11 декабря 2016г.
МОСКВА 
-6...-8°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.30   € 67.21
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

МИХАИЛ ШЕМЯКИН: "С ВОЛОДЕЙ МЫ СПАСЛИСЬ ЧУДОМ"

Заозерская Анжелика
Статья «МИХАИЛ ШЕМЯКИН: "С ВОЛОДЕЙ МЫ СПАСЛИСЬ ЧУДОМ"»
из номера 012 за 25 Января 2008г.
Опубликовано 01:01 25 Января 2008г.
Сегодня Владимиру Семеновичу Высоцкому исполнилось бы 70. За отведенные ему судьбой 42 года он сочинил 600 песен и стихов, сыграл 20 ролей в театре и 30 в кино. Все эти годы его слушала вся страна - от рабочего до академика. "Труд" расспросил о всенародно любимом артисте его близких друзей, среди которых особое место занимает знаменитый художник и скульптор Михаил Шемякин. Он прилетел в Россию всего на три дня, чтобы поучаствовать в торжествах, посвященных юбилею своего друга.

- Михаил Михайлович, с Высоцким вы часто встречались в Европе. У него не было мысли эмигрировать на Запад?
- С Володей мы виделись только в Париже, а разъезжать свободно по другим городам и странам не могли из-за проблем с визами. Хотя благодаря связям Марины Влади Высоцкому удалось побывать даже в таких экзотических уголках, как Перу. Что касается эмиграции, Володя был человеком трезвого ума, несмотря на свои бесконечные запои. Он прекрасно понимал, что на Западе русскому барду прожить за счет своих песен просто невозможно. Перед глазами был пример Александра Галича, первый концерт которого в Париже собрал аншлаг, второй - лишь половину зрителей, а последующие проходили при почти пустых залах. Эти песни оказались чужды русским эмигрантам первой волны. Благородные старички просто не понимали, о чем он поет и зачем употребляет такие неблагозвучные слова, как "говно".
Я знаю, что Высоцкого ошеломила первая поездка в Америку. Он мне сказал: "Мишка, это страна, в которой мы с тобой должны жить и работать". Он хотел сниматься в Голливуде, но советскому гражданину запрещалось даже мечтать об этом.
- Чем же его так прельстила Америка?
- Эта страна потрясает своей динамикой и огромными возможностями для человека творческого. Особенно Нью-Йорк и Лос-Анджелес. К тому же Володя там познакомился с Бродским, который подарил ему сборник своих стихов с посвящением: "Большому русскому поэту Владимиру Высоцкому". Cледует заметить, что Володя сильно комплексовал из-за того, что признанные советские стихотворцы относились к его стихам снисходительно, заявляя, что рифмовать "торчу" и "кричу" - дурной вкус. Подаренную Бродским книжку Володя неделю из рук не выпускал: "Миш, ну посмотри же еще раз, Иосиф назвал меня большим поэтом".
- За границей Высоцкий воздерживался от спиртного?
- Не всегда. Помню, в Париже меня как-то вызвонила Марина Влади с просьбой покараулить Володю. После десяти дней мучительного запоя Высоцкий был в ужасающем состоянии. Случился скандал, Марина раскричалась, сгоряча выставила нас с Высоцким за дверь. Очутившись среди ночи в центре города, мы, естественно, пошли в кабак. Была ночь безумного пьянства. Одна, другая, третья... Для Володи это кончилось приступом белой горячки. Его связали санитары и увезли на чистку организма. Потом уже в Москве он посвятил мне песню: "Меня сегодня бес водил / По городу Парижу". Когда Высоцкий спел это Марине, она сказала: "Я страдала, а меня в этой песне нет". После чего сильно обиделась на меня и два месяца не разговаривала с Володей.
- Нашумевшая перестрелка в ресторане "Распутин" случилась в тот ваш загул?
- Да. Тогда в "Распутине" еще пели настоящие русские цыгане, блистал замечательный Владимир Поляков, доживший до 107 лет. Это ему Фаина Раневская всякий раз передавала через Высоцкого в подарок какую-нибудь милую безделушку. В тот раз Володя пел с цыганами свою песню "Где мои 17 лет? / На Большой Каретной!" На словах "Где мой черный пистолет?" я достал свой пистолет и с криком "Володя, вот он!" всадил пару пуль в потолок. Вот и все, что было. Остальное - легенды.
- Как к этому отнеслась полиция?
- Нам пришлось быстренько сматываться, разрешения на оружие у меня не было. Когда к "Распутину" подлетела машина с мигалками, мы уже успели выйти из здания, свернуть за угол и поймать такси, которое отвезло нас в другой русский кабак "Царевич". Спаслись чудом. Вообще Париж - город богемы, и он, конечно же, благоволит тем, кто любит гульнуть. Но не стоит нашу с Высоцким дружбу представлять, как союз двух забулдыг. Да, мы "зашивались" с ним вместе 9 раз, но после того случая вместе больше никогда не пьянствовали. И слава Богу.
- 25 января в Самаре откроют выполненный вами памятник "Высоцкий и его мир", где в бронзе отлит сам поэт и много фигур и вещей вокруг него. Что собой символизируют цветы мака, обвивающие бокал?
- Это Последняя Чаша. И протягивает ее поэту женщина, прячущаяся под маской. Если зайти сбоку и заглянуть под маску, то видно, что это смерть. Внизу выгравирован отрывок из прощального стихотворения Володи, которое я нашел у себя на столе в последний его приезд. Кончаются стихи так: "Как хороши, как свежи были маки, из коих смерть схимичили врачи". О новом пагубном пристрастии Высоцкого я узнал, когда однажды ко мне прибежала Влади и, рыдая, показала ампулы с сильнодействующим наркотиком, которые нашла в карманах Володиной одежды. Я понял, что это начало конца. Высоцкий хорошо понимал, что его организм долго не выдержит чудовищного сочетания алкоголя с морфием, однако ничего уже сделать не мог, не хотел. Поэтому в памятнике я символически обвил эту трагическую чашу маками - цветами, из которых добывают наркотическое вещество.
- Высоцкий принимал ваше творчество, понятное, уж извините, не всякому ценителю прекрасного?
- Володя любил мою скульптуру и мою графику. А иначе на чем бы держалась наша дружба? Я любил то, что создавал он, а он любил то, что делал я. Некоторым моим вещам Высоцкий посвятил песни. Например, моей серии фотографий "Чрево Парижа". Этот район французской столицы, воспетый Эмилем Золя, должны были снести. Я провел там много ночей, запечатлевая на пленку, как, скажем, здоровенные мясники таскают бычьи туши. В свой очередной приезд Высоцкий увидел эти снимки и буквально через каждый час доставал меня декламацией все новых и новых строк, навеянных этими визуальными образами. А потом я уже делал кое-какие рисунки и зарисовки на темы его поэзии. Последние три года я посвятил иллюстрированию книги "Владимир Высоцкий. Две судьбы. Стихи и песни". 25 января в Театре на Таганке открывается выставка, состоящая из этих 43 графических работ. В оригинале каждый из этих листов величиной с метр. А сама книга должна выйти в издательстве "Вита Нова" в сентябре.
- А он вам не подсказывал темы для будущих работ?
- Нет, до этого не доходило. У меня сохранилось его письмо: "Мишуня, милый, дорогой, образовывай меня, ибо я темен и неуч". На самом деле с образованием у Высоцкого было все в порядке. Просто из-за "железного занавеса" советские люди плохо себе представляли, что творится в современном изобразительном искусстве Европы и Америки. К очередному приезду Володи я для него подготавливал стопку книг: альбомы с репродукциями, сочинения Бердяева, Шестова и других философов, запрещенных в СССР. Высоцкий надевал очки - в последние годы он плохо видел - и на многие часы погружался в чтение.
- Вы не задумывались, как бы сложилась жизнь Владимира Семеновича, если бы он жил в какой-нибудь европейской стране?
- Мне сложно себе представить Володю, родившегося, скажем, в Бельгии. Наверное, это был бы второй Жак Брель, тоже мощнейший певец и актер. Но тогда не было бы Высоцкого.
- Если бы Высоцкий дожил до наших дней, как думаете, нашлось бы ему место в культуре современной России?
- Безусловно. Он бы, наверное, много снимался в серьезном кино. Это была его мечта. Возможно, его жизнь подвергалась бы серьезной опасности, потому что он не молчал бы, бичуя в песнях и стихах то, что ему не нравилось. Его голос с хрипотцой, конечно же, невозможно было бы заглушить или задвинуть на задворки эфира. Володя был человеком твердых убеждений.
Высоцкого до сих пор любят, в том числе и молодежь, не имеющая никакого представления о прелестях "развитого социализма". Видимо, в своих песнях он нашел какие-то особые ключи к душам, к сердцам миллионов слушателей. И не только в России. Недавно во Франции я купил диск "Полет" - песни Высоцкого записали европейские певцы. Когда слушал "Утреннюю гимнастику" по-итальянски, было ощущение, что это песня из фильма времен расцвета итальянского неореализма - настолько гармонично это легло на итальянскую песенную традицию. А романтические баллады Володи, перепетые на испанском или португальском, вполне можно принять за лучшие образцы европейской эстрадной классики. Поверьте мне, старому меломану, хиты не всякого поэта поддаются переносу на чужую культурную почву. В этом таинственная сила поэзии Высоцкого. Его творчество - на века.
И ЭТО ВСЕ О НЕМ
Станислав ГОВОРУХИН, кинорежиссер, депутат Госдумы РФ:
- До съемок в нашей первой картине "Вертикаль" мы с Володей виделись раза два в общежитии ВГИКа, и я не предполагал, что этот стройный, легко идущий на сближение московский паренек, с которым мы пили водку в студенческих компаниях, и есть тот самый знаменитый бард Высоцкий. Володя писал песни о лагерях, и всем казалось, что Высоцкий сам "отмотал срок". Пел о войне, и фронтовики думали, что Высоцкий воевал... А вот гор-то он никогда в глаза не видал. И моя режиссерская задача заключалась в том, чтобы заставить Высоцкого полюбить горы.
Понять, что такое альпинизм, Высоцкий смог, когда мы жили в палатках на Лешхиндинском леднике. В это время на пике "Вольная Испания" погибли два альпиниста, товарищи безуспешно пытались снять их тела со стены. Шли дожди, гора осыпалась камнепадами. Ледник под вершиной стал напоминать поле боя - спускавшиеся вниз альпинисты то вели под руки раненого, то кого-то несли на носилках... Наши палатки превратились в перевязочные пункты, мы помогали чем могли. Высоцкий внимательно вслушивался в разговоры, пытался схватить суть, понять, ради чего все это... Так родилась его знаменитая песня: "Да, можно свернуть, / Обрыв обогнуть, / Но мы выбираем трудный путь, / Опасный, как военная тропа".
Зураб Церетели, президент Российской академии художеств:
- Вспоминаю, как Володя праздновал свою свадьбу с Мариной Влади на съемной квартире на Котельнической набережной Москвы, куда пригласил меня, режиссера Александра Митту с женой Лилей, Юрия Любимова с Людмилой Целиковской, Андрея Вознесенского с Зоей Богуславской, Всеволода Абдулова. Но с парой бутылок советского шампанского, которые принес Юра Любимов, и с яблочным пирогом, испеченным Лилечкой Миттой, сыграть настоящую свадьбу не получалось. Сейчас в это трудно поверить, но в 1970 году, когда Высоцкий женился, у нас ни у кого не было денег на хорошее застолье. А у меня такой характер: если что-то не состоялось, то в этом виноват я! Терзаемый муками совести, я предложил полететь в Грузию и там по-настоящему повеселиться. Так мы и сделали.
В Тбилиси моя супруга Инесса накрыла великолепный стол, поставив фамильную посуду князей Андроникашвили, - и начался пир на всю Грузию. В какой-то момент Марина нечаянным движением руки зацепила скатерть, посуда упала на пол и разбилась. А ведь это очень плохая примета, все гости на это сразу обратили внимание. На следующее утро Володя, который не пил на своей свадьбе, играл на гитаре и пел о чем-то очень грустном. Таким он мне и запомнился - ясным, трезвым и, как ни странно, неприкаянным...
Зато Марина Влади светилась от счастья. За свою жизнь я не видел женщины, красота которой могла бы затмить красоту Марины в ее свадебные дни. К сожалению, я так и не успел нарисовать портрет Марины, хотя очень много раз с ней встречался, причем не только в Москве, но и в Париже. И у меня, и у Володи Франция была первой нашей заграницей. Правда, чтобы Володю выпустили из страны, Марине пришлось вступить в Коммунистическую партию Франции.
Лариса ЛУЖИНА, народная артистка России:
- В фильме "Вертикаль" я играла врача, а Володя радиста. И хотя проходить курс молодого альпиниста нам было ни к чему, но жестокий Говорухин заставил нас покорять вершину Вулей. Повесили нам тяжелые рюкзаки на плечи, на ноги обули ботинки с шипами, в руки дали ледорубы. И вперед. Мы прошли альпийские луга, ледник, лес и подобрались вплотную к вершине. Вдруг перед нами открылась красота сказочная. Невозможно передать это чувство, когда ты бессильно валишься с ног, но ощущаешь себя человеком с большой буквы. Ты преодолел и себя, и пространство! В порыве восторга Володя тогда прокричал: "Весь мир на ладони, ты счастлив и нем". Это были первые строки новой песни...
Вахтанг КИКАБИДЗЕ, народный артист Грузии:
- С Володей мы познакомились лет 40 назад в маленьком городке, который не хочу называть, чтобы не обижать теперешних его жителей. Тот городок тогда спивался, поэтому спиртное там продавали строго с 9 до 12 часов. А я туда попал с концертной бригадой. У нас был свой график дежурства: каждое утро кто-то должен был успеть "отовариться". В тот день было мое дежурство, я решил сделать запасы на два дня. Когда возвращался из магазина, в коридоре гостиницы столкнулся с двумя малорослыми парнями. В сумке у меня зазвенело, ребята оживились: "Водка? А мы не успеваем. Продай нам. Мы артисты. Приехали с театром". Я им говорю: "Мы тоже артисты. А если хотите выпить, то подходите вечером к такому-то номеру".
Когда мы вернулись с концерта, эти ребята уже стояли около нашей двери. Это были Высоцкий и Миша Туманишвили. В ту ночь мы выпили весь стратегический запас, в какой-то момент Володя сбегал за гитарой и неожиданно хрипловатым, мужественным голосом стал петь потрясающие песни. С этой ночи и завязалось наше с ним шебутное знакомство. Я очень его любил, хотя он был самоедом. В своей жизни я встречал только несколько таких людей, и все они были людьми искусства.
Мне тут недавно позвонил в Тбилиси сын Высоцкого Никита и пригласил выступить 25 января на юбилейном вечере Володи в Театре на Таганке. Но моя российская виза, увы, закончилась. Хорошо, что в тбилисском театре имени Шота Руставели наш Роберт Стуруа организовал свой вечер памяти Высоцкого, где будут вспоминать Володю его друзья, грузинские певцы перепоют его песни. Билеты раскупили мгновенно. Весь город ждет. Грузины любят и Высоцкого, и Россию. Я хочу, чтобы вы это знали. Политики - это одно, а народ - другое. Обнимаю вас крепко. Дай Бог здоровья.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников