05 декабря 2016г.
МОСКВА 
-9...-11°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 63.92   € 67.77
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ЧТОБЫ СВЕЧА НЕ УГАСЛА

Каждый из этих романов раскупался читателями, едва появлялся на прилавках. Книги Балашова обменивались даже на фантастику. Такой популярностью не мог похвастаться почти ни один автор исторических произведений. А прошлым летом мы вновь услышали имя Дмитрия Балашова. Но весть эта была скорбной. Писателя убили при невыясненных обстоятельствах.

С тех пор прошел год. В деле появились обвиняемые, да и само оно со временем обросло клубком скандальных слухов. Сказать, что об убийстве просто забыли, было бы неточно. И в новостях упоминали, и в прессе писали... Да только все как-то не о том. Ведь смерть Дмитрия Михайловича - великая духовная потеря, а оказалась она в ряду обычной криминальной хроники. И разве такая "забывчивость" - не еще один, далеко не первый тревожный сигнал нашему обществу, остроте нашего нравственного чувства?
Дмитрий Балашов стремился в образах представить читателям не только достоверные исторические факты, но, живя в переломную эпоху, показывал в прошлом России нравственный образец нам, своим современникам, а значит, давал надежду на будущее. Балашов считал, что народ должен знать свою историю, и именно в этом - предназначение исторической прозы. Потому что неосмысленная критически, история приобретает круговое движение и неумолимо мстит. Это должно быть особенно понятно нам, живущим в так называемом "постсоветском" пространстве с грузом доныне нерешенных духовных, религиозных и политических проблем, берущих свое начало в прошлом.
Огромное значение Дмитрий Балашов придавал роли интеллигенции. Он приводил в пример просвещенных людей Киевской Руси, которые, несмотря ни на что, сумели передать хотя бы отсвет прежней культуры наследникам. Без их вклада и мы с вами, и наша история были бы совсем иными.
Дмитрий Балашов писал не забавные романы "из старой жизни", хотя его произведения читаются на одном дыхании. Он настоящий зодчий языка, созидающий, восстанавливающий великое и прекрасное здание русской истории. И все же главное, что отличает произведения писателя, - в другом. Правда во власти, искренность церковных иерархов, предназначение человека, его обязанности перед самим собой и потомками, преемственность культуры - вот те вопросы, которые интересовали Балашова и которые, несомненно, превращают его историческую прозу в Литературу.
В романе "Великий стол" Балашов писал: "От нас, живых, зависит судьба наших детей и нашего племени. История - это наша жизнь, и делаем ее мы. Всем народом творим, и каждый в особину тоже, всею жизнью своей постоянно и незаметно"... А так ли поступаем мы, ныне живущие?
Трагическая кончина писателя вызывает скорбь в каждой душе, открытой к состраданию. Но эта скорбь по ушедшему утолима. Утолима осознанием того, что Дмитрий Балашов сполна выполнил свое высокое предназначение, данное ему от Бога, и память о нем сохранится во многих поколениях. Неутолима же печаль о нас самих, уподобившихся "иванам, не помнящим родства", должным образом не отметивших гибели одного из самых выдающихся своих современников.
Перечитывая одно интервью Дмитрия Балашова, я был поражен - на обложке журнала, где оно было опубликовано, изображен Преподобный Серафим Саровский, Молитвенник за землю Русскую, ее Заступник перед престолом Небесного Царя. Имя Серафим значит "пламенный". Столь же пламенными были и проповеди, именно проповеди, а не "лирические отступления" писателя. И сокровенно звучат ныне слова князя Симеона Гордого, слова из ХIV века, заботливо донесенные до нас Дмитрием Михайловичем, звучат как завещание: "Дабы сохранился род и свеча не угасла"...


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников