04 декабря 2016г.
МОСКВА 
-6...-8°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

"ШАБАШНИК" С БОЛЬШОЙ ДОРОГИ

Мальгавко Сергей
Статья «"ШАБАШНИК" С БОЛЬШОЙ ДОРОГИ»
из номера 198 за 25 Октября 2001г.
Опубликовано 01:01 25 Октября 2001г.
Информационные программы телевидения, газеты нынче полны "сводок" из эпицентра вновь обострившегося абхазско-грузинского конфликта. И в ряду главных действующих лиц постоянно называется имя чеченского полевого командира Руслана Гелаева. Что, казалось бы, до него сибирякам? Но нам удалось проследить в биографии одного из главарей чеченских боевиков-экстремистов омский след.

В северное село Орлово, что за 300 с лишним километров от Омска, в середине 80-х прибыла бригада южных шабашников. Похоже, целая семья из Чечни, с двумя женщинами. И с ними - Руслан Гелаев. Не бригадир - простой рабочий. Молодой еще - лет 20. Без бороды. "Мужик как мужик был, - вспоминают сегодня селяне, - не задирался, почти не пил": мусульманин все-таки. Строил коровники и жилые дома. Бригада гелаевской родни возводила животноводческие помещения по всему району, а в совхозе, где поселилась, построила десятка полтора зданий.
Один из чеченцев, тот самый Руслан Гелаев, женился на дочке директора совхоза. Потому и запомнили его в селе. Одни люди до сих пор думают, что чеченцы специально его выгодно женили. Другие уверяют, что это была любовь. Лариса, директорская дочка, в то время сельским клубом заведовала. Была она примерно ровесницей Гелаева, ребенка - дочку - уже имела, из Омска с ней вернулась, куда родители ее учиться отправили. Клуб и по сей день стоит по соседству с директорским домом (в котором сейчас кузнец живет), на ладан дышит - в нем когда-то православная церковь была. Вот тут, по воспоминаниям сельчан, небеса и соединили Ларису с Русланом. А расписала их в сельсовете мать Ларисы, в то время там работавшая.
Жил Гелаев года два в директорском доме. Сын у них с Ларисой родился. А в 89-м отбыл Руслан в свои теплые края, но в 91-м прислал четырех соотечественников за женой и ребенком. Отбыли они в Чечню и вернулись только в 99-м. Уже, правда, в другое селение, куда перебрались вышедшие на пенсию родители Ларисы. В скромный домик на самой окраинной улице. Видимо, от любопытных глаз хоронились - зять-то уже стал заметной фигурой среди предводителей незаконных вооруженных формирований уже в первой чеченской войне.
Но мир тесен, от молвы не укроешься. В селе говорят, что вернулась Лариса с сыном аккурат перед второй чеченской кампанией. Через четыре дня по телевизору показали, как в Чечне разбомбили дом Гелаева. Видимо, хорошо разведка у ичкерийцев работает. Или наши федералы с ними в какие-то свои игры играют. "Вот отчего Гелаев такой неуловимый? - рассуждают мужики в селе. - Бегает-бегает, никто поймать не может, окружают - прорывается. Значит, кому-то он нужен. Как и сама эта война..."
Боевая карьера Гелаева началась в начале 90-х, когда он возглавил "чеченский добровольческий батальон" для участия в вооруженном конфликте Грузии с Абхазией. Тогда воевал он на стороне Абхазии. Потом создал свой полк спецназа "Борз" ("Волк"). Руководил всю первую чеченскую войну так называемым юго-западным фронтом.
Когда началась вторая кампания, он снова возглавил юго-западное направление, уже в ранге "дивизионного генерала". И в марте 2000-го прославился в жестокой трехнедельной битве за родное село Комсомольское. Каким образом ему опять удалось улизнуть из плотного кольца федералов - не объяснил никто.
И вот теперь воюет в Абхазии - но уже против былых "братьев по оружию", мусульман, подозревающих его сегодня в сговоре с грузинами. По одним сведениям - тяжело ранен, по другим - вполне жив, прорывается с верными "волками" к российской границе...
Вечный шабашник? То мирный - с топором, то военный - с автоматом... Надо - непримиримый командир. Не надо - вице-премьер Чечни по строительству (может, омский опыт вспомнился в те несколько месяцев, когда в перерывах между войнами занимал он эту должность). Как он красиво откровенничал по чеченскому телевидению: "Я всегда хотел быть созидателем и всегда по-хорошему завидовал тем, кто хоть что-то создает своими руками. И очень надеюсь, что когда-нибудь смогу посадить своими руками и вырастить хотя бы один цветок".
Нам хотелось узнать, а что думают о Руслане Гелаеве те, кто его знает близко. Для того и постучались в глухой высокий забор на окраинной улице северного селения в Омской области. Калитку приоткрыла Лариса и через пару минут захлопнула - узнав, что пожаловали журналисты. Предложила через забор сообщить цель приезда. Кричать на всю улицу, чтобы соседи слышали, не хотелось - адрес омской гелаевской родни мы решили деликатно сохранить в тайне. Семье этой и так несладко. У подростка, сына полкового командира, - неизвестно какое будущее, пусть хоть настоящее будет спокойным. Сейчас он учится в обычной школе, на хорошем счету у педагогов, у сверстников пользуется уважением...
Но из-за забора прозвучала сердитая команда убираться, не то милицию вызовут: "Одного уже довели!.." В местную милицию мы и отправились: ответственность за неординарную семью приходится нести ей, милиции. Ее начальник вздыхает, что это дополнительная головная боль. В вышестоящие органы нужно время от времени докладывать о том, не наведываются ли гости от папы, не присылают ли привет... Да и о безопасности самой семьи надо на всякий случай думать. От местных-то людей зла ждать не приходится, они люди доб-рые - многие знают тайну семьи. "В нашем медвежьем углу, - сказал начальник милиции, - народ живет мудрый и спокойный. Друг о друге не по национальности судят - по делам, поступкам. Главу семейства вот недавно похоронили с честью, все местное начальство приезжало. Уважаемый был директор".
Его "довели". Скончался от повторного инсульта. В руководимом когда-то им совхозе люди говорят, что, пожалуй, допекла его вся эта история, жизнь под надзором. "Но куда деваться? - вздыхает начальник милиции. - Стараемся общаться помягче: не к себе вызываем, а сами визиты наносим. Но каждый раз слышим: почему, мол, вчера-то не пожаловали, вчера же по телевизору об очередном теракте в Чечне сообщали... Не обижаемся, понимаем, что надоели, им тоже не сладко: ведь на Кавказе противостояние продолжается".
Кому нужна эта война? Кончится ли когда-то? Что об этом думают в маленьком домике на окраине, где стало теперь еще сиротливее и тревожнее? Мы еще раз попытались встретиться с Ларисой, набрав телефонный номер. У журналистов такая работа: искать ответы на вопросы, надоедать. На том конце провода раздраженный женский голос прокричал: "Оставьте нас в покое! Все вопросы задавайте Ястржембскому и Казанцеву!" И трубку бросили...
Что тут скажешь? Что уловишь "между строк"? Что обитателям этого дома ничего говорить посторонним не велено? Или что кругом - враги? Или что не сам человек за свою судьбу отвечает? Не знаем. Не знаем. А стариков и детей жалко. Хочется, чтобы сын Ларисы и Руслана вырос не воином, не "волком", а мирным российским гражданином.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников