03 декабря 2016г.
МОСКВА 
-5...-7°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ОЛЕГ ЯНКОВСКИЙ: НЕ БОЙТЕСЬ ВЫГЛЯДЕТЬ СМЕШНЫМИ, ГОСПОДА!

Лебедина Любовь
Опубликовано 01:01 28 Декабря 2000г.
Перед тем как сложить с себя полномочия, президент Советского Союза Михаил Сергеевич Горбачев успел подписать Указ о присвоении Олегу Янковскому звания народного артиста СССР. Так с тех пор он и числится последним народным артистом СССР. Янковский стал звездой в 24 года, когда на экраны вышел знаменитый фильм "Щит и меч". Он мог играть все: и ностальгирующего интеллигентав "Полетах во сне и наяву", и откровенное чудовище в фильме Захарова "Убить дракона". Сейчас он репетирует роль Петра I - в "Ленкоме" готовится премьера "Шут Балакирев". В реальной жизни Олег Иванович Янковский еще играет роль президента международного кинофестиваля "Кинотавр".

- Олег Иванович, нет актера, который не носил бы в ранце маршальский жезл режиссера?
- Дело в другом. В идеях. Как-то во время церемонии вручения театральной премии "Хрустальная Турандот" я поднялся на сцену и от своего имени поблагодарил всех шестидесятников, определявших театральную эстетику второй половины XX века. Поклонился до земли всем здравствующим и ушедшим от нас режиссерам: Любимову и Захарову, Гончарову и Плучеку, Ефремову и Товстоногову. Я с грустью думаю о том, что ожидает нас впереди, если так много прекрасного осталось позади. Ведь был же, был у нас великий кинематограф, когда во ВГИК пришли почти одновременно Василий Шукшин и Андрей Тарковский, Андрей Кончаловский и Марлен Хуциев. Именно они принесли в наше кино свои интересные художественные идеи, подняли его на небывалую высоту и определили дальнейшее развитие. Ну а теперь я спрашиваю вас: кто из сегодняшних молодых художников способен создать что-то новое в театре и в кино, в чем будет заключаться свежесть и оригинальность их творений?
- А разве современная проза, поэзия не дают новых идей постановщикам?
- Не могу сказать, что нынешние номинанты литературных премий "Букера" и "Антибукера" как-то влияют на театральную культуру.
Скажем, что нового я могу узнать о нынешней России от последнего лауреата Букеровской премии Михаила Шишкина, живущего в Швейцарии? Ничего! В отличие от Солженицына и Астафьева, которые всегда питали и питают нас и духовно, и творчески... Мы вырастали как личности благодаря литературе Трифонова, Распутина, Абрамова, Володина.
Нельзя забывать, что режиссерские открытия в театре тоже совершаются благодаря литературе, в том числе современной. И если ее нет, то постановщики вынуждены эксплуатировать классику, так сказать, "переписывать" ее на свой лад.
- Но ведь любая художественная идея со временем стареет. Только слепой не видит, что сегодня происходит с психологическим театром. Его подменили бытовым, натуралистичным театриком, где на первый взгляд все кажется по правде жизни, а копнешь глубже - одна пустота.
- И вот в связи с этим хотелось бы понять: почему такой успех сопутствовал спектаклю "Метро" в Театре оперетты? Не начало ли это нового этапа в российском театре, где главенствующее положение займут мюзиклы, а психологический театр уйдет в переулочки, студии...
- Честно говоря, и ваш "Ленком" давно уже не психологический театр... Или я ошибаюсь?
- Если бы меня спросили сейчас: чего я хочу в своем театре, то я бы ответил: возврата к "тихому" Марку Захарову, его тонкой, ироничной психологии. Да, сегодня публика очень многое просчитывает заранее, и ее следует обманывать, чтобы удерживать внимание. Но вот во время спектакля "Чайка" я слышу реакцию зрительного зала и вижу, как она "балдеет" от психологических дивертисментов и непредсказуемого поведения артистов. Значит, тяга к сопереживанию у нее сохранилась... К сожалению, наше время не способствует художественному эксперименту, у артистов нет ни времени, ни средств для творческих поисков. Текущий момент выживания вытесняет у них все другие желания, а мужество сопротивляться всему этому не у каждого найдется. Я не буду называть фамилии актеров нашего театра, но, взвесив свое материальное положение, они предпочитают больше работать на стороне, потому что надо содержать семью. И потом сто раз подумают, прежде чем согласятся рисковать своими заработками ради эфемерного эксперимента...
- Другое дело антрепризы - они хотя бы деньги дают актерам. И тем не менее вы не участвуете в них - значит, чего-то боитесь?
- Не боюсь, но опускаться ниже своего уровня не хочу. Хотя почти каждую неделю получаю предложения от менеджеров. Как мне кажется, антреприза до тех пор будет вызывать недоверие у народа, пока ее не возьмут в свои руки высокообразованные, культурные люди, которые станут приглашать не только известных артистов, но и ведущих режиссеров. А самое главное - выбирать для постановок серьезные литературные произведения.
- Наверное, и в кино последнего времени так мало снимались, что вас не устраивали сценарии?
- Порой от твоего желания и позиции мало что зависит. В откровенно бессовестных сценариях я никогда не снимался, но и сказать, чтобы художественным результатом таких фильмов, как "Роковые яйца", "Китайский сервиз", "Ревизор", был доволен, тоже не могу.
- Поэтому вы решили снять свой фильм "Приходи на меня посмотреть" по пьесе Надежды Птушкиной "Пока она умирала", где выступили не только режиссером, но и главным исполнителем вместе с такими замечательными актрисами, как Ирина Купченко, Екатерина Васильева и Наташа Щукина?
- Лично я устал от низкопробного западного кинематографа, заполонившего все наши экраны, а также обезьянничанья со стороны наших "киношников", бросившихся догонять Америку. Из 20 картин, просмотренных мною для "Кинотавра", было 11 боевиков и триллеров. Это какой-то кошмар и наваждение, где нет ни одного нормального лица, только погони, спецэффекты, стрельба, взрывы. Поэтому, когда оператор Агранович предложил вместе с ним снять картину, где была бы простая человеческая история, это сразу же легло на мою душу. Люди не могут жить без глотка свежего воздуха, им нужна сказка, дающая хоть какую-то надежду на будущее. В пьесе Птушкиной это есть: главная героиня предлагает объединить людей "одной группы крови" и противостоять злу.
- И как вы чувствовали себя в роли режиссера?
- По-разному. Дело в том, что я более 30 лет находился по ту сторону камеры и, конечно же, режиссировал собственные роли, если чувствовал, что постановщик "не тянет"... Но когда в течение месяца работы исполнительницы спрашивали меня: "Олег, а что делать дальше?" - тут я начинал морщить лоб, напрягаться и в конце концов что-нибудь придумывал. Мои актерские штампы помогали... (Смеется). Больше всего меня удивил родной внук, который с первого дубля делал то, что было нужно. Точно так же поступал мой сын Филипп, когда маленьким снимался в фильме "Зеркало".
Общаясь с великими кинематографистами, такими, как Андрей Тарковский, я понял, что настоящий художник, поцелованный Богом, несмотря ни на что, будет гнуть только свою художническую линию. И ни Александр Сокуров, ни Алексей Герман никогда не изменят своей стилистике. Наверное, новые художественные идеи складываются в особом микроклимате, быть может, вдали от генеральной линии искусства. Возьмите того же драматурга Вампилова, который в свое время мучился и творил в Иркутске. До поры до времени он был никому не известен, а потом его пьесы перевернули весь театр, и родилось новое явление в искусстве. Думаю, что и теперь где-то это происходит...
- Например, в вашем любимом Саратове, в котором вы учились, жили и работали?
- Все может быть... Ведь я выступал в достаточно интересном провинциальном коллективе, одном из лидирующих в России. Когда начал сниматься в фильмах, так не поверите, на спектакли, где я играл, билеты были распроданы заранее. То же самое происходило и с нашим артистом Михайловым, после того как он попал в киногерои. Кино есть кино, и зрители в первую очередь реагируют на актерскую популярность.
Прошлым летом в Сочи на кинофестивале я был вместе со своим внуком. И вот однажды, после просмотра очередного фильма, ко мне в зале подходят Певцов с Дроздовой. Мы здороваемся, разговариваем (а в это время как раз прошел телесериал "Бандитский Петербург"), а у внука от удивления челюсть отвисла. И как только они отошли, в восхищении закричал: "Дед, он тебя знает?" Представляете? Не "Ты его знаешь?" А наоборот....
Я благодарен периферии - она сформировала меня как артиста. Но потом наступил такой момент, когда почувствовал так называемый потолок. Никогда не забуду, как один замечательный саратовский артист Сальников сказал мне: "Олег, бегите отсюда, бегите!" Я и сам понимал, что мне нужно уезжать. Большую часть времени я жил уже в Москве, пропадая на съемках фильмов, и каждый раз возвращался домой совершенно другим человеком. В те годы я очень много смотрел спектаклей в Москве, стоял на одной ноге на верхнем ярусе в театре у Любимова, восхищался реализмом "Современника", часто общался с Роланом Быковым, Владимиром Басовым, и эти разговоры чрезвычайно обогащали меня. Потом, когда я перебрался в Москву, то понял, насколько здесь у каждого видного художника обострено чувство собственного "я". Все помнят тот конфликт, который произошел на Таганке, когда Эфрос пришел к Любимову ставить "Вишневый сад". Спектакль получился замечательный, но Юрий Петрович приревновал своих артистов к режиссеру со стороны, а точнее, понял, что они могут отлично играть и в другой стилистике, и это его очень взволновало.
- Ну, таких примеров ревности можно привести сколько угодно, тот же Товстоногов никого из режиссеров не допускал в свой театр. А может быть, хорошо, что теперь в антрепризах могут пробовать себя разные режиссеры, не оглядываясь на авторитеты? И в этом заключается наше театральное будущее?
- Я категорически не согласен. По-моему, будущее русского театра не в антрепризах, которыми сейчас занимаются все кому не лень, в том числе знаменитые артисты Олег Меньшиков и Владимир Машков (пока ничего выдающегося в ней не сделавшие), а в репертуарном коллективе. Возьмите театр Додина в Питере или московскую "Табакерку". Именно в них благодаря выработанной годами художественной стилистике и сложившейся команде появляются крупные актерские индивидуальности, тот же Евгений Миронов. Пиаровцы могут сколько угодно раскручивать дутые фигуры в театре и кино, но все равно последнее слово остается за настоящими талантами. Талантливым людям всегда приходилось туго, иногда надо было жертвовать собственной жизнью ради доказательства своей идеи, например, как мой барон Мюнхгаузен... Но если вы помните: перед тем как окончательно улететь на Луну (а на самом деле значительно дальше - на небеса), он говорит: "Признак ума - это не обязательно умное выражение лица... Поэтому улыбайтесь, господа! Улыбайтесь!" Вот и я, следуя своему любимому герою, стараюсь никогда не унывать и не боюсь выглядеть смешным, потому что это не каждый может себе позволить. Чего и вам желаю!


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников