В НЕБЕСАХ МЫ ЛЕТАЛИ ОДНИХ

Было это месяца за полтора до Орловско-Курской битвы. Вместе с другими летчиками на пополнение в один из авиационных полков прибыл после госпиталя старший лейтенант Маресьев. Всех распределили по эскадрильям, а вот Маресьева никто из комэсков брать не хотел. И не потому, что был он плохим пилотом. Напротив, на счету старлея уже значились три сбитых фашистских самолета. Но у Маресьева не было обеих ног, и командиры боялись, что будет у них с ним слишком много хлопот...

Неизвестно, как сложилась бы фронтовая судьба летчика-инвалида, если б пару дней спустя в полк не вернулся командир второй эскадрильи капитан Александр Числов. Еще у проходной Числова встретил один из офицеров и огорошил: "В полку пополнение, среди новеньких - старлей без ног, на протезах".
Числов вспоминает:
- Парень вызывал уважение: не сломался, проявил характер. Я как бы прикинул чужое горе на себя: "А если завтра тебя, Саня, собьют?"
Еще комэск узнал, что родом Маресьев из Камышина. Сам он был из Луговой Пролейки. Это ж рядом, и, стало быть, оба они сталинградцы. Короче говоря, зачислили новичка во вторую эскадрилью.
То, что учить летать Алексея не надо, Числов понял быстро. Алексей дважды вылетал на задание на самолете командира и доказал, что мастерство не растерял на госпитальной койке. А вскоре в одном бою он сбил сразу два вражеских "ястреба".
Прошел месяц. На войне, как известно, каждый день много всякого происходит, и за прочими ратными и мирными проблемами сенсация с летчиком-инвалидом в полку как-то сама по себе перестала быть таковой, а потом и вообще забылась. Маресьев продолжал летать, увеличивая свой личный счет сбитых вражеских самолетов.
Накануне решающих сражений на Курской дуге в полк приехал маршал авиации Новиков. Сообщил командиру полка, что желает побеседовать со всеми комэсками. Дошла очередь и до Числова. Александр Михайлович говорит, что маршала интересовало все до мелочей. Состояние машин, бытовые условия, питание и прочее. Потом он вдруг задал неожиданный для Числова вопрос: "Сколько времени ходите в капитанах?" "Полтора года", - ответил летчик. Тогда Новиков, выслушав невнятные объяснения комполка по этому поводу, приказал своему адъютанту: "Запиши - майор Числов". Когда же он узнал, что новоиспеченный майор сбил уже 18 самолетов, то велел сделать еще одну запись: "Числов - Герой Советского Союза".
Саша воспользовался хорошим настроением маршала и рассказал ему о своем офицере Маресьеве. Того позвали. Сказать, что маршал был удивлен, - значит не сказать ничего. Одним словом, 24 августа 1943 года одним указом обоим присвоили по Герою.
В том самом августе Числов после ранения подлечивался в одном из подмосковных госпиталей. Надо ж было такому случиться, что в то же время и Маресьев был в столице. Приехал обновить свои "вторые ноги". Летчиков разыскали и доставили в Кремль, где всесоюзный староста Михаил Калинин вручил им Звезды Героев и ордена Ленина.
Но это еще далеко не вся история поразительных совпадений. Поздней осенью того же 1943-го в тот же полк в поисках героев приехал еще один гость - писатель Борис Полевой. Начальство посоветовало познакомиться с командиром полка Андреем Федотовым. А тот возьми да откажись от такой почести. Мол, что я, вот мой заместитель Числов - тот по всем статьям герой. Но и Числов, к тому времени получивший повышение, был человеком скромным, считая, что есть в полку более достойная кандидатура. Догадываетесь? Речь, конечно же, о Маресьеве.
Через три года, уже после Победы, сядет Полевой писать свою знаменитую "Повесть о настоящем человеке". По сути дела, это будет повесть об Алексее Маресьеве. Правда, автор кое-что изменил в книге, все ж таки не документалистика, а проза. В фамилии главного героя, к примеру, он заменил одну букву. И Маресьев стал Мересьевым. Кое-что Полевой додумал. Эпизода встречи раненого воина с голодным медведем в жизни, к счастью, не было. Но на страницах книги это выглядело весьма эффектно. Последним усилием воли раненый сумел нажать на курок пистолета...
А о Числове в повести только одна фраза. Командир полка приказывает кому-то из подчиненных: "Скажите, чтобы оформили их (вновь прибывших летчиков. - Авт.) приказом в эскадрилью гвардии капитана Чеслова. Исполняйте". И здесь одна буковка изменена. Понятное дело, писатель хотел подстраховаться на тот случай, если что "не так" опишет.
Но пока еще книгу не напечатали, о подвиге Маресьева знали только его однополчане. Сразу после войны он вернулся домой, в Москву. А Числов - в Сталинград. Вскоре бывший командир по своим делам приехал в столицу, и друзья встретились вновь. И увидел командир, что его боевой товарищ Герой Советского Союза Алексей Маресьев с женой, сынишкой и матерью ютится в крохотной коммунальной комнатушке.
Это так-то страна встретила своих героев? Ну уж нет, решил Числов и написал письмо маршалу Коневу.
- Не помню текст дословно, - рассказывает Александр Михайлович, - но я писал, что больно и обидно за героического летчика, стыдно за тех, кто не проявляет к нему, фронтовику-инвалиду, должного внимания.
Конев рассказал об этом удивительном летчике и его житье-бытье самому Сталину. Тот разгневался и попросил, чтоб его соединили с первым секретарем райкома партии того района, где жил Маресьев. Когда же секретарь позвонил, Сталин без лишних слов поручил ему проверить всю эту историю и доложить не позднее вечера. Все произошло даже быстрее. Секретарь сообщил, что все факты подтвердились. Тогда "вождь народов" распорядился, чтоб в течение двух дней Маресьеву была предоставлена та квартира, которую он выберет сам.
Так, благодаря своему фронтовому другу Алексей с семьей переехал на улицу Горького, нынешнюю Тверскую, в отличную четырехкомнатную квартиру.
Вот, пожалуй, и вся история. Уместилась она в несколько страничек машинописного текста, но в жизни заняла многие годы. И, кстати, продолжается по сию пору, потому как оба фронтовика живы, хотя возраст и болезни дают о себе знать.
Маресьев вскоре после описываемых событий стал одним из тех, кого называют национальным героем. Числов живет по-прежнему в Волгограде. Здесь его знают и уважают. Пока были силы и возможности, они время от времени встречались. Теперь уже не получается. Но память хранит многое из фронтовой и мирной жизни. Это настоящая мужская дружба, для которой не существует срока давности.

Комментарии для сайта Cackle
Конкурс на лучшее применение мавзолею Ленина, объявленный Союзом архитекторов, пришлось закрыть через два дня из-за шквала негатива.