Забег на самое небо

Экстремальная дистанция к вершине Памира начинается с отметки 4400. 14 километров по скалам, снегу и льду надо преодолеть за девять часов. Фото Андрея Чепакина

Самая высокогорная в мире гонка финиширует на пике Ленина - 7134 метра над уровнем моря!


В мире наперечет альпинисты, способные не взойти, а буквально взбежать на пик Ленина. Экстремальная дистанция к вершине Памира начинается с отметки 4400, уложиться надо в контрольное время. А петербуржец Андрей Чепакин свой подъем начал на сутки раньше, чтобы запечатлеть исторический забег.

Что человеку летом нужно для полного счастья? Море, солнце, приятные прогулки, доброе застолье среди близких и друзей. А если после бессонной ночи подниматься в одиночку на горный пик по маршруту, полному смертельных опасностей? Но именно так представляет себе счастье замечательный петербургский фотомастер Андрей Чепакин, участник самой высокогорной в мире гонки — финиширует она на пике Ленина (7134 метра над уровнем моря).

Дистанцию в 14 километров по скалам, снегу и льду надо преодолеть за 9 часов. Все участники в горных ботинках с кошками, упираются палками, чтобы на крутом склоне не покатиться вниз. В этом году три женщины и десять мужчин из девяти стран штурмовали вершину в скоростном режиме. Цели достигли только пятеро мужчин и две представительницы «слабого» пола (тут без кавычек никак нельзя!). «Забег в небо» на этом пике проводится в седьмой раз. Андрей Чепакин — единственный фотограф, которого пригласили на эту гонку среди самых именитых альпинистов мира. Для съемки нужно было найти одну точку на трассе — не может же фотограф бегать по горе быстрее спортсменов. К экстремальной фотосессии пришлось основательно готовиться.

— Я решил снимать между вторым (5300 м) и третьим (6100 м) штурмовыми лагерями и ушел готовиться туда за сутки до старта участников вместе с двумя местными гидами, — рассказывает «Труду» Андрей Чепакин. — По натуре я совсем не альпинист, ведь главное свойство альпиниста — терпение, умение ждать погоды, когда гора разрешит восхождение, а я человек деятельный, подвижный. И вот мы вы-шли в три утра, в девять уже были на месте. А дальше надо было ждать следующей ночи, чтобы встретить участников соревнования на конкретных точках. Для меня эти сутки ожидания были кошмарными: опустился туман, смотреть некуда, делать нечего, сидишь в палатке один. Сопровождающие есть, но общаться с ними возможности нет — вот это было самое тяжелое...

— Ночью не спал ни минуты, потому что проспать было нельзя, — продолжает Андрей. — В три часа встал, съел батончик, выпил два глотка чая и пошел наверх искать места съемок, чтобы ни один кадр не повторял другой. Высматривал побольше разных планов. Когда местность изучил, оставалось часа полтора до появления первого спортсмена. И вот представляешь: эта ночь на горе, а у меня ощущение полного космического счастья! Описать словами это сложно. Небо, величие природы, одиночество — в тот момент я сказал себе: ну, ладно, ради этого стоило эти три недели у жизни взять. Ради этих нескольких часов ночью на Памире на высоте 6 тысяч метров.

Но взойти на вершину — это полдела, надо еще спуститься. Неслучайно старт в этой гонке в четыре утра, спортсмену нужно достигнуть вершины до двух часов дня, что позволяет снизить опасность при спуске в базовые лагеря.

— Если ты взошел на вершину хотя бы на час позже, то подвергаешь себя смертельному риску, — поясняет Чепакин. — Тебе придется спускаться вниз в темноте по раскисшему снегу. Некоторых разворачивали, когда до вершины им оставалось два-три часа. Люди изо всех сил боролись за то, чтобы остаться в гонке, а их разворачивали, потому что было понятно, что в контрольное время они не уложатся. Так, например, было с греческими спортсменами. Они просили дать им просто зайти на вершину вне лимита времени. Но, естественно, не разрешили, потому что за безопасность отвечают организаторы соревнования. Греки повозмущались, но подчинились.

В горах все куда серьезнее, чем на равнине, — об этом еще Высоцкий пел: «Здесь вам не равнина, здесь климат иной...» Любое движение на горе — это страдание. Не хватает кислорода. Сделав несколько шагов, останавливаешься отдыхать. Если солнце светит — это опасная жара и радиация. Едва оно зашло, как начинается страшный холод.

— Там только крайности, — говорит Андрей. — Либо адское пекло, либо колотун. Там каждый шаг — борьба с самим собой. В условиях такого экстремального движения наверх у спортсменов страдания, думаю, обостряются в разы. А на вершине надо еще найти силы, чтобы начать спуск вниз.

Победили в гонке скоростные альпинисты россиянка Оксана Стефанишина и австриец Доминик Сальчер. Премий там не дают, даже расходы на поездку за свой счет. Но это как «Оскар» в кино: все понимают, что победить в самой высокогорной гонке мира — это что-то запредельное. А люди, которые забегают на вершину за 5-6 часов, — это суператлеты, которых на планете совсем немного.

Стать лучшим среди самых сильных в мире альпинистов, раздвинуть свои границы — такие возможности дает участникам высокогорная гонка Lenin Race. Оксана — лидер в мировом рейтинге, спортсмен высочайшего уровня. А работа у нее очень даже земная: массажист в горном кластере в Сочи. Доминик подрабатывает в специализированном магазине, торгующем спортивным оборудованием. Спорт — их призвание, их религия. А что позвало на гонку самого Андрея?

— Чистое любопытство. А что еще может журналиста привлекать?

Конечно, Андрей Чепакин тоже спортсмен. Он марафонец, жить не может без бега, тренируется в любую погоду. В конце сентября Андрей стартует на крупнейшем в мире Берлинском марафоне, куда получил приглашение после того, как выполнил квалификационный норматив для своего возраста: 62 года. Счастливого финиша, Андрей!

Александр Лукашенко считает, что без США войну в Донбассе не остановить. Ваше мнение по этому поводу.