11 декабря 2016г.
МОСКВА 
-7...-9°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.30   € 67.21
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ОРУЖЕЙНЫХ ДЕЛ "МАСТЕР"

Ракчеев Алексей
Статья «ОРУЖЕЙНЫХ ДЕЛ "МАСТЕР"»
из номера 139 за 28 Июля 2000г.
Опубликовано 01:01 28 Июля 2000г.
За несколько месяцев после президентских выборов почти все мало-мальски значимые государственные посты и должности в России были распределены. Не утихает только борьба за кресло главного торговца российским оружием. Точнее, за пост руководителя нового отечественного монополиста в сфере оружейного бизнеса, в структуру которого планируется слить госкомпании "Росвооружение", "Промэкспорт" и "Российские технологии". А возглавить это объединение сегодня стремится скандально известный генерал Александр Котелкин.

ХРОНИКА БОРЬБЫ
Ноябрь 1993 года. Создана госкомпания "Росвооружение" - главный и единственный посредник между российскими предприятиями ВПК и зарубежными покупателями, которому было делегировано эксклюзивное право от имени государства заключать контракты на поставку нашего оружия за рубеж. Первым руководителем назначен советник вице-премьера Владимира Шумейко по вопросам обороны генерал Виктор Самойлов.
Начало деятельности ГК "Росвооружение" положил Указ Б. Ельцина N1932-с, в соответствии с которым "обязанности по контролю за соблюдением госинтересов и сохранением гостайны в сфере торговли оружием" возлагались прежде всего на Службу безопасности президента РФ (СБП) во главе с Александром Коржаковым. И в ее недрах для этой цели был создан специальный отдел "В", в котором уже тогда выделялся тандем - Борис Кузык (в дальнейшем советник Б. Ельцина по вопросам военно-технического сотрудничества) и Александр Котелкин.
Октябрь 1994 года. Указом президента РФ Виктор Самойлов отправлен в отставку. Официальная причина - "грубые просчеты в работе", которые, собственно, и вскрыл отдел "В" СБП. Новым гендиректором "Росвооружения" назначен Александр Котелкин. Работу госкомпании курируют Александр Коржаков и вице-премьер Олег Сосковец. А это означает почти полный контроль над многомиллиардными финансовыми потоками "Росвооружения". С их участием определяется счастливая десятка уполномоченных банков, в которые бесперебойно начинает поступать валютная выручка от экспорта российского оружия.
Июнь 1996 года. Коржаков и Сосковец неожиданно отправлены в отставку. Виктор Черномырдин предлагает Ельцину взять "Росвооружение" под свою опеку и назначить ее руководителем Георгия Хижу. Тогдашний секретарь Совбеза РФ Александр Лебедь убеждает президента сохранить этот пост за Котелкиным.
Август 1997 года. Отправлен в отставку Александр Котелкин. Гендиректором "Росвооружения" назначен председатель совета директоров МАПО-банка Евгений Ананьев - человек, близкий к министру экономики Я. Уринсону и В. Черномырдину. После заявления Уринсона о возможности перевода всех средств "Росвооружения" из уполномоченных банков в Федеральное казначейство дни его ставленника были сочтены.
Декабрь 1998 года. Гендиректором "Росвооружения" становится человек премьера Примакова - генерал Григорий Рапота.
Август 1999 года. Кресло руководителя "Росвооружения" занимает Алексей Огарев. Вместе с ним в родные пенаты на должность главного советника гендиректора ГК "Росвооружение" возвращается генерал Александр Котелкин, за которым еще с начала 90-х тянется длинный шлейф разоблачений - в прессе, в справках многочисленных высоких комиссий и т.д.
ПЕРВЫЕ СКАНДАЛЫ
Еще в начале 90-х, в бытность свою руководителями Главного управления военно-технического сотрудничества (эта госструктура до создания "Росвооружения" координировала деятельность нескольких внешнеторговых объединений, занятых экспортом оружия, таких, как "Оборонэкспорт", "Спецвнештехника" и др.), Александр Котелкин и Борис Кузык наладили замечательный "контакт" с подведомственными фирмами. Являясь госчиновниками, они, кроме зарплаты, получали от коммерческих структур солидные валютные премии, в частности, от "Оборонэкспорта". По степени простоты это напоминало взаимоотношения, скажем, директора рынка с продавцами: хочешь торговать - давай... "премию". И давали. Как писала газета "Комсомольская правда", согласно платежным ведомостям в 1993 году Котелкин Александр Иванович (бухгалтерский код - К145) получил 58 тысяч 384 доллара, Кузык Борис Николаевич (К002) - 37 тысяч 885 долларов, Свечников Сергей Иванович (С001) - 20 тысяч 331 доллар... И это в то самое время, когда изобретатели, производители и испытатели этого оружия перебивались с хлеба на воду.
Скандал в этот раз удалось замять, а "премии" пришлось вернуть в кассу. Зато друзья резко пошли на повышение: Котелкина назначили гендиректором "Росвооружения", Кузык стал советником Ельцина по вопросам военно-технического сотрудничества, Свечников возглавил Госкомитет по военно-технической политике. Отныне эта троица под приглядом Коржакова стала курировать весь экспорт российского оружия.
МАГИЯ ЦИФР
Любимая фраза Александра Котелкина: "Я могу выгодно торговать и песком в пустыне Сахара". Может, это и так, но, думается, оружейный бизнес все же требует более высокой квалификации. А еще генерал любил повторять, что его директорство в "Росвооружении" привело к небывалому взлету продаж российских вооружений и боевой техники, он и по сей день вспоминает, что в 1996 году Россия вышла на второе место в мире по экспорту оружия после США.
Но, докладывая о своих успехах кремлевским покровителям, Котелкин, мягко говоря, "заблуждался", руководствуясь только "сенсационными" выводами аналитиков Стокгольмского института изучения проблем мира (СИПРИ). Любому специалисту это было понятно, так как СИПРИ всегда основное внимание уделял не коммерческой стороне дела, а воздействию поставок вооружений на региональную и глобальную безопасность. При подсчетах по методике шведского института каждому виду вооружений соответствует определенный денежный эквивалент только формально, и для СИПРИ всегда было неважно - продавалось ли это оружие или передавалось безвозмездно. При таком способе подсчета, к примеру, в период 1990-1994 гг. на третье место в мире по объемам продаж оружия неожиданно вышла ФРГ, на самом деле за бесценок избавлявшаяся от вооружений бывшей армии ГДР. Другими словами, цифры СИПРИ давали представление о физических объемах поставок оружия, а не о полученных доходах.
Другое дело - Лондонский международный институт стратегических исследований. Его расчеты, которые в своих победных реляциях Котелкин никогда не упоминал, всегда строго базировались на данных национальных статистических органов. А по выводам Лондонского института с точки зрения фактического коммерческого экспорта Россия слабо удерживала лишь четвертое место в мире за период правления Котелкина, пропустив вперед Великобританию и Францию.
ДЕЛО N 580/96
В 1997 году кресло под Котелкиным заходило ходуном, поскольку по "отмашке" премьера Черномырдина начало раскручиваться уголовное дело N 580/96 "О сокрытии доходов от налогобложения в особо крупных размерах и совершении незаконных сделок с валютными ценностями в крупных размерах в системе ГК "Росвооружение". Основным свидетелем по этому делу был бывший первый заместитель председателя правления неприметного московского банка "ИнтерФинИнвест" Игорь Ильичев.
Именно Ильичев рассказывал следователям, а затем и журналистам о том, что его банк был поначалу задействован в широкомасштабной зачетной схеме казначейских обязательств Минфина РФ перед предприятиями ВПК, в ходе реализации которой отдельные чиновники в правительстве и МО РФ, а также "генералы" ВПК получали, по его словам, большие взятки и участвовали в хищении госсредств, затем банком заинтересовалась команда Котелкина и успешно "отмывала" через него миллиардные суммы в рублях. В результате Ильичев сорвал попытку людей из "Росвооружения" использовать "ИнтерФинИнвест" в афере по легализации неучтенных 400 млн. долларов, полученных от "черной" продажи российского специмущества на Ближний Восток.
У молодого банкира взрывали машину "измайловские" бандиты, его лишили банковского бизнеса, против него возбуждали уголовное дело, и год он провел в пензенской тюрьме. Но изменить свои обвинительные показания отказался.
Трудно сказать, к чему бы привела полная раскрутка Генпрокуратурой РФ уголовного дела N 580/96, но оперативно-следственные действия по нему прекратились после отставки Котелкина в августе 1997 года.
ЗАСЕКРЕЧЕННАЯ ПРОВЕРКА
Новое руководство ГК "Росвооружение" инициировало проверку Главным контрольным управлением президента РФ финансово-хозяйственной деятельности госкомпании за период 1995 -1997 гг. Судьба этой президентской проверки оказалось традиционной: поставили гриф "секретно" и - в сейф. Но некоторые ее результаты все-таки просочились в прессу.
Помнится, Александр Котелкин любил со скорбным видом повторять, что "Росвооружение" не может даже квартиры своим сотрудникам выделить - экономит средства для НИОКР. Выяснилось, что генерал говорил правду: с одним из домов, которые строились на средства госкомпании для ее сотрудников, вообще удивительная история вышла. По документам многоэтажный дом был сдан в эксплуатацию в конце 1995 года. В него даже якобы завезли мебель, осветительные приборы и все такое. Однако по адресу новостройки... дома найдено не было. Он исчез! Одна эта маленькая история могла потянуть на большое уголовное дело.
Выяснилось также, что при Котелкине "Росвооружение" потеряло десятки миллионов долларов, вложив их в 9 банков под неприлично низкие проценты. Так, весной 1997 года, например, на депозит в ОНЭКСИМ-банке было положено 7 млн. долларов под смехотворные 4% годовых, в то время как средняя процентная ставка тогда была 15-17. Больше всего "Росвооружение" потеряла в лопнувшем еще до дефолта Моснацбанке - 80 млн. долларов. Кроме этого, деньги госкомпании бесследно растворились еще в 40 различных фирмах, как сообщал журнал "Профиль".
А на реализации товаров, получаемых по бартеру за поставки оружия в основном из Китая и Индии, "Росвооружение" при Котелкине (точнее, предприятия-производители российского ВПК) потеряло 150 млн. долларов.
И это не считая прочих мелочей: на свою личную охрану, которую осуществлял ЧОП "Гамбит", Котелкин ежемесячно выделял из бюджета "Росвооружения", как писала газета "Совершенно секретно" (11.1998 г.), 45 тыс. долларов, в десятки тысяч долларов бюджету госкомпании обошлась покупка для Котелкина бронированного "ауди", 170 тыс. долларов было истрачено на ремонт спецстоловой для руководства госкомпании в офисе на Гоголевском бульваре, куда ни под каким видом не пускали директоров оборонных предприятий, которые по полгода не могли выплатить своим рабочим зарплату...
Но опять все обошлось.Впрочем, после президентской проверки Александр Иванович действительно притих.
ПРЕРВАННЫЙ ПОЛЕТ
А в ноябре 1997 года произошла самая крупная авиакатастрофа за всю историю российских ВВС. На жилые дома пригорода Иркутска рухнул военно-транспортный самолет "Руслан" с двумя разобранными истребителями Су-27 стоимостью 30 млн. долларов каждый, которые планировалось доставить во Вьетнам. Под обломками "Руслана" были погребены десятки человек, что было гораздо больнее и не шло ни в какое сравнение с потерей десятков миллионов долларов. И, получается, есть доля вины в этой трагедии Александра Котелкина...
Об отставке шефа "Росвооружения" президент Ельцин как-то неопределенно сказал: "Генерал Котелкин не сам ушел в отставку с поста руководителя государственной компании "Росвооружение"... С ним появились некоторые проблемы". Но вот что за проблемы возникли у блестящего генерал-майора - ни сам президент, ни пришедший на смену главному торговцу оружием замминистра экономики Яков Уринсон с командой не стали пояснять. Для них вопрос был решен: нет человека - нет проблемы. А проблема между тем никуда не исчезла, что в конечном счете отчасти высветила и иркутская авиакатастрофа.
Дело в том, что 13 октября 1995 года тогда еще шеф "Росвооружения" Котелкин своим приказом N 191 создал компанию "Карготранс", которой было передано преимущественное право на транспортировку всего российского специмущества. И если раньше за перевозку вооружений и боевой техники транспортники просили 2-3% от суммы контракта, то новый монополист стал требовать аж 10%. Но это было лишь полбеды. К руководству в "Карготранс" пришли люди Котелкина (Мищенко, Еремичев), которые вряд ли имели достаточный опыт в области именно транспортировки военных грузов и сфере их страхования. Более того, на момент заключения иркутской сделки по переброске двух Су-27 во Вьетнам из "Карготранса" уволились и снова вернулись в транспортный отдел "Росвооружения" 70% специалистов. Думается, в такой ситуации фирме следовало бы отказаться от иркутского контракта или по крайней мере заключить новый договор с профессионалами военных перевозок. Но, видимо, жажда больших денег возобладала.
Одна из проблем с прерванным полетом "борта N 82005" заключалась в том, что контрактная документация на перевозку была оформлена необычным образом. 18 сентября 1997 года "Иркутское авиационное производственное объединение" (ИАПО - производитель самолетов Су) и "Карготранс" подписали договор N КТ720477 "на организацию воздушных перевозок", а точнее, для переброски из Иркутска в Фанранг (Вьетнам) "6 изделий Су-27 и техимущества тремя рейсами Ан-124 (по 2 изделия Су-27 и техимущества общим весом до 44 тонн на каждом рейсе). Фирма "Карготранс" обязалась зафрахтовать авиатранспорт и оплатить все расходы, связанные с организацией и осуществлением перевозки. Обязанностей у иркутских авиастроителей набралось куда больше: доставка и загрузка "Сухих" в Ан-124, обеспечение таможенного и пограничного контроля, подготовка своего заводского аэродрома к приему тяжелого "Руслана", обеспечение заправки топливом (на этот пункт стоит обратить особое внимание), аэронавигационное обслуживание, получение экспортной лицензии и т.д. И в итоге авиастроители еще должны были перечислить "Карготранс", не имеющей, кстати, собственных средств авиадоставки, фактически за небольшие посреднические услуги весьма круглую сумму.
Почему иркутские авиастроители напрямую не могли зафрахтовать у ВВС "Руслан"? Во-первых, в ситуации кризиса неплатежей авиаизвозчики работали только на условиях предоплаты. Производственники вечно в долгах, как в шелках, а у "Карготранс" со свободными средствами был полный порядок. Во-вторых, действовал тот самый приказ N 191 от 18 октября 1995 г. тогдашнего гендиректора ГК "Росвооружение" Котелкина . И этот приказ для полностью зависимых от валютной выручки оборонных предприятий стал законом.
Но через месяц в иркутской сделке возникают две новые фирмы: кипрская CLC Cargo Lift Company Ltd. и российская "Грузовая Лизинговая Компания" - как говорится, в авиационном мире малоизвестные. И заключают новый контракт, в котором кипрская "оффшорка" поручает нашей фирме все то же самое (зафрахтовать Ан-124 и Ан-22 у в/ч 25969 для отправки все тех же Су вьетнамской стороне), только за несравнимо меньшую сумму. Куда должна была деться разница более чем в миллион долларов - когда-нибудь, может, и выяснит следствие.
В свою очередь "Грузовая Лизинговая Компания" 24 ноября заключает договор N 21/97/ВТА с начальником штаба в/ч 25969 Устиновым В.Г. на фрахт военных авиатранспортов для тех же шести "Сухих", уже предварительно оплатив счет N 69, включая НДС в размере 325 тыс. долларов. Причем "техническое обслуживание авиатранспорта, заправку авиатопливомом и спецжидкостями" "Грузовая Лизинговая Компания" обязалась оплатить, но кто конкретно это должен был делать - в договоре не оговаривалось.
Позже специалисты пришли к выводу, что одной из главных причин отказа трех двигателей Ан-124 могло стать отсутствие зимних присадок в керосине. "Карготранс" в данном случае выступал в качестве экспедитора, а Гражданский кодекс РФ (ст.805, часть 2) гласит:"Возложение исполнения обязательств на третье лицо не освобождает экспедитора от ответственности перед клиентом за исполнение договора".
Александр Котелкин поспешил откреститься от "Карготранс", разослав в газеты опровержения о том, что он, как физическое лицо, никакого отношения к этой потерпевшей фиаско компании не имел. Котелкин действительно хоть и подписывал приказ N 191, но как представитель юридического лица ГК "Росвооружение". Понятно, что его виза была главной, без нее фирмы "Карготранс" не возникло бы...
ОПЯТЬ ТЕ ЖЕ ГРАБЛИ?
И вот сегодня все та же команда во главе с Котелкиным пытается вновь подмять под себя весь российский экспорт оружия. Правда, с годами Александр Иванович стал осторожнее, он уже не облачается в неуставной белоснежный мундир и довольствуется в госкомпании ролью советника. Но опять слышатся его бравурные заявления. В марте этого года на авиасалоне ФИДАЕ в Сантьяго Котелкин заявил о том, что при его участии объем российского оружейного экспорта может достигнуть вскоре 5 млрд. долларов. А в прессе снова стали появляться компромат на новых конкурентов Котелкина, а также информация о "сенсационных" успехах ГК "Росвооружение".
P.S. Тема этой публикации не претендует на новизну - многие факты, изложенные здесь, широко обсуждались в СМИ. В распоряжении редакции оказались и новые документально подтвержденные свидетельства. Вся эта информация послужила основой данного материала.
В то же время газета готова предоставить возможность аргументирванно высказаться по затронутым в статье вопросам заинтересованным лицам.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников