06 декабря 2016г.
МОСКВА 
-9...-11°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 63.92   € 67.77
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ВЕЛИКИЕ ТАЙНЫ ВЕЛИКОГО РОМАНА

Безрук Мария
Опубликовано 01:01 28 Ноября 2006г.
Год 185-летия со дня рождения и 125-летия со дня смерти Федора Михайловича Достоевского наши кинематографисты ознаменовали работой над экранизациями трех его романов: "Бесы", "Преступление и наказание" и "Братья Карамазовы". На съемочной площадке "Карамазовых" побывал корреспондент "Труда".

На одном из столичных заводов, в бывшем цеху с поросшими грибком стенами, построена небольшая декорация избы. Костюмы, антураж, вся атмосфера пронизаны, как это принято называть, "достоевщиной". Темные, тусклые краски, приглушенный свет, неяркие костюмы. Снимается сцена с поляками, которые пытаются увести с собой Грушеньку.
Я оказываюсь на площадке в тот момент, когда репетируется короткая, но насыщенная действиями сцена: Митя (в его роли Сергей Горобченко) вышвыривает вон одного из непрошеных гостей. Изрядно похудевший за время съемок Сергей Горобченко тащит к дверям рослого, едва не задевающего головой потолок декорации поляка (Дмитрий Мухамадеев). Гость упирается изо всех сил, однако озлобленный Митя выталкивает его прочь. Кажется, Горобченко настолько вошел в роль, что возникают серьезные опасения за здоровье его партнера. Но, вылетая из проема, тот успевает схватиться за портьеру и обрывает кусок.
- Хорошо, - посмеиваясь, дает оценку режиссер Юрий Мороз, - только ты, Дима, не цепляйся так за проем, а то от ваших сражений вся декорация ходуном ходит. Того и гляди рухнет.
В промежутке между дублями декораторы прибивают оборванную ткань, а один из них обходит площадку с бутылкой воды, обильно опрыскивая пол и коврики - от энергичных движений артистов внутри декорации поднимаются клубы пыли, надолго повисающие в воздухе. Лишь после четвертого дубля Мороз выдыхает: "Стоп! Снято!" Четырежды выброшенный за дверь Мухамадеев с улыбкой раскланивается с группой и убегает в гримерку - он торопится на вечерний спектакль.
В следующем дубле снимают Федора Добронравова. Очень важный пан, закуривая трубку, обращается на польском языке к Грушеньке: "Пани, если хочешь ехать со мной - едем, если нет - будь здорова!" Сцена отснята, Добронравов подходит к монитору взглянуть на материал. Смотрю его и я. При близком изучении оказывается, что у важного пана на манжете одного из рукавов дырка, а серебряные перстни представляют собой явную и грубую бутафорию. Интересуюсь у костюмеров - это что, старые мосфильмовские костюмы, взятые напрокат? "Что вы, - уверяет меня художник, - у нас все костюмы шились специально для картины. А дырочки нужны для того, чтобы придать персонажам больше достоверности..."
Объявляется обеденный перерыв. В отличие от многих съемочных групп, где модная киношная молодежь отправляется обедать в дорогие рестораны, коллектив Мороза питается из "общего котла": и режиссер, и популярные артисты, и осветители. С аппетитом поглощая обед, Сережа Горобченко коротко делится со мной впечатлениями: "У меня безумно сложный, но интересный материал... И очень достойные братья". Зная Горобченко достаточно давно, отмечаю, что в его глазах появился необыкновенный свет, о чем ему и сообщаю. Актер в ответ лишь посмеивается: это все Федор Михайлович!
Режиссер Юрий Мороз, который готовился снимать "Карамазовых" на протяжении трех лет, считает, что работать над Достоевским без жертв со стороны артистов невозможно:
- Это материал, требующий полного, стопроцентного погружения, если угодно, выворачивания наизнанку души. Интонация Достоевского диктует совершенно определенную манеру существования в кадре. Актеру очень важно найти золотую середину, чтобы, с одной стороны, его игра не выглядела чересчур театральной, а с другой - в нем должен присутствовать внутренний надрыв, который характерен для героев Достоевского. Иначе не удастся передать дух этой литературы. На этой картине мне очень повезло с актерами. Скажем, Алешу у нас играет Саша Голубев, которого зрители знают по "Курсантам". Не скрою, он был не единственным претендентом на эту роль. Выбирая именно его, я доверился мнению женской половины группы. И не ошибся. Когда мы снимали в монастыре в Суздале, даже тамошние монашки Голубева признали: "У вас все хорошие, но вон тот - настоящий". На роль Карамазова-отца в картине был утвержден Виктор Сухоруков. Однако за две недели до съемок он отказался. Мы предлагали эту роль очень многим известным артистам, но в результате эту роль сыграл Сергей Колтаков - блистательный артист, который потряс меня диапазоном своих возможностей и невероятным талантом.
Брата Ивана в фильме сыграл актер театра МХТ Анатолий Белый, знакомый по сериалу "Талисман любви", Грушеньку - молодая актриса Елена Лядова. А Катерину Ивановну предстоит воплотить на экране супруге режиссера, актрисе Виктории Исаковой. Роль Смердякова играет Павел Деревянко, который в "Деле о мертвых душах" Павла Лунгина сыграл Чичикова.
Сверхзадачу картины Мороз видит в том, чтобы попытаться познать характер русского человека:
- В отличие от классической экранизации Ивана Пырьева наша картина будет вмещать всю книгу целиком. Тема, заявленная в самом романе как бы от противного, - Бога нет, все позволено, - на мой взгляд, чрезвычайно актуальна для нашего общества. Думаю, разговор о нравственном начале человека будет весьма своевременным. В частности, в контексте сегодняшнего телевидения, где безраздельно властвуют плоские герои ситкомов и мыльных опер и прочая чушь.
Съемки продлятся до конца зимы. Отработав павильонные сцены, группа снова отправится в Суздаль, где предстоят сложные съемки на зимней натуре. Зритель сможет увидеть 12-серийную версию романа в будущем телесезоне.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников