06 декабря 2016г.
МОСКВА 
-9...-11°C
ПРОБКИ
6
БАЛЛОВ
КУРСЫ   $ 63.87   € 68.69
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ТУШЕНКА ОСОБОГО НАЗНАЧЕНИЯ

Попасть сюда, на одну из секретных баз хранения стратегического запаса страны, случайным людям невозможно. Система Росрезерва всегда была одной из самых закрытых структур. О том, что запасено здесь на черный день, знает только очень ограниченный круг людей из числа высокого руководства страны. А нас, корреспондентов, предупредили: лишнего не писать.- Да, и запомните, сведения о номенклатуре и количестве этих запасов, их местонахождении являются государственной тайной, - инструктировали корреспондентов "Труда" сотрудники Росрезерва. - Тогда распишитесь...

Сюда, на одно из тщательно охраняемых хранилищ стратегического запаса страны, мы ехали из Москвы больше двух часов. Почти все это время нам разъясняли, что разрешено, а что категорически запрещено здесь - в "закромах Родины". Репортерам нельзя в одиночку бродить по территории, нельзя фотографировать без разрешения, нельзя выяснять у сотрудников фамилии и задавать другие "лишние" вопросы.
Что мы знали, собираясь в дорогу? Что система Росрезерва 76 лет назад была создана на случай войны или каких-либо иных общенациональных бедствий. О том, чем занимается Комитет по резервам, созданный в СССР в начале 1930 годов при Совете труда и обороны, знали единицы. Впрочем, и сейчас сведениями о том, где, что и сколько хранится в государственной "заначке", владеет строго ограниченный круг лиц. Рядовые сотрудники отшучиваются: "В случае ЧП у нас найдется все - от швейной иголки до космического аппарата". Впрочем, шутка ли это? Сегодня на складах ответственного хранения есть и иголки, и нитки, а также стройматериалы, грузовики, электростанции, энергоносители, металлопрокат и так далее. Добра запасено столько, что им можно обеспечить население страны в течение трех месяцев.
- Для хранения отбираются продукты высочайшего качества, - говорит директор комбината Алексей Евгеньевич (фамилию называть не имеем права). - Все они должны соответствовать гостам. На тушенку, например, действует госстандарт еще советских времен. Помимо этого, каждая партия проходит жесточайший входной контроль: наши специалисты проводят полный спектр анализов. Предприятия-поставщики отбираются по конкурсу. К тому же лицензию им выдает не кто-нибудь, а ФСБ.
На комбинате хранятся соль, сахар, мясные и рыбные консервы, замороженное мясо и многое другое. Строго соблюдается срок годности. Тушенка, к примеру, может лежать четыре года, мясо - не больше двух лет. На складах Росрезерва для надежности все это хранится примерно на год меньше. Затем резервное продовольствие отправляется либо на армейский стол, либо в магазины. А их место занимают свежие продукты. И нельзя допустить, чтобы склады на какой-то момент опустели - мало ли что произойдет. А происходит постоянно...
Вот и нынешним летом пострадавшие от землетрясения в Невельске получили из госрезерва палатки, печи, одеяла и другую утварь. Зимой 2006 года замерзающим регионам было выделено топливо. В 2005-м из стратегического запаса в пострадавший от террористов Беслан отправилось медицинское оборудование. Этот список можно продолжать бесконечно. Так как любая помощь, в том числе и гуманитарная, - это, как правило, продукция, взятая со складов все того же Росрезерва.
Его хранилища разбросаны по всей стране. Большинство строились в 1940 -1960-е годы. Их надежно укрывали от посторонних глаз. Комбинат, на котором нам удалось побывать, стоит в низине и тем самым защищен от взрывной волны. Для автономного режима работы здесь есть все необходимое: дизельная электростанция, пожарный пруд, охрана, железнодорожные ветки.
Чтобы попасть в гигантский холодильник - гордость комбината, нам в очередной раз предлагают расписаться. Потом выдают спецодежду - теплые курточки на двойном синтепоне с фирменным логотипом "Росрезерв". Точно такие же носят все сотрудники, работающие в "холоде". На наших спутницах замечаю еще теплые ботинки и рейтузы. Попав в хранилище, понимаю, что одеваются они так не зря.
- В холодильнике должна поддерживаться одна и та же температура, - говорит сотрудница Наталья. - Всегда минус 25 градусов и минимум влажности. Для этого в камере установлены специальные влагоуловители. Оптимальные условия для хранения продуктов специально разработаны в научно-исследовательском институте и проверены временем.
В сопровождении работников предприятия мы проходим в одну из камер. После резкого перехода из жары в мороз перехватывает дыхание. От стены до стены тянутся высоченные башни из коробок. Приглядываюсь к этикеткам: сливочное масло, производитель - иностранный.
- А почему не наше, не российское?
- Отечественное вообще тоже есть, - отвечает директор комбината. - Но, как я уже говорил, мы отбираем лучшее.
В начале 1990-х годов система государственных запасов оказалась под угрозой. Хранилища стратегических запасов в ближнем зарубежье неожиданно оказались "чужими". А в самой России за 10 лет смутного времени из бюджета в госрезерв поступали сущие копейки. А страну все равно нужно было снабжать.
- Только недавно впервые за много лет на комбинате был сделан капитальный ремонт, - рассказывает заместитель директора Александр Викторович. - Тогда-то и появились здесь новые охлаждающие системы с использованием малоаммиакоемких технологий. К слову, тоже импортные, немецкой фирмы. Такие агрегаты более безопасные - для поддержания минусовой температуры им требуется в разы меньше аммиака. К тому же такие холодильники не надо размораживать - своего рода система no frost.
Однако списывать и старые, отработавшие больше полувека компрессоры пока никто не собирается. В одной из таких камер хранится замороженное мясо. Внешне она напоминает ледяной дом - стены и потолок сплошь покрыты инеем. От пола до потолка - аккуратно уложенные "поленницы" из говядины. Каждый кусок - весом от 80 до 120 килограммов.
- Когда подходит срок выпуска, - объясняет Наталья, - сюда заезжает погрузчик, цепляет тушки крючком и загружает в транспорт. А когда камера освобождается, мы всем коллективом ее размораживаем: женщины сметают иней, а мужчины откалывают лед.
Говорят, в этой камере однажды случайно закрыли одного из сотрудников. Оставшись в полном одиночестве наедине с замороженным мясом, работник не растерялся. Чтобы согреться, он всю ночь с места на место перетаскивал коровьи тушки. А там и помощь подоспела.
- Может, и было такое, - улыбается Наталья. - Но вообще на эти случаи в камере имеется кнопка. Нажимаешь, к диспетчеру поступает сигнал: "Человек в камере", и дежурный идет его спасать.
Руководство комбината считает, что хранение мяса в тушах - вчерашний день. Гораздо удобнее и экологически безопаснее закупать говядину уже в упаковке. На складах стратегического назначения есть и такое. Но продукт в основном зарубежный. И все потому, что по качеству он лучше. Однако в любом случае образцы перед закупкой поступают в НИИ проблем хранения, где мясо подвергается всестороннему изучению. Такие исследования позволяют определить, откуда буренка родом, по каким лугам бродила и чем питалась.
На комбинате мы провели почти целый день. По журналистской привычке все время пытались обнаружить хоть какое-нибудь слабое место в организации хранения стратегических запасов. Увы, все здесь продумано до мелочей. Но иначе и быть не могло. Ведь прогнозировать, что, где и когда может произойти, невозможно. Потому Росрезерв всегда готов к худым вестям. Примерно, как боевые расчеты межконтинентальных баллистических ракет.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников