03 декабря 2016г.
МОСКВА 
-5...-7°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ЛЮДИ В БОЧКАХ

Качаева Иоланта
Опубликовано 01:01 27 Ноября 2002г.
"Поживите пока так, в бочках, - уговаривали их на заводе железобетонных изделий N 76. - Вот скоро построим свою девятиэтажку". Они терпеливо ждали почти шесть лет. Потом предприятие обанкротилось. А они так и остались в своих железных квартирах-цистернах. Шесть бочек выстроились в ряд среди многоэтажек в полуторамиллионном городе. Бок о бок. Словно какой-то поезд сошел с рельсов. Здесь живут 18 человек. Адрес у всех один: улица Седова, 55. В Омске их называют "бочкаревцами" или "бочкаревыми".

- Вы по самой бочке стучите, тогда услышат, - посоветовала мне проходящая мимо женщина.
Я тщетно колотила в дверь странного жилища, поднявшись по железным ступенькам лестницы. Потом стучала в покатое дно. Наконец из чрева цистерны донесся какой-то шум. Дверь распахнулась. На улицу выглянули женщина и девчушка с пушистым белым котом на руках. Хозяйка Елена Мозаляускас пригласила в диковинный дом, похожий на отсек подводной лодки:
- Не раздевайтесь, замерзнете.
На 18 квадратных метрах уместилась прихожая, кухня, санузел и комната. Все помещения крошечные. Без дверей. Ходить можно только вперед или назад. Причем исключительно по одному - двоим не разойтись. Стены и потолок обшиты тонкой древесно-стружечной плитой. Три окошечка. Под потолком протянута труба - это местное отопление. Холодильник - в прихожей. На кухне каким-то образом уместились мойка, столик и "буржуйка". В "комнате" - двухъярусная железная кровать, тахта, детская кроватка, стол и сервант. В таких условиях Лена живет с тремя детьми. Муж умер. Двухлетняя Олюшка зовет за собой - смотреть мультфильм.
13-летний Слава забрался на кровать. Старший, Паша, в школе.
- Теснота, конечно, - смущенно признается хозяйка. - Шкафы к стене не приставишь. Кровати, чтобы не падали, прикрепили железными скобами. Телевизор все лежа смотрят - иначе не получается. Дети уроки на кроватях делают... Да у нас и гостей-то не бывает. Долго находиться здесь с непривычки трудно.
Хозяйка не сгущала краски. В цистерне, и правда, душно. Уже через 15-20 минут у меня закружилась голова. Вышла на улицу и стала жадно глотать морозный сибирский воздух.
Открылась дверь в соседней бочке - ее хозяйка собралась идти за водой на колонку. Разговорились. Светлана Чернова живет одна. Узнав, что мне стало нехорошо, посочувствовала:
- А нам уже все равно...
В четырех других железных квартирах на стук никто не отозвался. На крылечках - нетронутый снег. Скорее всего, предположила Светлана, соседи спасаются от холодов у родных или у друзей.
- Отопление у нас недавно отключили, - говорит Светлана. - Трубы полопались. Раньше завод обогревал, а теперь никто не хочет этим заниматься. Лишились мы и канализации, и водопровода. Вот и приспосабливаемся. К примеру, в туалет ходим в бывшее административное здание родного завода. Минуты три быстрой ходьбы...
- Как я попала сюда? Заселяйся в бочку, только никому ничего не говори, сказал мне директор, - вспоминает она. - Это ненадолго. Квартиру, мол, получишь.
Обустраиваясь, "бочкаревцы" провели электричество и воду, приделали деревянные сени. Временное жилье стало постоянным. Вот только официально бочки квартирами или домами нигде не признают.
- Весь жилой фонд завода передали городу, кроме бочек, - объясняет Светлана. - Признать цистерны квартирами местные власти категорически отказываются. Понять их несложно. Ведь тогда пришлось бы нам жилье выделять. А так нас как бы и нет. Из-за этого и не прописывают в цистерне. Дети, ставшие за эти годы мытарств совершеннолетними, не могут получить даже паспорт. Мы - вне закона.
Сама Светлана получила вместо нового паспорта справку. На ней какая-то абракадабра: "Чернова С.В. проживает по адресу: ул. Седова, 55, в балке северного типа, который не имеет статуса жилья". Куда можно пойти с таким документом?
За разъяснениями я обратилась к заведующему отделом по учету и распределению жилищного фонда департамента недвижимости Омска Борису Камелину. Ничего нового я не услышала. По его словам, цистерны признаны нежилыми помещениями. Руководство завода поселило, мол, своих работников "ненадлежащим образом". Это известно. Но куда же "диогенам" податься? Они могут либо купить жилье, либо встать в общую городскую очередь. Только все нереально. Купить практически невозможно. Квадратный метр в Омске стоит примерно 10 тысяч рублей. По местным меркам - состояние. Что же касается очереди, то нынче в ней томятся более 18 тысяч семей. А если вне очереди - с учетом особых обстоятельств? "Данная категория жильцов к льготникам не относится", - объясняет мне начальник районного отдела по учету и распределению кадров Екатерина Дубовик.
Внеочередниками в Омске признают только инвалидов Великой Отечественной войны. В семьях "бочкаревых" таких нет. А состоянием своего здоровья они, понятно, похвалиться не могут. Сын Елены Мозаляускас - Слава сегодня в школу опять вот не пошел.
- Горло болит, - тихим голосом говорит худенький мальчик. - Меня оставили на второй год в пятом классе: слишком много пропустил из-за болезней.
Дети у Елены Ильиничны болеют часто. У сыновей уже было воспаление легких. Удивляться не приходится. Зимой цистерна промерзает, а летом нагревается аж до 60 градусов. Проветривать опасно: сквозняки, сырость. Все вещи и постельное белье постоянно влажные. В холодное время года, бывает, одеяла примерзают к стенам так, что утром и не оторвешь. Подобное происходит и с входными дверьми. Тогда "диогены" несколько дней не могут выйти наружу - ждут потепления.
Один чиновник посоветовал "бочкаревцам" обложить свои дома кирпичом. Дескать, так будет теплее. Только денег на эту затею у людей нет. Жители задумали было построить свою автономную систему обогрева. Но стоимость ее аж 40 тысяч рублей. Да и куда поставить агрегаты?
Любимец семьи Мозаляускасов кот Чипс постоянно просится на руки - там теплее, чем на полу. Вместе с ним мы устроились у "буржуйки". Елена поила горячим чаем. Чипс жался к печурке. Через некоторое время запахло горелой шерстью. "Ну вот, сожгла свитер", - подумала я. Оказалось, у Чипса обуглился шерстяной бок, а он и не заметил...
Болеть в цистернах нежелательно. Вызвать "скорую" - дело непростое. Приходится бежать к жителям стоящих неподалеку домов или к автомату. Светлану Чернову "неотложка" забирала прямо из телефонной будки. С трудом разыскивают обитателей цистерн и работники почты. Бывает, что без вести пропадают письма и посылки, так и не найдя своих адресатов.
У "бочкаревцев" хранится немалое число документов, которые они получали, обивая пороги кабинетов различных чиновников. Справки, акты, резолюции, приказы. Печати, подписи, числа, регистрационные номера... И никаких результатов. Поиски жилья и правды затянулись.
Когда в бочки постучались переписчики, "диогены" спросили: "А вы будете нас переписывать как бомжей?"
Что же должно такое произойти, чтобы эти несчастные люди получили все-таки нормальное жилье? На дворе как-никак третье тысячелетие...
Скоро новогодний праздник. Спрашиваю у Елены:
- Как будете отмечать?
- Никакой елки не будет. Желание не сбывается, как ни загадывай. А оно одно: выбраться из этой проклятой бочки.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников