характеров. Мой супруг очень непростой человек, характер у него латиноамериканский. Но мы как-то умеем быть счастливыми, просто проводя время в семье. Вместе готовим, куда-то ходим, смотрим кино. Такое простое семейное счастье.

«Колыбельные не пою»

— А на ребенка вам было трудно решиться?

— Честно скажу: мне было не так-то просто в 37 лет становиться мамой. Я привыкла жить для себя. Мало того что женщина, так еще и певица! Естественно, вдвойне только для себя жила. Думала лишь о том, как проснусь, как выгляжу. А поела ли я? А как мой голос себя чувствует? А тут: появилось маленькое создание. Но Тьяго Аруа такой сладкий!

— Поете вы своему мальчику колыбельные?

— Нет. (Смеется.) Я по работе достаточно пою. Но могу сказать: сын однозначно любит хорошую музыку, с интересом слушает классическую, больше всего ему нравится симфоническая.

— О втором ребенке с мужем не задумываетесь?

— Конечно, хочу еще малыша. Ведь дети ничему не помеха. Например, во все туры я беру с собой Тьяго. Так все время и переезжаю по свету с маленьким сынишкой. Я считаю, что и на внешности женщины дети сказываются положительно. Роды и вправду омолаживают. Единственное, я слегка пополнела после родов. Но мой муж говорит, что моя фигура ему нравится.

«Быть толстым в опере необязательно»

— Есть какие-то основания у мифа, что оперному певцу «в теле» легче петь?

— Нет. Это просто от распущенности берется лишний вес. Взгляните на Роландо Виллазона, моего партнера по многим спектаклям. Этот знаменитый мексиканский тенор — худой, как жердь. Но как поет! И дыхания у него хватает! Так что быть толстым в опере вовсе не обязательно.

— Кстати, о Виллазоне. Вы так страстно целуетесь с ним на сцене. Ваш муж не ревнует?

— Эрвин — профессионал. Так получилось, что Виллазон — моя вторая половина в опере. Наш дуэт расписан на много лет вперед. А поцелуи на сцене... Поверьте, когда я пою с другим партнером, наши объятия не менее страстны — если этого требует сюжет. Мне повезло, что у меня муж — тоже артист. Человек другой профессии вряд ли бы выдержал певицу рядом. (Смеется.)

Наше досье

Анна Нетребко родилась в 1971 году в Краснодаре. Оперная певица, сопрано, народная артистка России. Широкую известность ей принесли роли Памины в «Волшебной флейте» и Розины в «Севильском цирюльнике». В 2002 году состоялся дебют Нетребко в Метрополитен-опере (Наташа, «Война и мир»).

В марте 2006-го певица подала прошение о получении австрийского гражданства. Австрия удовлетворила прошение с сохранением гражданства России.

Напечатать

Культура 13:36 / 21 Мая 2026 30512

Что будет с Кижами? Нет нам ответа

В редакцию поступило письмо музея-заповедника «Кижи» с комментарием к опубликованной в «Труде» статье «Взять и заколотить Кижи». Приводим этот текст для полноты картины

Василий Соболев

Построенная в 1714 году церковь Преображения Господня остаётся без надежной системы пожаротушения

«3 марта 2026 г была опубликована статья «Просто взять и заколотить Кижи» Ирины Смирновой. Музей-заповедник «Кижи» полагает необходимым заявить, что информация, содержащаяся в данной публикации, не соответствует...