Труд: Эх, эх, без Христа

Главная Культура 16:32 25 Марта 2015 2557

Эх, эх, без Христа

«Гоголь. Чичиков. Души» из Краснодара ответили на вопрос «Русь, куда несешься?» уклончиво

Напечатать

Каким же смельчаком надо быть композитору для того, чтобы сегодня, после двух столетий канонизации Гоголя и после блистательной оперы Родиона Щедрина, кажется, закрывшей тему, взяться за «Мертвые души», сложнейшее произведение одного из самых загадочных в мире писателей? Да еще с вызовом назвать свой опус «лайт-оперой», т.е. демонстративно удариться в легкий жанр по столь серьезному поводу. И не оскорбить при этом Гоголя – нынче это особенно небезопасно, профсоюзы лицедеев, да и кое-кто погрознее не дремлют.

Екатеринбуржец Александр Пантыкин осмелился. Более того, со своим единомышленником, автором либретто Константином Рубинским создал далеко не буквальный перевод великой поэмы в музыкально-драматический жанр, смешав мотивы едва ли не из всех популярных произведений Гоголя, вплоть до «Ревизора», «Тараса Бульбы и «Вия». Да и сам Николай Васильевич является на сцене, окруженный сонмом своих фантазий. И фантазирует такое, чего и реальный Гоголь не придумал. Например, неожиданный хэппи-энд, где дочка Губернатора всерьез влюбляется в Чичикова, хитростью вызволяет его из тюрьмы, и они вместе отправляются по Руси-матушке навстречу новым авантюрам. Ведь глухих уголков и глупых людей, за счет которых можно поживиться, в нашем отечестве всегда довольно. «А не податься ли нам в город Глупов?» – говорят в конце герои, которых Гоголь таким образом отпускает из своих владений под опеку другого великого сатирика. А тот, глядишь, отправит их еще дальше, куда-нибудь в Старгород и прочие бендеровские места… Комбинаторы в России бессмертны.

Впрочем, за свою работу Пантыкин уже получил «Золотую маску». Этот фантасмагорический наворот нарочито пафосных хоров, страстных дуэтов Павла Ивановича и Лизоньки, комических басовых колоратур Капитана-исправника и вокальных эскапад Ноздрева, эту гремучую жанровую смесь под названием «лайт-опера» (в основе, конечно, жанр мюзикла) жюри уже оценило в 2011 году, когда произведение впервые было представлено земляками композитора, Свердловской музкомедией, в их блистательном спектакле.

Музыкальному театру краснодарского объединения «Премьера», знаменитого своими прорывными проектами (Григорович-балет, Гаранян-бэнд и др.), на нынешней «Золотой маске» выпала нелегкая задача: соответствовать партитуре и переплюнуть екатеринбургскую постановку.

Насчет второго сразу скажу: это вряд ли. По многим показателям краснодарцы НЕ ХУЖЕ, но есть один очень важный момент, где они, пожалуй, проигрывают: это визуальное решение. Екатеринбуржцам каким-то чудом удалось сочетать ощущение полной пространственной ирреальности происходящего (будто ты попал на бал Воланда) с крепкой органикой действия. Южан, кажется, подвел вкус: слишком пестро. Есть сцены зрелищно великолепные – например, дубово-суконные интерьеры хором Губернатора. Или даже смешной стимпанк свидания Чичикова с Лизой, когда его бричкомобиль сталкивается с ее коляскосипедом (одна из придумок режиссера Александра Мацко). Но в площадных эпизодах многоэтажное нагромождение кружевных разноцветных наличников, усугубленное мельтешением массы пестрого народа, да еще и двухъярусным устройством самой сцены, просто парализует зрительное восприятие, тебе элементарно тяжко выделить на этом фоне главных героев.

Что ни в коей мере не обесценивает работу исполнителей этих ролей. Чичиков в интерпретации Владислава Емелина предстает этаким вертлявым Онегиным, Губернатор в трактовке Вячеслава Егорова тянет не больше и не меньше как на самого самодержца, а безудержные славословия ему рождают далеко идущие исторические ассоциации. Жаль, что скомканы эпизоды странствий Чичикова и фигуры Манилова, Коробочки, Плюшкина, Собакевича лишь мозаично мелькают в потоке действия. Зато два персонажа вырастают в символы даже большие, чем они есть у Гоголя. Это Ноздрев (смачно-великолепный Владимир Кузнецов), которому в этом царстве бесправия поручается даже суд над Чичиковым, и упомянутый Капитан-исправник (отличный комический бас Владимир Гадалин), чьи явления всякий раз подобны вторжению ОЧЧЧЕНЬ грозного рока. Вокальные номера этих персонажей и артистов многократно вызывают горячие аплодисменты зала.

В новом спектакле у Чичикова (Владислав Емелин) неожиданно находится единомышленница и возлюбленная Лизонька (Наталья Арзяева)

Финал же встретил настоящую овацию. Заслуженную прежде всего теми, кто обеспечил сумасшедший, не ослабевающий ни на секунду накал музыкального действия. Это и солисты, и хор (хормейстер Игорь Шведов), и кордебалет – горожане, дворня, призраки, – и оркестр, и главный, на мой взгляд, человек спектакля – дирижер. Правда, Виктора Олина мы почему-то не увидели на поклонах – может, не нашел прохода в незнакомых лабиринтах столичного театра имени Наталии Сац, а может, просто из скромности: ведь ставил спектакль другой маэстро, Андрей Лебедев, который теперь переменил место службы (он в Новой опере). В таком случае оценим благородную деликатность Виктора, но отметим, что главным нервом представления в тот вечер был именно он.

В оправдание художника Максима Обрезкова скажем напоследок – финальная сцена великолепна: звучит общий гимн на знаменитый текст о тройке – а на заднике, который представляет собой как бы увеличенную стену кабинета Губернатора, мы видим громадную репродукцию ивановского «Явления Христа народу», только в середине нет… Христа. «Куда несешься ты? Дай ответ! Не дает ответа».

Напечатать

Культура 00:20 / 03 Апреля 2026 35625

Просто взять и заколотить Кижи

Почему горят шедевры деревянного зодчества Карелии?

Ирина Смирнова

Труд

Всем памятна трагедия с Успенской церковью в Кондопожском районе Карелии. Храм пережил годы гонений на церковь, войну, оккупацию, но выстоял. А в 2018 году жемчужина деревянного зодчества сгорела дотла. Как выяснилось,...