09 декабря 2016г.
МОСКВА 
-2...-4°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.39   € 68.25
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ЖАДНЫЙ МИЛЛИОНЕР ОПАСЕН ДЛЯ ЭКОНОМИКИ

Сиснёв Виссарион
Опубликовано 01:01 30 Марта 2004г.
Сколько в России граждан, имеющих хорошую (даже по западным меркам) зарплату? Оказывается, не так уж мало. По данным Госкомстата, около 100 тысяч россиян получают свыше 50 тысяч рублей в месяц. Речь при этом только об официальных, "белых" выплатах. Если же учитывать и те деньги, которые выдаются в конвертах, плюс годовые бонусы, а также доходы занятых в теневом бизнесе, то, как полагают эксперты, численность высокооплачиваемых граждан, получающих от 2 тысяч долларов и выше, увеличивается многократно.

Это весьма приличные заработки. 2 тысячи долларов в России эквивалентны 3,5 - 3,7 тысячам в США (с учетом разницы в оплате жилья, а также многочисленных страховок, широко распространенных в Америке). Таким образом, сотни тысяч россиян (по другим оценкам, около миллиона), зарабатывающих в месяц 50 тысяч рублей и более, специалисты относят или к верхней группе среднего класса, или даже к богатым. Ну а бесспорно состоятельных граждан с доходом от 100 тысяч долларов в год в нашей стране, по мнению сотрудничающих с редакцией экспертов, десятки тысяч. Это косвенно подтверждают и купленные россиянами за рубежом более 60 тысяч вилл, других объектов недвижимости, а также масштабы ежегодно продаваемых в России дорогих иномарок. Наконец, долларовых миллионеров, открыто, легально получающих 1 000 000 долларов в год и более, у нас, по оценкам, около двухсот.
Хорошо, что благополучных в материальном плане граждан у нас становится все больше. Реальная зарплата (с учетом инфляции) с 1999-го в России удвоилось. Это очень высокие темпы (хотя до формирования устойчивого среднего класса, если ориентироваться на мировые критерии, нам еще далековато). Хуже другое - не так быстро, как хотелось бы, растет получка у малооплачиваемых работников. Сегодня у каждого четвертого, занятого в российской экономике, официальная зарплата все еще ниже прожиточного минимума. И вообще уровень оплаты труда у нас мог бы быть существенно выше. В этом убежден заведующий кафедрой труда и социальной политики Российской академии государственной службы при президенте РФ, доктор экономических наук, профессор Николай ВОЛГИН. В ходе нашей беседы он привел интересные аргументы в поддержку этого утверждения.
- Николай Алексеевич, в рыночной экономике зарплата, как известно, устанавливается не директивными указаниями "сверху" (речь, разумеется, о небюджетном секторе), а складывающейся ситуацией на рынке труда. У нас все еще 40 процентов убыточных предприятий и организаций. Просроченная кредиторская задолженность на конец января составила 1,2 триллиона рублей. Где взять деньги на повышение зарплаты, да и надо ли это делать?
- Я веду речь не об убыточных, а о прибыльных предприятиях, имеющих достаточные финансовые ресурсы. У меня есть материалы, свидетельствующие о слишком большом разрыве в уровне оплаты руководителей и работников на многих предприятиях. Ни в коей мере не выступаю за пресловутую уравниловку или за административное регулирование окладов менеджеров. Но, как показывает мировая практика, должны быть некие цивилизованные рыночные правила игры. В создание товарной продукции вложен труд многих людей, и странно, когда нескольким персонам отдают по миллиону долларов, а тысячам "работяг" (включая специалистов) на этом же предприятии - по 250 или 300 у.е. Каждый, разумеется, вносит разный вклад, и заработок должен быть дифференцирован, но не в космическом же диапазоне.
Вот в Германии, например, ведущие специалисты, руководители предприятий получают всего в 4 - 5 раз больше, чем остальные работники. В Японии и Швеции этот разрыв еще меньше. Существует четко функционирующий механизм "согласования интересов". Представители коллектива ведут переговоры с работодателями, находят разумные компромиссы, в том числе и по доле прибыли, идущей на оплату труда высших менеджеров, инженеров, рабочих... У нас же, например, бывший директор заводского филиала покупает трехэтажную виллу в Сен-Морице, а у рабочих нет денег, чтобы съездить летом с детьми к теплому морю. Такое распределение заработанных денег не только несправедливо, но и экономически неверно. Снижается покупательная способность граждан, тормозится развитие экономики. Получается, что нескольким высшим управленцам хорошо, а стране плохо. Так не годится.
- Но не каждый же директор покупает виллу в Швейцарии или Франции. И вообще, разве такие уж большие средства расходуются на управленцев первого уровня?
- Большие. Вот типичный для прибыльных предприятий пример. Крупное машиностроительное объединение (не называю его, потому что использую закрытые коммерческие данные): годовая прибыль - 16 миллиардов рублей, рентабельность - 21 процент. Средняя зарплата работников - 6800 рублей. А суммарный размер вознаграждений (оплата труда и премии), выплаченных членам совета директоров и ряду других должностных лиц, - 19 миллионов. Я уж не говорю про нефтяные и другие сырьевые компании. Там очень большие оклады получают управленцы даже второго и третьего эшелонов. Например, в обычной нефтяной компании директор по персоналу имеет 200 тысяч долларов в год. Словом, на прибыльных предприятиях разница в оплате "верхов" и "низов" может составлять порой и 40, и 50 раз. А в целом по стране Госкомстатом зафиксирован 30-кратный разрыв между средней зарплатой 10 процентов наиболее оплачиваемых и 10 процентов наименее оплачиваемых работников. Уверен, это нельзя считать нормальным.
- И что же вы предлагаете?
- Использовать известные в рыночной экономике механизмы. Прежде всего имею в виду превращение нынешних во многом декоративных профсоюзов в эффективную, действенную силу. Конечно, не разрушительную, а конструктивную. Впрочем, трудовой коллектив может использовать для переговоров с работодателем и своих представителей, не связанных с профсоюзами (тем более что сегодня не во всех фирмах они есть). Главное, чтобы действовал разумный противовес стремлению иных "начальников" слишком энергично направлять денежные потоки в свою сторону.
К сожалению, работу профсоюзов на многих предприятиях можно охарактеризовать как откровенно низкорезультативную. На научно-практической конференции, состоявшейся не так давно в Российской академии госслужбы, около тысячи человек приняли участие в социологическом опросе. Почти половина респондентов отрицательно ответили на вопрос: "Обладает ли авторитетом ваша профсоюзная организация?". При этом влияние профсоюзов на решение актуальных для предприятия вопросов оценивалось как слабое или очень слабое. Конечно, во многом это связано с изменением форм собственности и условий хозяйствования. Но следовало бы не опускать руки, не идти по наиболее легкому пути бездействия, а искать новые формы и методы работы. Профсоюзы могли бы немало сделать для усиления социальной ответственности российского бизнеса.
- Но ведь не всегда прибыль надо "проедать", использовать на повышение зарплаты. На каком-то этапе, может быть, целесообразнее направить средства на инвестиции, модернизацию производства, чтобы победить в конкурентной борьбе, завоевать свою нишу на рынке...
- Кто бы спорил. Вот я и говорю, что представители коллектива должны проявлять разумный, конструктивный подход. Нужны инвестиции - хорошо, все на время затянем пояса. Потом прибавкой компенсируем упущенное. Но денежные потоки должны быть прозрачны и под контролем. Высококлассные топ-менеджеры, которые вытаскивают завод из ямы, должны достойно вознаграждаться. Но, скажем, 200 тысяч долларов директору по персоналу? Здесь, думаю, надо посмотреть, оправданы ли такие расходы...
По итогам переговоров в коллективном договоре или в приказе директора целесообразно установить конкретную долю дохода предприятия, используемую для оплаты труда и премирования, причем раздельно для управленцев высших звеньев и остальных работников.
- Какой конкретно может быть эта доля?
- В ряде развитых стран при формировании фонда оплаты труда используют вполне определенный критерий: 50 - 70 процентов "очищенного" (после вычета затрат и платежей) дохода предприятия.
- Не разорит ли предлагаемое повышение уровня оплаты труда страну?
- Нет, конечно, потому что в России, к сожалению, работникам в большинстве случаев недоплачивают за их труд. Смотрите: в структуре затрат на производство продукции (проще говоря, в себестоимости) расходы на оплату труда составляют в нашей стране 16,3 процента ( в промышленности еще ниже - 14), а во многих развитых странах этот показатель достигает 50 - 60 процентов. Далее, официальная оплата труда в валовом внутреннем продукте (ВВП) в России не превышает 35 процентов, а в США, Великобритании, Германии, Франции, Швеции, Японии эта доля составляет 53 - 60 процентов. Как говорится, почувствуйте разницу. Эти сравнения показывают, какие огромные резервы для повышения зарплат есть в России.
- Однако, по официальной статистике, доля оплаты труда наемных работников в ВВП не 35, как вы говорите, а 46,1 процента...
- Это включая скрытую зарплату. Я не против ее учета, но надо понимать, что, во-первых, ее имеют не все россияне, а во-вторых, львиная доля "теневых" денег идет не самым бедным.
В заключение хотел бы заметить, что решение поставленной президентом страны задачи значительного сокращения масштабов бедности возможно только при активном участии, объединении усилий и государства, и бизнеса. Обязанность властей - повысить зарплату бюджетникам (учителям, врачам, медсестрам...), треть которых и сегодня прозябает за чертой бедности. А от капитанов бизнеса во многом зависит зарплата работников во внебюджетном секторе.
Беседу вел


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников