03 декабря 2016г.
МОСКВА 
-5...-7°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

КУЛАКИ

Павленко Владислав
Опубликовано 01:01 28 Декабря 2000г.

ЕЛКА ЯРОСЛАВЦЕВЫХ
Среди миллионов елок, вспыхивающих в эти дни в домах и на площадях,

ЕЛКА ЯРОСЛАВЦЕВЫХ
Среди миллионов елок, вспыхивающих в эти дни в домах и на площадях, будет одна уникальная. Стоит она на окраине поселка с расхожим советским названием Комсомольский, что в полутора десятках километров от Белгорода. В новогоднюю ночь она соберет вокруг себя больше сотни представителей одного рода - Ярославцевых, коренных россиян, имеющих сегодня обидный статус "вынужденные переселенцы". Их отцы и деды еще не так давно звались "спецпоселенцами" и были лишенными гражданских прав.
Ярославцевы, разбросанные злой волей по огромным просторам бывшего СССР, твердо решили жить родовым сообществом. Причем не на городском асфальте, хотя все они горожане, а как в старину - на земле. Начали с основательного обустройства: возвели большой, с солидными хозяйственными пристройками, "штабной" дом, а потом стали возводить сообща крепкие особняки для каждой из почти тридцати семей, уже съехавшихся на приютившую их Белгородчину. Новогоднюю елку они зажгли перед только что законченной очередной новостройкой.
РОД И НАРОД
Если быть совсем точным, то, рассказывая о Ярославцевых, надо называть десятки фамилий. В их новом родовом "гнезде" фамилию Ярославцев носят не все. А за пределами Белгородчины живут, по подсчетам летописцев рода, еще около ста пятидесяти потомков и родственников пензенского пахаря Григория Панфиловича Ярославцева, хотя у многих из них тоже другие фамилии. Дело объяснимое: женское потомство ответвляется от главного "ствола". Но вот что интересно: Ярославцевыми считают себя представители самого юного нынешнего поколения и даже потомки других родов, когда-то через своих дочерей породнившиеся с сыновьями и внуками Григория Панфиловича. Например, Сорокины и Илюхины, давшие в начале века жизнь Прасковье Васильевне, жене сына Григория Панфиловича Степана...
Принадлежность к роду вовсе не обязательно определяется кровным родством. Род - это когда каждый человек чувствует себя увереннее с теми, кого признает своими.
А скрепляют род самые сильные, лидеры по духу. Ярославцевых природа щедро наделила этими качествами. Женщины Ярославцевы в решительности, проницательности и в предприимчивости ни в чем не уступают лучшим мужчинам рода.
Должен признаться, что во время моих бесед в "штабном" доме голова нередко шла кругом от всплывавших в разговорах фамилий: Комратовы, Мамонтовы, Скоркины, Егоровы, Горбаневы, Альдикеновы, Афанасьевы, Сорокины, Шутовы, Ткаченко, Адуевы... Но когда разговор касался каких-то самых важных дел, судьбоносных поворотов, круг сужался. Чаще всего фигурировали те, кто, как стало понятно, характером в коренных Ярославцевых.
В ТОЙ СТЕПИ ДАЛЕКОЙ
Почти семьдесят лет назад, в разгар сенокоса, в пензенскую деревню Графовка заявились "уполномоченные по раскулачиванию". Согнав с покосов многодетные семьи Ярославцевых и Поповых, отправили их, по-летнему налегке, под конвоем на станцию, а оттуда повезли взрослых и детей - несколько десятков пензенских семей, товарняками на восток. "Какие же мы мироеды? - недоумевал седобородый Григорий Панфилович Ярославцев, глава семейства. - Мы с хлебушком - так не лодыри же".
Не догадывался тогда крестьянин, для чего новой российской власти трудяги нужны...
Недели три спустя пензенские жертвы коллективизации очутились посреди голой солончаковой степи Северного Казахстана. Ни еды, ни дома, ни сараюшки. Зато табличка на шесте с инвентарно-зоопарковым названием: "Спецпоселок N 5".
- Как мы все же выжили? - переспрашивает Мария Степановна, одна из старейшин в нынешнем поселении Ярославцевых. - Мне тогда шел седьмой год, всего не знаю. Помнятся лишь некоторые ситуации. Например, тот первый день в степи. Все лежат на узлах и коробах, а моя мама Прасковья поднялась и ушла куда-то в незнакомую степь. И, представьте, она набрела на казахскую семью, выпросила у них казан и вечером на костре из кизяков и бурьяна принялась готовить затируху. Наша семья, оказывается, сумела, как ни лютовали конвоиры, захватить из дома и довезти три мешка муки! Несколько дней мама спасала затирухой весь умирающий "табор"...
Потом уже мужчины, которых стали возить на прокладку железнодорожной линии - знаменитого Турксиба, стали получать какие-то деньги, покупать продукты в магазине на стройке.
Поначалу люди устроили себе какие-то полушалашики-полуземлянки - накрытые тряпьем неглубокие ямы. После комендатура все же помогла лесоматериалом, сделали и крышу, и двери с окнами.
Увы, зима быстро развеяла надежды на сносное существование - барак не спасал от лютых степных метелей. Умирали и взрослые, и дети.
- Лишь тогда власти смилостивились, - тяжело вздыхает Мария Степановна.
Но очень уж куцей оказалась милость: разрешили написать письма пензенской родне, чтобы приезжали и забирали к себе детей. Из пяти Ярославцевых забрали двух младших, из шести Поповых - троих...
То время, беспощадное к отдельному человеку, долго мучило и корежило Ярославцевых... Вернувшиеся на родину дети попали в страшную пору поволжского голодомора 33-34-го годов. Отцу с матерью и старшими детьми как-то удалось убежать из "спецпоселка", добраться до родных мест. Но не пришлось ему даже согреться у родственников - опять конвой, опять дорога дальняя. На этот раз крестьянина Ярославцева ждала карагандинская шахта с не менее каторжной, чем на Турксибе, работой.
Но не зря говорится: работящий мужик, как то дерево, которое сколько ни гнети, оно все вверх растет. Ничто не сломало и Степана Ярославцева: жил в Караганде один, в шахтерском многолюдном общежитии, но, отработав в подземелье тяжелейшую смену, шел строить дом для семьи. И когда перед войной жена с детьми, намаявшись по чужим углам (отчий дом - "кулацкий", как водится, власть отдала кому-то из "слуг народа"), приехала в Караганду, Степан Григорьевич привез их в построенный своими руками, вполне сносный по тем временам дом.
Карагандинский период Ярославцевых - это почти целая человеческая жизнь - с конца 30-х до начала 90-х годов. Были в ней и горести, было немало и радостей. Ярославцевы, будто по пословице, "росли вверх". Хотя этот рост непросто им давался. Сначала, целых два десятка лет, жили они на положении отверженных "спецпоселенцев", лишенных элементарных гражданских прав. Уже и дети выросли, но у них ни паспортов, ни возможности куда-нибудь съездить. Да что там поездки... Война началась, сыновья Григорий и Владимир рвутся на фронт - нельзя, "ненадежные"... Только в 1948 году карагандинские "спецпоселенцы" получили право называться гражданами СССР.
К счастью, ссыльный период не подорвал жизнестойкость Ярославцевых - все их четверо детей обзавелись семьями, построили себе дома, нарожали тоже по четверо-пятеро сыновей и дочерей. Все получили высшее образование. Сейчас среди потомков Степана и Прасковьи Ярославцевых четыре доктора наук, шесть кандидатов. А каких только профессий нет в роду: от механиков до компьютерщиков, от экономистов до музыкантов...
Многие Ярославцевы считают, что высылка помогла утвердиться в двух важных принципах: надеяться надо только на себя и крепить семейное родство и взаимовыручку.
- В нашем роду, - рассказывает Галина Алексеевна Горбанева, дочь Марии Степановны, - из поколения в поколение передавалось уважительное отношение к старшим, беспрекословное послушание детей родителям. Мы не сомневались, что наша "патриархальность" не отжила, надо ее беречь. Бабушка Прасковья Васильевна всем это внушала, она была уже совсем в преклонных годах, а все ездила по стране, разыскивая родню, которую жизнь расшвыряла во все края. Ее дело продолжила мамина сестра Анастасия...
ЗЕМЛЯ ОБЕТОВАННАЯ
К 90-м годам карагандинская жизнь потомков Григория Панфиловича, казалось, окончательно вошла в нормальное русло. Но рухнул Советский Союз - задело и Ярославцевых.
- Как мы дружно жили в Караганде! - и поныне горюет наибольшая интернационалистка из Ярославцевых Светлана Алексеевна, вышедшая замуж за казаха Мурата Альдикенова. - Не понимаю, почему после превращения республик в самостоятельные государства возник вдруг "национальный вопрос"?
Белгородчина в поле зрения Ярославцевых оказалась вроде бы случайно: муж Галины Алексеевны Александр Горбанев - тоже потомок высланных в Казахстан крестьян из села Нижние Пены Белгородской области, в 92-м году решил навестить оставшуюся там родню. И с первого взгляда влюбился в этот край. Все здесь оказалось по душе: земля и климат, люди, атмосфера, да к тому же и заботливое отношение здешних властей к вынужденным переселенцам и беженцам.
Горбаневы, без всяких проволочек получив земельный участок на окраине Комсомольского, от миграционной службы - ссуду на строительство, дали знать своей родне в Караганду и Сибирь: есть "земля обетованная", она может всех нас принять. А потом у них побывала самая авторитетная для десятков семей Анастасия Степановна. И тоже вынесла заключение - надо сюда переезжать, здесь можно прижиться.
- Это только кажется, что если есть поддержка, то не страшно переселяться в новое место, - рассказывает Ольга Алексеевна Скоркина, бывший начальник планового отдела одного из предприятий Караганды. - Мы знаем людей, которые уезжали из Караганды, а потом возвращались назад - не прижились... Нам хорошо, что мы решили собирать свой род в одном месте, строить свою улицу Ярославцевых...
Первыми за Гарбаневыми перебрались на Белгородчину остальные три дочери Марии Степановны и дети ее рано умершего сына. За ними потянулись семьи потомков Григория Степановича Ярославцева, за ними - Владимир Степанович с домочадцами...
Но чем заниматься здесь им, специалистам самых разных профессий, в пригородном поселке? Самое важное решение приняли Горбаневы, Скоркины, Егоровы и Альдикеновы: оседать на земле. Они и решили построить тот большой дом с хозяйственными отсеками, который теперь считается "штабным". На первом этаже - комнаты, где проходят общие советы (есть теперь у Ярославцевых совет старейшин и есть совет неформальных лидеров каждой семьи), а на втором - жилом, временные комнаты для тех, кто приехал и начал строить свой дом. Впрочем, строят собственной бригадой - на каждом этапе подключаются лучшие специалисты по видам работ. "Нам с мужчинами повезло - все мастеровые, все работящие", слышал не раз искренние признания.
Помимо строительства, Ярославцевы все время пытаются развить такое дело, чтобы оно объединило всех и стало фундаментом их будущей жизни. Трудно, но никогда не поздно начать новую жизнь - это их убеждение. И поэтому в прошлом году созрело самое важное решение: взять в аренду ферму и часть земли лежащего на боку колхоза "Красная нива", что в нескольких километрах от поселка Комсомольский. А ведь среди них нет ни профессиональных сельских механизаторов, ни животноводов. Но ведь не зря же они потомки пахарей! Осенью уже подняли зябь более чем на тысяче гектаров, все лето возрождали ферму, прозванную в шутку, но по справедливости "графскими развалинами". И уже доят там первые два десятка коров, начинают принимать приплод.
Среди белгородских Ярославцевых сегодня есть уже и "челноки", и автомеханики, и механики по бытовой технике, и цветоводы, и высококлассные повара. Татьяна Ткаченко, например, когда-то работала на Байконуре, кормила космонавтов. Вспомнив про нее, Любовь Алексеевна Егорова, рассказывавшая мне сценарий новогоднего празднества Ярославцевых, заметила:
- У нас на общем столе будет конкуренция тортов!
Что говорить - дельных людей приютила Белгородчина, особенных. Собирание рода в единое сообщество после эпохи злых ветров - это ли не надежда, что новый век будет милосерднее и человечнее?


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников