03 декабря 2016г.
МОСКВА 
-5...-7°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

СЕРГЕЙ ФЕДОРОВ: ГРЕТЦКИ МОГ ИГРАТЬ ЗА ЦСКА

Трушин Георгий
Опубликовано 01:01 27 Февраля 2003г.
Обычно в течение своей карьеры игрок НХЛ в среднем четыре, а то и пять раз меняет команду. С этой точки зрения наш Сергей Федоров - спортсмен уникальный. Как начал в сезоне 1990-1991 годов играть за "Детройт Ред Уингз", так и играет. Когда главным тренером "Красных крыльев" был Скотти Боумэн, Федоров находился на льду столько, сколько считал нужным. Но пришедший ему на смену Дейв Льюис сразу же "урезал" Сергею игровое время. Из-за этого у Федорова разгорелся конфликт с руководством.

- Я не новичок в НХЛ и знаю, чего требую, - сказал мне Сергей, - За время моего выступления за "Крылья", мы трижды завоевали Кубок Стэнли. Поэтому, когда Льюис сказал, что отныне буду играть меньше, я расстроился. А разозлился после того, как в матче с "Колорадо" я находился на льду всего 15 минут. В послематчевом интервью раскритиковал нового главного тренера. Конечно, за 13 лет в НХЛ я многое повидал, но не понимаю, чем прогневал Льюиса. Ведь на тренировках ко мне не было никаких претензий, да и в матчах забиваю регулярно.
- Ну и какое продолжение имел ваш конфликт?
- Мы встретились с Льюисом с глазу на глаз, поговорили часа полтора. Он изложил свои взгляды на мою роль в "Детройте". Как я понял, Дейв омолаживает состав и готов сократить игровое время ветеранов и хоккеистов среднего возраста. Я тоже высказал некоторые пожелания. Основным условием было предоставление мне минимум 25 минут игрового времени за матч. Льюис обещал подумать, на том и расстались. Внял он моей просьбе или нет, станет ясно в ближайших матчах.
- Упорно ходят слухи, что в нынешнем сезоне завершит карьеру многолетний капитан "Детройта" Стив Айзерман и капитанская повязка перейдет к вам.
- Это было бы просто здорово, но я от вас первого слышу, что Стив собирается вешать коньки на гвоздь. Он в блестящей физической форме, во многом именно на нем держится игра. И после его ухода из большого спорта я бы сделал капитаном не себя, а Игоря Ларионова. "Профессор" пользуется в команде огромным авторитетом и очень полезен на льду.
- А если руководство будет против?
- Это не имеет никакого значения. У нас капитана выбирают игроки. Все решается тайным голосованием, в котором, кстати, ни президент, ни тренерский штаб участия не принимают.
- Для многих ваших поклонников в России до сих пор остается загадкой причина вашего бегства, иного слова не подберешь, в 1990 году в НХЛ. Тогда вы исчезли из расположения сборной, и через несколько дней объявились в "Детройте". Иначе поступить было нельзя?
- Такая тогда сложилась ситуация. Если помните, я играл за ЦСКА, который возглавлял Виктор Тихонов. Виктор Васильевич - один из величайших тренеров в истории мирового хоккея, но очень сложный и противоречивый человек. Какой он сейчас, не знаю, но тогда Тихонов не признавал иного мнения, кроме своего. Знаете, как в той поговорке: "Есть два мнения. Одно мое, другое - глупое". Помню их конфликт с Ларионовым. Началось все с того, что Игорь несколько раз позволил себе не согласиться с наставником, и после этого его стали "давить". Но, в отличие от меня, Ларионов уже тогда был знаковой фигурой в отечественном хоккее. За него заступились на самом верху и дали уехать за океан. Если помните, в 1989 году "Детройт" на драфте выбрал меня под 74-м номером. Буквально сразу после этого на меня вышел канадский агент и предложил поиграть за океаном. Но когда я заикнулся об этом Тихонову, был страшный скандал. Меня буквально "арестовали" на тренировочной базе и никуда не выпускали. Поэтому пришлось ждать выезда за рубеж, чтобы элементарно сбежать. После моего отъезда за океан многие обвиняли меня чуть ли не в измене Родине. Это по меньшей мере странно. Я никого не предавал, просто захотел попробовать свои силы в другом чемпионате.
- Ну и как вас приняли в команде?
- Замечательно. Знаете, тогда русские на Западе были в диковинку. Болельщики ходили посмотреть на нас, как на редких зверей в зоопарке. После матчей меня окружали болельщики, осторожно трогали, что-то говорили, некоторые даже предлагали водку. Американцы были уверены, что все спортсмены из России после тренировок и матчей обязательно должны пить водку и закусывать ее блинами с икрой. А когда один из местных журналистов на полном серьезе спросил меня, как я жил в Москве среди медведей и волков, я так громко рассмеялся, что он понял, какую "сморозил" глупость.
- Где-то в году 1989 вы заявили, что один из ваших кумиров - знаменитый Уэйн Гретцки. За свое пребывание в НХЛ вы с ним встречались?
- Естественно. Помню свой первый матч против "Лос-Анджелеса", за которой выступал Уэйн. Так получилось, что в одной из смен мне пришлось играть против него. Как у меня коленки дрожали! Тогда я так и не осознал до конца, что играл против самого Гретцки. После матча, который мы, кстати, выиграли, хотел подойти к нему, но постеснялся. К тому же мой английский тогда оставлял желать лучшего. Но года через четыре, когда я был уже знаменит в НХЛ, набрался смелости, подошел к Гретцки, и мы с ним разговорились. Классный парень! Оказывается, в середине 80-х он очень хотел играть за ЦСКА и всерьез подумывал о переходе. Даже с Анатолием Владимировичем Тарасовым на эту тему советовался, но тот зачем-то отговорил его. Думаю, российские болельщики до сих пор не подозревают, насколько вероятным было появление Гретцки, скажем, на льду "Лужников".
- Вернемся к вашей персоне. По официальным данным скорость шайбы после вашего броска составляет более ста миль в час. Как вам удалось достичь такого потрясающего результата?
- Во-первых, это не такое уж выдающееся достижение. В лиге есть хоккеисты, у которых бросок сильнее. Например, мой партнер по "Детройту" Стив Айзерман. Однажды на тренировке после его щелчка прорвалась сетка на воротах. Да и Марио Лемье если приложится к шайбе от души - наверняка перекроет мой результат. А во-вторых, в детстве и юности я на всех занятиях основной упор делал на отработку точного и сильного броска. Позже, когда приехал в НХЛ, мне это очень помогло.
- Кстати, за 13 лет вас ни разу не отправляли в фарм-клуб. Как вам удалось избежать этой печальной участи?
- Много работал, тренировался до потери пульса. Ну и забивал много и регулярно. Какой же тренер отправит в фарм-клуб игрока, который забрасывает за сезон не менее 30 шайб? Да и Айзерман за меня всегда горой был.
- Как я понял, вы дружны с ним и с Игорем Ларионовым. А с кем еще из хоккеистов общаетесь?
- Часто созваниваюсь с Сашей Могильным и Пашей Буре. Все-таки в ЦСКА некоторое время в одной тройке играли. Мы и тут хотели за одну команду выступать, но не сложилось. Еще довольно тесно общаюсь с Владимиром Константиновым. Большого мужества человек (в 1997 году Константинов попал в автомобильную катастрофу, после чего оказался практически прикованным к инвалидной коляске. - Г.Т.). Даже спустя шесть лет после той страшной травмы он не оставляет надежду на выздоровление, занимается каждый день. Обидно, что в России его забыли. Вот и весь мой круг общения. Слишком много тренировок.
- Сейчас в "Детройте" у вас есть телохранители? Какие у вас с ними отношения? Например, Павел Буре, даже поменяв клуб, до сих пор дружит со своим охранником Джино Оджиком.
- Раньше меня оберегал Марти Максорли, мы были очень дружны, но теперь он в другом клубе. Сейчас у меня телохранителя нет, но в случае чего я и сам за себя постоять могу. Драться приходится часто, потому что русских теперь не берегут. Раньше в лиге на нас была мода. Когда в "Сан-Хосе" создали пятерку из российских хоккеистов - это было хорошей рекламной кампанией. Поглазеть на "русскую пятерку" приходили десятки тысяч болельщиков. Теперь же, когда к нам привыкли, чужие "полицейские" так и норовят нанести травму.
- Теперь касательно вашей личной жизни. Полтора года назад все СМИ шумели о якобы состоявшейся свадьбе с Анной Курниковой.
- Не люблю говорить о своей личной жизни. Но касательно истории моей женитьбы на Курниковой хочу еще раз заявить - это полный бред. Началось все с того, что одна "желтая" детройтская газета, желая поднять свой тираж и привлечь к себе внимание, опубликовала материал о моей женитьбе на Курниковой. Самое обидное, что "новость" подхватили другие газеты, в том числе и весьма уважаемые. Я никогда не отрицал своего знакомства с Анной, но оно не столь близкое, как этого хотелось бульварным журналистам. Когда тема "Федоров-Курникова" перестала приносить доход, Анну срочно "выдали замуж" за Павла Буре. С тех пор он не очень охотно общается с журналистами.
- И последний вопрос. Вы выиграли все, что только возможно: Олимпиаду, чемпионат мира, первенство Европы, три раза завоевывали Кубок Стэнли. Осталась еще какая-нибудь мечта в спорте?
- Да. Я очень бы хотел в составе сборной России выиграть чемпионат мира. Ведь в сборной СССР я был больше на подхвате, а судьбу медалей решали Крутов, Фетисов, Ларионов и другие, более именитые игроки. Правда, боюсь, это невозможно. Новый тренер сборной взял курс на омоложение состава, а мне уже 33 года. Локаутов в НХЛ тоже не предвидится. Но если он будет и меня позовут в команду - обязательно приеду, будьте уверены. Потому что выступать под флагом своей Родины - великая честь.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников