31 марта 2017г.
МОСКВА 
1...3°C
ПРОБКИ
0
БАЛЛОВ
КУРСЫ   $ 56.38   € 60.60
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

"ГЛУХАРЬ"

Агишева Гузель
Статья «"ГЛУХАРЬ"»
из номера 159 за 31 Августа 2006г.
Опубликовано 01:01 31 Августа 2006г.
Пришел минута в минуту. Допотопные очки: удлиненные, как у мотоциклиста, но с толстенными линзами, а под ними еще одни, круглые и тоже толстые. Руки ухоженные, совсем не старческие. Сел на стул, как бабочка садится на былинку.

Речь Николая Павловича точная, без мусора, все слова на месте. Так бывает, когда человек много работает над рукописным текстом. Вымарывает банальности, убирает длинноты и заезженные связки.
Получалось, что пытается он найти родственников.
- Но ведь для таких случаев есть передача "Жди меня"...
Улыбается:
- Я для них "глухарь", бесперспективный случай. Вот если бы и меня искали...
Залез в папочку, достал пожелтевшую справку. Читаю, не верю глазам:
- Так вы ищете с 1949 года?
Кивает, улыбается растерянно. На стол ложатся еще документы, машинопись пополам с фиолетовыми чернилами.
- А кого?
Пожимает узкими плечами:
- Кого-нибудь. Я же всю жизнь по дет-домам. Последним был N 25 в Ташкенте, а до этого N 3 и N 18 там же. Попал туда в 1932 году, лет в пять. Вот в справке написано, что я родился 27 июля 1927 года, так что мне сегодня 79 исполнилось. Хотя, знаете, этот день рождения "присвоили" сразу всем мальчикам: сказали, сегодня у вас будет день рождения. А зовут меня Касым, видите, тут в скобках помечено. Фамилии точной не знаю, хожу как Макситов, но если я татарин, то, видимо, Максютов, да? Помню, возле дома была мечеть. Мама красивая, ловкая такая и быстрая. Я, кажется, у нее был один. Корову пятнистую помню, я ее побаивался. Отец в доме появлялся изредка, всегда с гостинцами. Они похоже не ладили. Мама была с характером и, чувствуется, из семьи состоятельной. Потому что у бабушки, ее матери, к которой мы пару раз ездили, во дворе толклось много народу, она бедняков подкармливала. Запомнил ее мягкие ичиги и монисто. Еще помню, шли как-то с отцом и увидели мертвого быка в пыли на обочине. Отец объяснил, что быки подрались и этому не повезло, и засмеялся: "Ты что, его боишься?" И вот тот день, когда меня увезли. Куда, зачем - не знаю. Весь день держался за мамину юбку. Как чувствовал, ходил за ней как пришитый. Она мечется по дому, по двору, взяла коромысло и за водой быстро так зашагала, и я с ней. И всего-то на секунду отвлекся. Гляжу - коромысло на земле, мамы нет. Появился отец, подтянул меня под мышки, посадил на груженую арбу, и мы выехали за ворота. И сейчас вижу настежь распахнутые эти створки. ...Думаю, мама меня не любила. И хотя никогда не наказывала, даже голос не повышала, на ласку скупа была: не помню, чтоб прижала к себе, приголубила...
Старик смотрит в сторону, собирается с мыслями.
Дальнейший рассказ - врезавшиеся в память картинки с массой деталей, которые мог подметить только наблюдательный ребенок. Все правда, но ни сюжета, ни мотивации. И единственный зритель, который всю жизнь то ли упивается ими, то ли болеет...
Ехали они с отцом на юг. Ландшафт менялся. На ночь люди с узлами устраивались на привокзальной площади, так как в поезде душно, а вокзал закрывался. Однажды зашли с отцом в клуб. Он помнит, как шли стройными рядами пионеры, дудели в горны и стучали в барабаны. Потом все стихло и исчезло в момент. Потрясенный, он побежал за натянутую простыню проверить... Еще помнит, как разморенный жарой народ с эшелона купался в железном кубе, куда вода стекала из трубы. Как он подныривал в ржаво-мутноватую толщу и с любопытством разглядывал тела теток, похожие на разбухшие бревна.
- Я был смешливым, - говорит Николай Павлович, - мне казалось, что бабушкины щеки похожи на плюшки... На каком же языке я тогда говорил ? Вряд ли на русском.
Однажды отец дал ему мелочь, чтоб купил себе чудесное лакомство. Его накладывали из стальной запотевшей емкости в вафельный стаканчик. Тетка нагибалась в полупустую уже бочку, и ее слова отдавали эхом. Когда счастливый Касым подбежал с мороженым к лавочке, где сидел отец, она была пуста.
Четыре дня он сидел на той скамейке, которая одна только и связывала его с отцом. Пошел дождь, было зябко, хотелось есть, но он сидел, подтянув коленки к подбородку. Его взяла на руки женщина и без слов понесла куда-то. "Она и будет теперь моей мамой", - решил Касым, проваливаясь в сон. Женщина его искупала, покормила, обрядила во все чистое и... отнесла назад, на ту же скамейку. Мир рухнул. Николай Павлович вскидывает брови:
- Она была доброй. Но почему-то не могла меня взять. Думаю, была глухонемой, не помню, чтоб проронила хотя бы слово...
Старик углубляется в папку с документами, будто снова ныряет в ржавый куб с водой. Есть среди важных бумаг и газетные вырезки. Читает много, хотя зрение слабое - последствие неудачной операции. Для него, говорит, важна интонация. По тому, как журналист интонирует текст, он ощущает, какой это человек. Иногда возникает острое желание рассказать о себе, хотя вообще-то он скрытный. Спрашиваю, кто по профессии, отвечает, что музыкант, 37 лет играл на кларнете в главном военном оркестре, а потом в военном оркестре академии имени Жуковского. В 1941-м в Ташкент эвакуировали одесскую школу музвоспитанников, которая готовила музыкантов для военных оркестров. Его отобрали, он отказался. Но потом узнал про их доппаек и через год согласился.
- Марши, наверно, любите? - пытаюсь отвлечь его от тяжелых дум. Но он хочет только о детстве и отвечает односложно:
- Музыка не была призванием, просто так сложилось. Есть у меня и диплом экономического института... - он достает его из папки для подтверждения.
Устал или беседа наскучила, на расспросы о дальнейшей жизни реагирует вяло. Да, семья. Жена Галина Павловна, всю жизнь завканцелярией НИИ, она внизу ждет. Дочь окончила историко-архивный. С отличием. Внук. Все как у всех.
- А татарский и башкирский языки похожи? - опять вскидывается он. - Я вот думаю, может, и не в Татарии родился, а, к примеру, в Башкирии или в Оренбуржье? А запросы-то в Татарию посылал. Отвечали, что по таким скудным сведениям найти родственников невозможно.
На прощание оставил две школьные тетрадки. Автобиография и карандашный набросок, план дома по памяти - "так, на всякий случай".
Вежливые слова на выходе, еле уловимое рукопожатие чутких пальцев. И потерянный взгляд привлекательной и не старой еще женщины, глухой ее голос:
- Раньше вместо "любит" говорили "жалеет", это про нас. Мне было 17, ему 34. Мы вместе 45 лет, и все это время его волнует только одно: кто он, откуда, за что предали. Так жизнь и сгорела.
Но ведь после детства была еще юность, была любовь, и, может, не одна, была целая большая жизнь? В тетрадках всего три главки: "С мамой", "С отцом", "Один". Как будто жизнь кончилась еще в 1932-м, когда, подтянув колени к подбородку, он сидел один под мелким, колючим дождем.


Loading...



Три года назад Крым вошел в состав России. Какие чувства у вас по этому поводу?