18 октября 2017г.
МОСКВА 
12...14°C
ПРОБКИ
0
БАЛЛОВ
КУРСЫ   $ 57.34   € 67.46
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ДИНАМОВСКИЙ СТРЕЛОК

Настенко Георгий
Опубликовано 01:01 31 Июля 2003г.
В юности Володя проявлял способности к живописи, занимался у известного художника Яр-Кравченко. Одно время даже стоял перед ним выбор: футбол или живопись? Но тут началась война, и 17-летний Савдунин стал писать заявления в военкомат: пошлите на фронт. Удалось добиться лишь зачисления в стрелковое пехотное училище. Однако проучился недолго: когда осенью 1942-го под Харьковом стало совсем туго, курсантов сняли с учебы и бросили в самое пекло. Едва остался жив. Уцелевших отправили на переформирование. Савдунина взяли в разведку. Но не сразу - проверяли на силу, выносливость, умение метко стрелять.

ПРЕДСТАВЛЯЕМ СОБЕСЕДНИКА
Владимир Григорьевич САВДУНИН (на фото в центре), прославленный полузащитник московского "Динамо", четырехкратный чемпион СССР, заслуженный мастер спорта. В 186 матчах первенств страны забил 62 мяча. А футболистом стал, еще не сняв военной формы. В годы Великой Отечественной боевые заслуги фронтового разведчика Савдунина были отмечены орденами Отечественной войны I и II степени, двумя орденами Красного Знамени, множеством медалей.
- Когда только погнали немцев от Курска, - вспоминает он, - мы ползали за нейтральную полосу - смотрели, где смогут пройти наши танки по сильно пересеченной местности. В переднем вражеском окопе услышали русскую речь. Нам крикнули оттуда, что подразделение состоит из бывших советских солдат, попавших в плен в начале войны. "Сзади нас держит под прицелом немецкий заградотряд. Начнете бой - мы падаем на дно окопа и все вам сдаемся!"
Впрочем, не всегда с "бывшими нашими" получалось все так благополучно. Спустя несколько дней пошли в разведку двумя парами, я - во второй. Тут налетел ранний густой снег, запуржило. Ребята из первой пары услышали русскую речь, спросили: "Кто идет"? Им ответили: "Свои". А это оказались изменники. Ну и уничтожили они наших. А мы затаились за деревьями. Сквозь снежную пелену видим: идет большой отряд в немецкой форме. Мы с напарником напали на одного из замыкавших, оглушили и уволокли в овраг. И этот тоже оказался одним из тех, кто пошел служить оккупантам!
- Это был первый ваш "язык"?
- Первого я взял под Курском в одиночку. Очень тяжелая была операция. Шли в разведку небольшой группой. На нейтральной полосе попали под страшный обстрел. Удалось живому проскочить через нейтральную полосу только мне одному. Я ворвался в их окоп с края. Оттуда двое фашистов-корректировщиков ведут по нашим позициям прицельный огонь. Одного застрелил в упор. Другого схватил и поволок. Дотащил до зоны, недосягаемой для немецкого обстрела. Прислали наши за мною танк. Мы "языка" в него затолкали и полным ходом к своим позициям. Повезло - проскочили. Потом мне же его поручили в штаб доставить - еще пару километров. А тут немецкий самолет на бреющем полете заходит кругами и нас в упор расстреливает. Местность-то открытая. Я каждый раз резко ныряю под самолет, а немец не убегает от меня, а бежит за мной. Это был его единственный шанс спастись - пули при каждом заходе землю рядом с нами взбивали фонтанчиками.
Доставил я немца в штаб. А когда мы с ребятами возвращались, чтобы товарищей погибших похоронить, еще раз увидел своего пленного. Он мне рукой помахал - как другу. Ценный оказался "язык" - топограф. Кстати, мы, разведчики, всегда старались добыть топографические карты у немцев - они были куда лучше наших!
- Вы ведь были несколько раз ранены: сказалось это на спортивных возможностях?
- Под Курском меня крепко тряхнуло ударной волной от артиллерийского выстрела. После таких сильных контузий у многих потом случались психические травмы. Но меня Бог миловал - молодой организм это легко перенес, без последствий. В другой раз на нейтральной полосе сзади разорвалась мина, ранило в ногу. Кстати, в начале сезона 1945 года, когда мы играли с тбилисцами, Антадзе нечаянно попал мне по тому же месту, я и выбыл на полсезона, так и не успев набрать кондиций к матчам "Динамо" в знаменитой серии с английскими клубами. Пожалуй, это главное разочарование в игровой карьере...
Ну а одно ранение - в руку, это уже под Яссами, в Румынии - считай, и привело меня в спорт. Направили меня тогда домой подлечиться. И вот у стадиона "Динамо" встретился я с Костей Бесковым. Он уговорил меня сыграть за его полк. Вышел я на поле с перебинтованной рукой, но в первом же матче забил 7 голов. После этого полковник Иванов включил меня в команду ОМСБОНа. (Сергей Иванович Иванов - отец нынешнего министра иностранных дел. Во время войны командовал одним из полков ОМСБОНа - спецподразделения, сформированного из спортсменов высокого класса для диверсий в тылу врага. - Г.Н.) А там в одном из матчей я был примечен Якушиным. Михаил Иосифович тогда был ведущим игроком "Динамо", а тренировал команду Корчебоков. С начала 1945-го уже Якушин возглавил "Динамо" и взял меня...
С тех пор Владимир Савдунин в "Динамо" без малого 60 лет. В 40-е годы поступали ему соблазнительные предложения - из "Спартака" от Николая Старостина, а позже от самого Василия Сталина. Отказаться было непросто: герой-фронтовик, уже будучи известным футболистом, никак не мог прописаться у своих родителей - за время войны семью "уплотнили". Когда женился, не прописывали и у жены - тоже жилплощадь не позволяла. Так что предложение перейти в команду ВВС поступило в самый, казалось бы, подходящий момент. Тем более что Василий Сталин лично приехал домой к Савдунину и предлагал прекрасные условия - а он о "своих" спортсменах действительно умел заботиться. И надо такому случиться - буквально в дверях Василий Сталин столкнулся с тестем Савдунина Георгием Антоновичем Майоровым. Поздоровались - Майоров был шофером Поскребышева, личного секретаря "большого" Сталина, так что они были знакомы. Именно тесть и отсоветовал Владимиру уходить из "Динамо" к человеку, скажем так, с весьма сложной репутацией.
И Савдунин ни разу не пожалел о том, что все 12 лет играл в одном клубе, у одного тренера. В любом разговоре о Якушине Владимир Григорьевич непременно вспоминает своего наставника:
- В 1945-м Михаилу Иосифовичу было всего 36. И вот характерный эпизод, говорящий о его изобретательности. Сразу после прилета нашей команды в Лондон Якушин попросил хозяев перенести на более поздний срок первый матч: мол, 7 ноября - наш национальный праздник. Британцы отнеслись с пониманием. А динамовцы этим воспользовались, сходили на матч местных профессионалов, ознакомились с манерой игры и поняли - хозяев обыгрывать можно!
- В высшей лиге фронтовиков было немного. Чем-то они выделялись среди других футболистов?
- Пожалуй, более ответственным отношением к делу. Вот и мне сама судьба предоставила возможность играть на таком высоком уровне. Разве имел я право упустить эту возможность? И еще. Сегодня много говорят о предвзятости судейства. Да ведь оно таким было всегда! Во многих командах были "штатные" грубияны, и рефери их "шалости" порой как бы не замечали. После столкновения с этими "костоломами" можно было оказаться не просто на газоне, но и на больничной койке. Лерман, Махиня, Сеглин порой даже куражились: гаркнут, еще не добежав до игрока, тот от страха сам от мяча отпрыгивает. Но неужели меня или Юру Ныркова, тоже много раз смотревшего смерти в глаза, можно было "купить" на такой дешевый трюк?
...Завершив выступления за первый состав "Динамо", Савдунин стал дипкурьером. Служба вовсе не легкая, требующая большой физической и нервной нагрузки. Однажды из горящего самолета вытаскивал тяжеленные тюки с дипломатической почтой, рискуя взорваться. А в другой раз, когда у самолета на взлете вдруг открылась дверь, Савдунин уже у самого проема умудрился ухватить улетающую в свободное падение стюардессу...
Владимир Григорьевич - живой, остроумный рассказчик. Говорит легко, держится не по годам крепко и молодцевато. И слушая его, невольно ловишь себя на мысли: столько ярких событий выпало на долю одного человека...


Loading...

Почему лидер Каталонии отложил провозглашение независимости от Испании?
ЭКСТРЕННЫЙ СБОР НА ПРОТИВОРЕЦЕДИВНОЕ ЛЕЧЕНИЕ НЕЙРОБЛАСТОМЫ IV СТЕПЕНИ, ВЫСОКОЙ ГРУППЫ РИСКА!!! Мишаева Ксюша, 2.5г.