05 декабря 2016г.
МОСКВА 
-4...-6°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ГАЗ В ОБМЕН НА ПОЦЕЛУИ

Заико Леонид
Опубликовано 01:01 29 Июля 2003г.
"Роман" России с Беларусью начинался крайне непоследовательно. Даже в Бобруйске и Пинске была видна слабость российской власти, а Александр Лукашенко по определению претендовал на роль лидера, объединителя славянских народов. Эта "белорусская мечта", кстати, еще не забылась... "Доктрина Путина" с ее стратегией возврата в круг великих держав, когда Запад рассматривается в качестве не врага, а партнера, не соответствует политической линии официального Минска. Для белорусского президента возникает вакуум, он превращается в реликт постсоветской эпохи. Для самой Беларуси появились новые вызовы, и не где-то, а в сотне-другой километров от столицы. Уход Балтии и других стран в Европу медленно, но верно воздействует своим примером на белорусскую политическую элиту. Мы очередной раз оказались между двумя "двигающими континентами". Что же делать?

Понять происходящее в белорусско-российских отношениях важно для обеих сторон. Во-первых, Россия сама еще не вышла на траекторию устойчивого политического и экономического движения. Во-вторых, Белоруссия в силу новых европейских реалий стала непосредственной соседкой большой Европы, что сказывается не только на чувствах, но и политических интересах: белорусские элиты увидели возможности построить новое общество в своей стране не на мытарствах "транзита", а с использованием ресурсов Европейского союза.
Все дело в том, чтобы объективно себя идентифицировать и понять, какое будущее может быть у самой Белоруссия. Противоречивость ситуации хорошо прослеживается и в поведении белорусского президента. Он прекрасно понимает, что слишком далеко зашел в отношениях с Россией и теперь вынужден искать пути некоего "отката". Блицтурнир по интеграционному словесному пинг-понгу между президентами двух стран пока особого восторга не вызывает. Петербургский юбилей не принес радости, так как А.Лукашенко пришлось осознать, что провинциальный уровень страны и ее лидера большего не заслуживает. Торжества в Петербурге оказались лакмусовой бумажкой для многих постсоветских президентов. Действительно, всех посадили и расставили по реальным рейтингам. Буш, так тот вообще отдельно прилетел, и праздник у него с Путиным был свой, особенный.
Нервозность первого белорусского президента проявилась и в таких вопросах, как использование российского рубля, хождение безналичного рубля. Если раньше в российско-белорусских отношениях многое представлялось как отдаленная перспектива, то в 2003 году приходится отвечать на конкретные вопросы. И собственность придется продавать российскому бизнесу, который явно не будет церемониться...
Так что же происходит? Ответ прост: заканчивается романтический период в белорусско-российских отношениях. Это было неизбежно, что будет дальше - вопрос непростой. Политолог Вячеслав Никонов, выступивший недавно в "Труде", прав: лучше сделать паузу в наших стремительных и несколько импульсивных интеграционных телодвижениях. Ситуация так закрутилась, что в Минске уже шутят о вступлении Александра Лукашенко в Белорусский народный фронт, который он в свое время поддерживал и который затем преследовал. Кстати, для части белорусских национал-патриотов лучше иметь дело с президентом А.Лукашенко, чем быть в одном государстве с Россией. По этой причине власть и заговорила о необходимости согласования принципиальных интеграционных решений со своими политическими противниками. Не со всеми и не сразу, но "процесс пошел"...
Конечно, для Белоруссии линией стратегического развития всегда будет Россия. Но и дешевые ресурсы не ахти какое приданое на экономическую перспективу. Многие в Белоруссии давно поняли, что дешевый газ превращается в специфический наркотик для экономики. С другой стороны, Россия сама в силу новых факторов перестает быть "братской": "газ в обмен на поцелуи" уже не проходит.
Национальные интересы России для Минска становятся все более отчетливыми. Это очень хорошо, так как развивать отношения можно именно на основе учета экономических и политических интересов партнера. Для белорусов по этой причине становится вполне понятным и то, что растущая и укрепляющаяся Россия желает получить свое. Это и возможность работать на нашем экономическом пространстве, используя свои собственные деньги (введение безналичного рубля), надежно выстраивать экспорт энергоресурсов (получение в собственность и контроль трубопроводов). Не менее важно получение в собственность крупнейших предприятий. Это - объективный, нормальный экономический "российский интерес".
Постсоветское развитие строится таким образом, что новые политики России становятся более "эгоистичными", настроенными на собственные национальные интересы. Советский "интернационализм" закончился, хотя в официальном Минске это заметили не сразу. Обидно, возможно, так как сами не всегда считали свои интересы. По этой причине Россия имеет больше преимуществ в наших двусторонних отношениях, если смотреть в будущее. Полдесятка лет назад мы были более нужны как традиционный экономический партнер. При этом, как ни парадоксально, к нам вообще может пропасть реальный интерес российских политических и деловых кругов.
Конечно, идет и борьба идей. Белорусский неосоциализм с его равенством и справедливостью внешне хорошо принимается российскими левыми политическими силами. Это имеет особый ракурс в год парламентских выборов в России. Белорусский президент отвергает либеральную идеологию как "вредную" силу. Вместо этого предлагается верность общинным славянским принципам. Равенство хорошо, но когда половина предприятий страны убыточна, то какой от этого прок? Конкуренция может привести в чувство и белорусскую неономенклатуру. Достаточно посмотреть с этой позиции на встряску с отставкой премьер-министра...
И внешние, и внутренние события в Белоруссии подсказывают, что требуется профессиональное участие экспертов в более точном определении диагноза того заболевания, которое возникло в белорусско-российских отношениях, да и в самой Белоруссии. Причем нет необходимости действовать, как в песне: "Кондуктор, нажми на тормоза...". Нам надо понять, что ценное и перспективное мы способны сформулировать, отобрать для себя в новой обстановке. Делать вид, что ничего особенного не происходит, - просто контрпродуктивно. Стоит согласиться с нашими российскими коллегами из Совета по внешней и оборонной политике, что надо остановиться на время, тщательно продумать каждый шанс, имеющий перспективу в будущем.
Наступает время аналитиков и прогнозистов. Политиков бы лучше всего отправить на "второй план", предоставить им небольшой, не слишком затянутый "отпуск за свой счет". Попытки некоторых деятелей Белоруссии устроить политические карусели с Брюсселем или Вашингтоном официальному Минску дивидендов не принесут, хотя этого некоторым уж очень хочется. Даже на примере белорусского президента видно, что он стал "чужим среди своих, но не своим среди чужих". С такой перспективой далеко не уедешь. Да и куда денешься, когда слева НАТО, справа Кремль. И там, и там хватает своих политиков, "новеньких" не очень-то и ждут.
Самые серьезные испытания для всех нас еще впереди. Речь идет о действительно демократическом процессе, который должен стать нормой жизни на постсоветском пространстве. Конечно, это прежде всего "белорусская тема", но и российским элитам настало время объективно высказаться по проблеме демократических ценностей и у себя, и у нас. Похоже, что раньше многих это сделал президент В.Путин, который ясно и четко заявил о своем президентском сроке, выборах, полномочиях. Может быть, причина происходящего в этом и заключается? Официальный Минск молчит, но это не то молчание, которое является "знаком согласия". Однако и белорусское общество уже не то, каким оно было в 1996 году в ситуации острого политического кризиса. Да, мы подходим к моменту истины. В том числе в белорусско-российских отношениях.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников