18 ноября 2017г.
МОСКВА 
2...4°C
ПРОБКИ
0
БАЛЛОВ
КУРСЫ   $ 59.63   € 70.36
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ЧУМА НАШЕГО ВРЕМЕНИ

Байгаров Сергей
Опубликовано 01:01 25 Мая 2001г.
По прогнозу Всемирной организации здравоохранения, в ближайшую четверть века количество больных сахарным диабетом увеличится со 165 миллионов человек до трехсот миллионов. Это означает, что в России появится около четырех миллионов граждан, страдающих от этой неизлечимой болезни. Сейчас их в два раза меньше. Готова ли наша страна к такой взрывной "эпидемии" неинфекционного заболевания? Об этом говорит в интервью нашему корреспонденту доктор медицинских наук, профессор, делегат Всероссийского съезда эндокринологов (который состоится в Санкт-Петербурге в начале лета) Александр АМЕТОВ.

- Александр Сергеевич, откуда вообще берется эта (еше одна) чума нашего времени?
- Если бы я знал! Существуют два типа сахарного диабета. Наиболее распространенный - второй. Ученые выяснили, что он нередко передается по наследству на генетическом уровне. Часто болезнь развивается на фоне избыточного веса, ожирения. Свою лепту вносит и деградация окружающей среды. Кроме того, люди, особенно в развитых странах, стали малоподвижны, им не хватает физической активности. И наконец, риск получить сахарный диабет возрастает с возрастом.
- Значит, лозунг остается прежним: закаляйся, как сталь, веди правильный образ жизни - и, может быть, тебя стороной обойдут болезни. Ну а что делать тем, кому не повезло?
- К сожалению, эта болезнь на сегодняшний день неизлечима. Врачи уже отказались от формулы "лечить сахарный диабет", мы говорим об управлении болезнью. Диабет - это целый образ жизни. Я, кстати, издаю медицинский журнал под таким названием, пока единственный в России.
Важнейшим средством контроля за болезнью остается инсулин, который открыли в начале двадцатых годов. Естественно, он претерпел с тех пор существенные изменения. Около миллиона россиян вынуждены каждый день прибегать к помощи этого препарата.
- Оказывается, это еще и дорогая болезнь.
- Да. Цена животного (свиного) инсулина доходит до 4,5 доллара, а стоимость так называемого человеческого - до семи долларов. Нужны еще специальная диета, средства самоконтроля, несколько сотен иголок в год. В России все это тоже недешево стоит. Что же касается инсулина, то государство должно обеспечить им бесплатно каждого больного. К сожалению, это не всегда получается. Тем не менее государство каждый год тратит большие деньги для закупки препарата за рубежом.
- Но ведь, кажется, в Советском Союзе существовало собственное производство инсулина. Что, в пылу преобразований и это разрушили?
- Нет, дело здесь обстоит совсем по-другому. Действительно, в стране до 1989 года было налажено производство животного инсулина. Потом его закрыли. Вот начиная с этого времени страна и перешла на импортные закупки.
В мире есть три ведущих производителя: "Ново Нордикс" из Дании, немецкая "Хехст Авентис" и американская "Эли Лили". Они производят инсулин практически с момента его открытия.
Параллельно с животными инсулинами (для их производства в подавляющем большинстве случаев используется поджелудочная железа свиньи) начиная с 1980 года названные фирмы начали делать с помощью генно-инженерной технологии так называемый человеческий инсулин, который имеет химическую структуру физиологического инсулина. Отсюда и название. А вообще эти препараты американцы делают из кишечной палочки, датчане из дрожжевых микроорганизмов. А немцы первоначально получали препарат из свиного, добавляя в него недостающую аминокислоту. Такой процесс называется биосинтезом.
- В России два миллиона больных, скоро будет четыре, а мы полностью зависим от импортных поставок. Что-то на нас не похоже. Да и мир стал весьма изменчивым, причем не всегда в лучшую сторону. Во всяком случае, для нас. А вдруг завтра что-то еще раз изменится и по каким-то гипотетическим причинам мы лишимся импорта? И что тогда делать с больными? Где же наши производители?
- Конечно, мы должны быть независимыми, уверенными в том, что при любых условиях сможем обеспечить людей необходимыми лекарствами. И, слава Богу, отечественные производители появились. Пока их два.
На первом месте, безусловно, стоит ЗАО "Брынцалов А", которое в сотрудничестве с "Ново Нордикс", используя его субстанцию и технологию, делало всю гамму инсулинов, которые мы ныне закупаем за рубежом. Все препараты успешно прошли испытания в шести центрах России и зарегистрированы для медицинского использования. Но затем между партнерами возникли какие-то проблемы. И что в конце концов получилось? Брынцалов имеет лицензию, технологию производства, мощности, но не имеет сырья. Оказалось, что сырьевой базы для производства и животного, и человеческого инсулинов в стране практически нет. Однако они быстро нашли другого поставщика сырья, уже сделали новую форму, успешно прошли испытания, зарегистрировали и человеческий и животный инсулины в Минздраве.
- Выходит, что частный предприниматель сделал то, что не смог или не успел Советский Союз?
- Выходит, так. Я был у них на заводе. Действительно, первоклассное предприятие, одно из самых современных в Европе. Принципиально важный момент в производстве инсулинов - очистка от примесей. Здесь применяется очень сложная технология. То, что я видел у Брынцалова, впечатляет.
- А кто второй производитель?
- Это московский "Биопрепарат". Они пошли другим путем. Совместно с Академией наук разработали полностью отечественную технологию от получения субстанции до готовых форм для генно-инженерного инсулина. Он также успешно прошел испытания и зарегистрирован. Но они не могут выпускать его в промышленных масштабах.
Так что теоретически у нас есть возможность производить собственными силами инсулин, но практически в первом случае мы все-таки завязаны на импортном сырье, а во втором, имея полный технологический цикл, пока не можем его реализовать. Я не знаю, чего им там не хватает.
- Ну так надо помочь отечественным производителям, по крайней мере скупать в рамках госзаказа то, что они смогут произвести.
- Все это не так просто, как кажется на первый взгляд. Это сложная проблема, которая выходит за рамки простого лоббирования лекарства той или иной фирмы. Необходимо какое-то время, чтобы приобрести репутацию надежного производителя качественных препаратов. Люди должны получить опыт, пациенты должны убедиться, что препараты работают, что от флакона к флакону их активность не меняется, свойства не ухудшаются. Для этого все есть.
Российские инсулины успешно прошли клинические испытания, и число больных, которые ими пользуются, постоянно растет.
- С помощью государства этот процесс может пойти быстрее. Но чем оно может помочь?
- В идеале было бы здорово, если бы оно закупило мощности по производству субстанции. Это, кстати, выгодно и самому государству - оно получило бы мощный рычаг для контроля за ценами на готовые лекарства, которые само будет закупать.
Второе - это научное обеспечение. Смотрите, что получается: у нас уже есть отечественные мощности по выпуску всей гаммы инсулинов, но, повторяю, нет надежной сырьевой базы. Это сдерживает развитие российских фирм. А ведущие иностранные производители-фирмы не стоят на месте, они идут дальше. И уже внедряют в Россию следующее поколение инсулинов.
Вот здесь нужна помощь государства. Мы должны иметь свое производство, свою основу. Великолепно, что существуют российские производители. Но, я думаю, они должны хорошенько посмотреть, во что дальше вкладывать деньги, за что бороться. И государство должно им помочь выйти на самые передовые рубежи в этой области.
В США на весь комплекс борьбы с сахарным диабетом, включая научные изыскания, ежегодно затрачивается огромная сумма - сто миллиардов долларов! Правда, там эти деньги идут не из бюджета, а в основном из страховых компаний, которые государство обязало заниматься неизлечимыми больными. Но это уже тема другого разговора.
- Что вы ожидаете от предстоящего съезда в Санкт-Петербурге?
- Это очень хорошая возможность пообщаться с коллегами со всей страны. Приедет около тысячи человек, а нас всего четыре с половиной тысячи. Мы обсудим основные моменты нашей работы, в том числе и политические.
- И здесь политика?
- Не в том аспекте, о котором вы подумали. Многие страны уже приняли новую классификацию сахарного диабета. Я не думаю, что мы должны идти какой-то своей дорогой. Кроме того, надо обсудить новые критерии диагностики, которые разработал ВОЗ. За ними стоят и новые возможности выявления больных на ранних стадиях заболевания, когда еще можно предотвратить всевозможные тяжелые последствия. Даже если мы рассмотрим только два этих вопроса, а их будет, я уверен, больше, - это уже колоссальный шаг вперед.


Loading...



Телеведущая Ксения Собчак собралась в президенты России…
ЭКСТРЕННЫЙ СБОР НА ПРОТИВОРЕЦЕДИВНОЕ ЛЕЧЕНИЕ НЕЙРОБЛАСТОМЫ IV СТЕПЕНИ, ВЫСОКОЙ ГРУППЫ РИСКА!!! Мишаева Ксюша, 2.5г.