11 декабря 2016г.
МОСКВА 
-7...-9°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.30   € 67.21
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ЕСЛИ ДЕНЕГ НЕТ, А ЯДА МНОГО

Корец Марина
Опубликовано 01:01 26 Сентября 2002г.
О том, что с отцом случилась беда, студент сельхозинститута Саша Лавриненко узнал из Интернета. Готовил вечером реферат, зашел на сайт новостей и обомлел: скупая бесстрастная строчка сообщала, что в родном Раздольном выдали зарплату ядохимикатами. В итоге есть жертвы, а против главного агронома, отца Саши, возбуждено уголовное дело.

Саша с детства привык гордиться отцом, умевшим даже в неудачные годы получать рекордные результаты. Да и в стенах института еще помнили Владимира Анатольевича как лучшего студента, а позже - лучшего агронома области. И вдруг - уголовное дело, преступник! Дозвониться домой Саше не удалось, последний автобус ушел в село еще утром, и парень выпросил у друга мотоцикл. Во двор въехал затемно с первыми каплями дождя и онемел от радости, когда двери открыл отец с прыгающим на сковородке блином...
- Ты что примчался? Что-то случилось?
Все прояснилось в несколько минут.
...Прошлой осенью, когда бывший колхоз Ильича, а ныне общество с ограниченной ответственностью практически осталось без директора (старый, доведший колхоз до банкротства, ушел на повышение в райгосадминистрацию, а нового еще не выбрали), в кабинет к агроному ввалились пять многодетных мамаш и чуть ли не на коленях стали умолять выдать им гривен по двести - не на что собрать детей в школу. Просили не о пособии - о кровной зарплате, которую в Раздольном не выдают шесть лет. Конечно, с людьми рассчитывались зерном, но цены на него упали вдвое, и лучшее, что могли сделать селяне, - это поменять пшеницу на уголь, чтобы не замерзнуть зимой.
Женские слезы напомнили Владимиру Анатольевичу недавний визит из области директора садово-огородных кооперативов Макарова, который, водрузив на стол крысоловку, попросил продать ему ядохимикатов для изготовления подобных образцов. Ловушки для хвостатых вредителей охотно покупались частниками, и кооператив имел на этом неплохую прибыль. Агроном пообещал подумать: чего-чего, а ядохимикатов в хозяйстве хватало, забили склады еще со времен Советского Союза мешками и бочками. А инструкций о том, что с ними делать, от начальства не поступало. Теперь же сама жизнь подсказывала ответ городскому визитеру.
Ядохимикаты благополучно продали, а деньги раздали на руки нуждающимся, оформив все так, будто люди получили яды в счет долгов по зарплате. Абсурдность такой формулировки тогда никого не смутила - мало ли абсурда в современном сельском хозяйстве. Но в конце года агронома вызвали в природоохранную прокуратуру.
- Где ваш отчет по ядам? - постучала карандашом по столу молоденькая следователь.
- Яды раздали людям, - сказал агроном, озвучивая коллективно придуманную версию. - А те продали садовому кооперативу.
Возможно, на этом история с ядохимикатами и закончилась бы, если бы не выяснилось, что покупателя Макарова... уже нет в живых. Против агронома, обвиненного в преступной халатности, стоившей человеческой жизни, тут же возбудили уголовное дело.
Скандальная новость о том, что труд колхозников оплачивают ядохимикатами, а те умирают, множилась местными и столичными газетами. Фамилия агронома Лавриненко как символ преступной бесхозяйственности переходила из публикации в публикацию. Многодетные мамаши, чувствуя себя виновными в заварухе, договорились отбивать своего благодетеля вилами, если за ним приедет милицейский воронок. Вот и в сельсовете меня встретили подозрительно:
- Уж не по душу ли вы нашего Владимира Анатольевича? Ищите его в поле или на току. Все специалисты из колхоза сбежали - кто в город, кто в фермеры, а он, бедолага, тянет. И пенсионеров кормит, и о школе заботится. Ему орден надо давать, а не грозить наручниками.
Лавриненко и впрямь оказался на току. По-мальчишески худощавый, взъерошенный, с красными от недосыпа глазами, он не выглядел особенно удрученным:
- Да бес с ней, с этой дурной славой, пусть хоть горшком назовут, лишь бы в печь не ставили. Я вот скоро опять на нарушение пойду - самовольно подключусь к электролинии. Нам ее за долги отрезали, а понимать не хотят, что для хозяйства это гибель! Скоро дожди зарядят, а на току горы элитного зерна пропадают, ждут обработки. Что-то я в этом государстве ничего не понимаю. Колхозники последние башмаки донашивают, а те, кому они задолжали, приезжают ругаться на иномарках. То же самое и с ядохимикатами. Да, я нарушил инструкцию о хранении. Но кто знает, что лучше - держать опасные мешки на складах или продать ответственному лицу, нашедшему для отравы квалифицированное применение? Знаете, сколько разномастной заразы разлагается сейчас на территории Украины? Все понимают - это бомба замедленного действия, и она когда-нибудь рванет...
Опальный агроном, к сожалению, прав. В Украине скопилось такое количество ядов, что в пору объявлять экологическую катастрофу. В Харьковской области ее уже объявили. Здесь на заброшенных, полуразрушенных складах отравляют атмосферу около полутора тысяч тонн неопознанных ядохимикатов. Недавно облгосадминистрация и межрегиональный экологический центр разработали специальную программу по их уничтожению и создали отряд оперативных спасателей - единственное в Украине спецподразделение, получившее лицензию государства на проведение подобного рода работ.
А в селе Благодатном Донецкой области изготовленные на мышьяковой основе ядохимикаты пролежали в ожидании утилизации двадцать пять лет, пока на домик без охраны и дверей не обратили внимания местные жители и не понесли ядовитые порошки на базар - продавать желающим баночками.
Подпольный цех, выдававший на гора яды против насекомых, ликвидирован в Ровно. Отрава неизвестного состава расфасовывалась в пачки с этикетками российских и японских производителей женщинами, работавшими без респираторов и перчаток. Есть ли среди них пострадавшие, сейчас выясняется.
Но громче всех бомба замедленного действия разорвалась в селе Слобода Сумской области. Нынешним летом здесь была зарегистрирована странная эпидемия. 120 детей и сорок взрослых попали в больницу с поражением дыхательных путей. Медики в растерянности, а местные жители винят во всем ядохимикаты, которые распылялись на соседних полях. Пока причина эпидемии исследуется, Слобода остается в изоляции. Здесь не останавливаются автобусы, у жителей не покупают молоко. А выехать из села можно только по специальному разрешению санэпидстанции.
Ну а что же с агрономом Лавриненко из села Раздольного? Будучи человеком совестливым, он выбрал время вырваться в город и разыскать семью умершего покупателя отравы. От сердца отлегло, когда вдова Макарова показала справку о том, что супруг страдал тяжелым онкологическим заболеванием. А на прессу агроном не в обиде.
- Может, хоть таким образом удастся расшевелить чиновников и навести порядок с отравой, - сказал он мне на прощанье.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников