Почти гамлетовский вопрос: участвовать ли России в наиболее масштабном на сегодня космическом проекте — в строительстве международной пилотируемой окололунной станции — или гордо отказаться, послав всех подальше? Чтобы найти ответ, Роскосмос в ближайшее время проведет совещание с руководителями и специалистами НИИ и ведущих предприятий отрасли.
На ситуацию, безусловно, накладывает отпечаток кризис в российско-американских отношениях. Но, с другой стороны, речь-то идет не о сиюминутном. Это масштабнейший проект в истории освоения космоса. Окололунная станция (ОС), которую намерены построить США, Европа, Япония, Канада и пока еще Россия, станет новым форпостом землян в далеком космосе после закрытия МКС. Ее назвали Deep Space Gateway — «Ворота в глубины космоса».
Американцы планируют запустить первый модуль уже скоро, в 2023 году. Всего предполагается пять модулей: энергетический с силовой установкой, два жилых, шлюзовой и модуль логистики. Общая масса — около 40 тонн. Станция будет летать по сильно вытянутой окололунной орбите, приближаясь к Луне на 1500 км и удаляясь на 70 000 км. Этот форпост станет важным этапом подготовки пилотируемой экспедиции на Марс, позволит осуществлять интересные лунные миссии, полеты к астероидам... Причем первая репетиция полета к Красной планете намечена на 2027 год, а пилотируемый облет Марса — на 2030-й. Рукой подать!
Есть ли нам место в таком проекте? Принципиальная идея, а также варианты решений, предложения конструкторов по ОС обсуждаются не первый год на международных конгрессах, многосторонних и двусторонних (Россия — США) встречах. К примеру, заместитель гендиректора Роскосмоса Сергей Савельев весной 2016-го проводил переговоры с коллегами из НАСА, в том числе с руководителем пилотируемых программ Уильямом Герстенмайером. Встреч было немало, но ясности по кардинальному вопросу — участвовать или не участвовать в проекте, у российского космического начальства до сих пор нет.
Казалось бы, чрезвычайно интересный, захватывающий проект. Какие тут сомнения? Но у оппонентов свои доводы. Американцы, мол, не считают РФ за равноправного партнера, отводят нам роль бедной родственницы. Вначале речь шла о том, чтобы энергетический модуль был российско-американским, но потом мы оказались за бортом. Да и жилые модули не наши. Оставили России только шлюзовой, и то под вопросом. И чрезвычайно вытянутая орбита для российских будущих лунных проектов неудобна. И вообще, мол, дешевле летать на Луну напрямую с Земли. Резюме: не надо ввязываться, деньги можно использовать более эффективно.
Вот, например, что сказал мне конструктор Павел ПУШКИН, основатель частной российской космической компании «Космокурс», занимающейся разработкой многоразового корабля для отправки шести туристов и пилота в суборбитальный полет на высоту более 100 км над Землей. Этот корабль должен быть готов к 2020 году. Пушкин не новичок в отрасли: ранее он работал заместителем начальника проектно-исследовательского отдела Центра имени Хруничева.
«Считаю, для нашей страны участие в международном проекте окололунной станции с технической точки зрения необоснованно, — говорит Павел Пушкин. — Зачем в ближайшие годы надо осваивать Луну, что это даст, каков смысл в серьезных финансовых вложениях? Ведь не ради прогулки полетят космонавты на ночное светило. Может, для того и затевается международный проект, чтобы каждое космическое агентство, убеждая власти, ссылалось на другие страны и легче получало средства на непонятные лунные миссии...»
Подобных высказываний я слышал немало. Похоже, исход обсуждения предрешен. «Не исключено, что в итоге наша страна по политическим и экономическим причинам может отказаться от участия в создании окололунной станции, поскольку ведущая роль в проекте принадлежит США», — прямо заявил недавно корреспонденту ТАСС источник в ракетно-космической отрасли.
О планах создания Deep Space Gateway будет официально объявлено в ноябре. Свое участие в проекте подтвердили все страны — партнеры МКС. Кроме России. Решение нашей страной должно быть принято уже совсем скоро — в сентябре.
Но посмотрим, насколько основательны аргументы оппонентов. Нужна ли нам Луна? Многие наши ученые не сомневаются, что нужна. Это ведь и необходимый лунный стартовый комплекс для будущих исследований космического пространства, и форпост, где удобно размещать научную базу. Если мы здесь надолго отстанем, то уже не догоним.
Американцы не считают Россию главным партнером? А на что же нам тут обижаться? Мы отстали в космонавтике по многим направлениям, несмотря на оптимистичные рапорты Роскосмоса. И запуски наши порой срываются, и планы постоянно пересматриваются, и коррупционные скандалы сотрясают отрасль...
«Яркой особенностью последних планов является сокращение роли России в создании окололунной станции, — говорится в статье на сайте thespacereview.com. — Вот, например, энергетический модуль с силовой установкой, важнейший компонент форпоста. Вспомним, как в конце 90-х проблемы с финансированием российского сервисного модуля «Звезда» привели к многочисленным задержкам сборки МКС. Этот сценарий не хотелось бы повторять, когда начнут строить окололунную станцию». Да и нынешние задержки запуска очередного российского модуля на МКС тоже произвели неблагоприятное впечатление на партнеров. На кого, спрашивается, обижаться?
А что касается жилых помещений на ОС, то Япония разрабатывает замечательные модули, которые имеют системы жизнедеятельности замкнутого цикла. Это снизит зависимость от поставок кислорода и воды с Земли. У нас такие модули есть? Сомневаюсь.
Даже в тех областях, где в России есть интересные разработки, мы медлим, переминаемся с ноги на ногу. К примеру, проект межорбитального корабля «Рывок», который мог бы эффективно связать МКС и будущую DSG, в Роскосмосе даже не стали рассматривать. А вдруг «Рывок» начнет конкурировать с будущим кораблем «Федерация»? Проще было отправить перспективную разработку в архив...
Некомпетентность и амбиции могут дорого обойтись нашей космонавтике. По принципиальному вопросу — надо ли нам участвовать в проекте окололунной станции — сегодня приводятся различные аргументы и за, и против. Но мало кто из нынешних сотрудников Роскосмоса имеет такой же опыт тесного многолетнего сотрудничества с американцами, как бывший заместитель генерального конструктора РКК «Энергия», летчик-космонавт, четырежды летавший в космос, дважды Герой Советского Союза Валерий РЮМИН. В качестве руководителя работ от нашей страны по международным программам «Мир — Шаттл», «Мир — НАСА» и директора российской части программы МКС Валерию Викторовичу приходилось вести очень сложные переговоры с американцами, находить компромиссы, баланс между интересами России и США. Он и сегодня в строю, и его авторитет чрезвычайно высок.
«Отказ от участия в международном проекте был бы очень большой ошибкой, — говорит Рюмин. — Сотрудничество в космонавтике обогащает всех участников, позволяет умножать усилия, добиваться успеха быстрее и эффективнее. Какие бы политические бури ни осложняли жизнь на Земле, в космическом пространстве космонавты и астронавты работают плечом к плечу, являясь в первую очередь посланцами планеты. Политический климат на Земле может ухудшаться, но на космической дороге это не должно ощущаться. Мы должны идти вместе вперед. Сверху земная, политическая суета кажется не такой существенной. Из-за этого не стоило бы оказаться на обочине прогресса...»
А вот мнение одного из организаторов отечественной ракетно-космической промышленности, Героя Социалистического Труда, экс-министра Бориса БАЛЬМОНТА: «Удивляюсь странной закономерности, — говорит Борис Владимирович. — Время от времени среди далеко не рядовых управленцев появляются изоляционистские настроения в освоении космоса, предложения двигаться своей, отдельной дорогой. Это, возможно, эхо давней космической гонки. Но даже в советские времена в руководстве Министерства общего машиностроения понимали важность объединения усилий в таком историческом деле, как освоение космоса. Помню, как пытались торпедировать наши консерваторы идею совместного полета российского и американского кораблей «Аполлон — Союз». Американцы тогда поставили условие: сообщить им все подробности о наших прошлых неудачных запусках. Но там все было засекречено. «Нельзя открывать наши тайны врагу», — говорили противники. С трудом удалось отстоять проект, который стал прологом к созданию МКС. А потом были свои сложности в 1990-х: И вот сегодня нас пытаются убедить в том, что есть смысл в отказе от участия в наиболее впечатляющем космическом проекте ближайших десятилетий. Это тревожно. Как человек, хорошо знающий историю отечественной космонавтики и непосредственно участвовавший в принятии многих принципиальных решений, могу утверждать: это тупиковый путь, он не в интересах страны, космонавтики, нашего будущего».
