03 декабря 2016г.
МОСКВА 
-5...-7°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

КТО ЗАЩИТИТ ДОКТОРА?

Доктору Калашникову терять нечего. Он не боится, что газетная публикация обострит его конфликт с начальством, - все резкие слова уже сказаны. Он не верит и в то, что огласка этой печальной истории как-то изменит его судьбу - чиновники сегодня зачастую игнорируют выступления прессы. В сущности рассказ о горестях врача Сергея Калашникова нужен не ему, а нам. Если мы ждем от медиков помощи и защиты в трудный час болезни, то нельзя позволять себе холодного безразличия и по отношению к ним.

Сначала предоставим слово Сергею Владимировичу.
"С 1973 года, сразу после окончания медицинского института, я начал работать хирургом в Нерюнгринской городской больнице (Республика Саха). Работали много, по 250-300 часов в месяц. В 1995 году при проведении экстренной хирургической операции получил травму - укол пальца иглой. Подобные травмы для хирургов не редкость, они случаются даже у очень опытных врачей. Впоследствии выяснилось, что больной был носителем вируса гепатита "С". Через четыре месяца, несмотря на проведенную профилактику, у меня появились признаки болезни, а в октябре 1996 года последовал официальный диагноз: гепатит "С". На момент получения травмы охраной труда врачей в больнице всерьез не занимались. Условия работы в операционной были тяжелыми: плохие освещение и вентиляция, неисправность операционного стола. Кстати, стол этот неисправен и по сей день: приходится оперировать, согнувшись в три погибели. Я был уверен, что мое заболевание связано с исполнением профессиональных обязанностей, а потому и начал предпринимать шаги, чтобы доказать это".
Тут и начались злоключения Сергея. Хотя все его действия - это вовсе не попытка кого-то обвинить в случившейся беде, а прежде всего - отчаянное и мужественное желание выжить. Как врач Сергей знает, что гепатит "С" - серьезнейшее заболевание, чреватое раком печени. Полностью излечивать его медицина пока не умеет, но способна замедлить его развитие, продлить жизнь больного человека на многие годы. Конечно, такое лечение требует сил и средств. На препараты, которые позволяют хотя бы сохранять работоспособность, ежемесячно уходит как минимум тысяча рублей. А зарплата хирурга Калашникова при работе на полторы ставки составляет порядка трех с половиной тысяч рублей. И живет он с семьей на Крайнем Севере, где не обойтись без расходов на теплую одежду и обувь, где даже жизнь здорового человека - многократно труднее, чем жизнь южанина.
Если бы Сергей добился официального признания профзаболевания, то получил бы существенные льготы на постоянное лечение, на путевку в санаторий, на компенсацию за частичную утрату трудоспособности. Увы, все эти годы хирург, получивший тяжелый недуг за операционным столом, спасая жизнь больного, вынужден лечиться только за свой счет.
Долгие месяцы Сергей Калашников писал заявления и собирал необходимые документы, обратился в республиканский центр по профзаболеваниям. Там сочли случай "сложным" (тем более что он оказался первым подобным обращением врача) и отправили документы в НИИ медицины труда - главный институт страны в этой области. Специалисты московской клиники признали заболевание Сергея Калашникова профессиональным, после чего и центр в Якутске сделал аналогичное заключение. Документ датирован 2 июля 1998 года.
И вот прошло почти три года. За это время, несмотря на официальное заключение, подтверждающее правоту Сергея, он не получил ничего: ни компенсации, ни денег на лечение, ни путевки. Единственная поддержка от семьи и коллег-врачей, которые работают бок о бок с Сергеем и понимают, что сами могут оказаться в таком же положении...
В Московском институте медицины труда случай Сергея Калашникова прекрасно помнят - не так уж часто сюда обращаются по поводу профессиональных заболеваний коллеги-врачи. Вся эта ситуация кажется московским специалистам диковатой: обычно их заключения на местах не ставят под сомнение и больной человек получает законные льготы. Но город Нерюнгри далеко от Москвы. Вероятно, местные "князья" привыкли к тому, что их действия никто не подвергает сомнению. Потому настырный хирург, который настойчиво требует справедливости, вызывает их раздражение.
Наверное, рано или поздно доктор Калашников уедет из Нерюнгри, чтобы не тратить силы на бесплодную борьбу с чиновниками от медицины. Силы нужны ему для другого: чтобы бороться с тяжким недугом. Вот только захочет ли кто-нибудь заменить его на посту хирурга в местной больнице?
р.S.
Хочется надеяться, что городские власти смогут восстановить и поддержать врача, который оказался в тяжелейшей ситуации. Обещаем читателям следить за судьбой доктора Калашникова, сообщать о развитии событий в Нерюнгри.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников