Совсем скоро, с 6 по 22 мая в Москве и Санкт-Петербурге пройдет чемпионат мира по хоккею. Все мы, конечно же, будем болеть за наших. Но среди болельщиков есть один особенный: Виктор Шувалов, последний из могикан. А точнее, из той блестящей команды, что впервые завоевала для отечественного хоккея золото мирового первенства. Случилось это в далеком 1954 году в Стокгольме. Форвард Шувалов забросил тогда семь шайб — лишь на одну меньше великого Всеволода Боброва...
И сегодня в свои 92 года Виктор Григорьевич сохранил прекрасную память и чувство юмора. Он продолжает внимательно следить за хоккеем.
— Еще несколько лет назад руководство ЦСКА присылало за мной на дом машину, и я имел удовольствие смотреть все хоккейные события вживую, — рассказывает Шувалов «Труду». — Но теперь из-за проблем с ногами мне проблематично подниматься по лестницам Ледового дворца. Так что буду смотреть домашний чемпионат мира по телевизору. И, конечно же, вспоминать события 62-летней давности — первую победу нашей сборной на мировом первенстве.
Тогда для нас долгожданным был сам факт участия в чемпионате мира. Хотя уже в начале 1950-х сборная СССР могла достойно выступить на международной арене, однако спортивное руководство перестраховывалось и уклонялось от приглашений на турниры. Любое место, кроме первого, заранее расценивалось как удар по престижу страны, а золото никто не гарантировал. Мы играли товарищеские международные матчи, но всякий раз команду стыдливо именовали сборной Мос-квы. В 1953-м нас не выпустили на чемпионат мира лишь потому, что травмировался Всеволод Бобров. Начальство посчитало, что без него сборная СССР фаворитов не одолеет. И вместо мирового первенства отправили нас на Всемирные студенческие игры в Вену. Помню, пришли мы на тренировку, а поляки, арендовавшие лед перед нами, встречают нас хохотом: «О, пан студент-майор!» Они знали, что более половины «студентов» на самом деле играют в ЦДКА и носят погоны. Я, например, был старшим лейтенантом, а мои партнеры Бабич и Виноградов — майорами...
Но вот, наконец, в Спорткомитете созрели. Нас собрали и объявили: принято решение ехать на первенство мира — 1954 в Швецию, вы уж там смотрите, не подкачайте! Но накачка нам не требовалась: мы и без нее готовы были ради победы оставить на льду все силы. Наш тренер Аркадий Иванович Чернышев это понимал и старался, как мог, уберечь перед матчами от лишних встреч с деятелями партии и комсомола, которых нам в изобилии засылали в раздевалку. А вот Анатолий Тарасов, возглавивший сборную в 1957 году, любил поговорить перед игрой о патриотизме, о чести советского спортсмена. По факту любого нарушения устраивал партийные или комсомольские собрания.
Я, к примеру, не курил и не пил даже по окончании игровой карьеры. А большинство хоккеистов моего поколения стали налегать на стакан уже после того, как закончили играть. Во многом от неустроенности, от того, что, уйдя из хоккея, теряли цель в жизни и нормальный заработок. А вот насчет курения... Помню, как на сборах накануне чемпионата мира из Спорткомитета пришла директива: категорически запретить курение. А курила у нас половина сборной во главе с тренером. И вот ночью Бабич и Уваров пошли подымить в туалет. Только достали сигареты — забегает Чернышев, достает зажигалку. Так вместе и дымили...
Кстати, на первом чемпионате мира Анатолий Тарасов, приехавший в составе делегации в качестве советника, предложил особо не выкладываться в матче против сборной Канады, которую тогда все считали непобедимой, а приложить все силы в противостоянии со шведами. Но Чернышев с этим не согласился. Мы приходили на все матчи и тренировки сборной Канады и тщательно изучали манеру каждого игрока. А канадские звезды явились к нам лишь однажды. Пожевали свою жвачку, посмеялись: и через 10 минут ушли. Наше преимущество в скорости Аркадий Иванович считал главным козырем. В итоге мы обыграли канадцев 7:2. И взяли золото!
На первых победных для нас турнирах наставником сборной был Чернышев, его помощником — Егоров, а Тарасов ездил в составе советской делегации. После чемпионата мира 1957 года, который проходил в Москве и где мы заняли второе место, руководитель Спорткомитета спросил у Чернышева о причине такого провала... Тренер посетовал, что почти всем лидерам за 30, а достойная смена еще не подросла. Тут Тарасов вскричал: «Как не подросла?! Да только в ЦСКА сейчас имеется два сильных молодых звена!» В результате Тарасова назначили руководить сборной. Но запрягал он долго. С 1958-го по 1962-й наша команда не выигрывала чемпионатов мира, да и Олимпиаду в 1960-м провела неважно. Победы пришли к сборной СССР лишь в 1963 году с возвращением в команду Аркадия Чернышева. Возник тандем Тарасов — Чернышев, и начался взлет «красной машины».
Когда советских хоккеистов только «перевели с мяча на шайбу», чехословаки были среди сильнейших в мире. Какие-то элементы нам пришлось осваивать с нуля, и они охотно учили нас многим приемам. В частности, у них я научился правильно отрывать шайбу ото льда. С хоккеистами Чехословакии мы проводили и первые товарищеские матчи сборной, и совместные тренировки. Отношения оставались дружескими вплоть до 1968 года...
Конечно, трудно сравнить тот хоккей, в который мы играли, с сегодняшним. Другие скорости, тактические схемы, выучка. Но по части самоотдачи наше поколение нынешнему могло бы дать фору. У сегодняшних тренеров другая проблема. Трудно предугадать, какие именно хоккеисты поступят в распоряжение Олега Знарка из НХЛ. В наше время такой зависимости не было. Календарь чемпионата СССР подстраивался под режим подготовки сборной к чемпионату мира или Олимпийским играм. А сам факт приглашения в сборную рассматривался нами как великая честь, как вершина карьеры.
Сейчас по-другому, контракты в НХЛ стоят выше. Знарок, в отличие от Чернышева и Тарасова, не имеет возможности брать в сборную готовые тройки или пятерки, сыгранные в своих клубах. Сильнейшие российские игроки сейчас разбросаны по десяткам клубов. А быстро найти взаимодействие на площадке не всегда могут даже большие мастера...
