03 декабря 2016г.
МОСКВА 
-5...-7°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

УВАЖАЙТЕ РУБЛЬ, ГОСПОДА

Дьяченко Александр
Опубликовано 01:01 31 Октября 2000г.
Если сравнить банковский сектор с "кошельком", так сказать, экономики, то сразу напрашивается элементарный вывод: не может быть хорошо экономике, если у банков плохи дела. А справедливо ли обратное? О животрепещущих проблемах банковской системы размышляет первый заместитель председателя Центрального банка Татьяна ПАРАМОНОВА.

- Мы хорошо помним, как трудно было банкам сразу после кризиса. Банковская система России вместе с Центральным банком за два года прошла выпавшие на ее долю сложные испытания. И только сейчас можно с большой долей уверенности сказать, что наступил период ликвидации первых, хотя и не самых глубинных, причин кризиса.
Что я имею в виду? Достигнуто определенное макроэкономическое равновесие. В банковской системе произошел этап реструктуризации, который позволил оставить жизнеспособные кредитные учреждения, пусть не всегда с достаточным уровнем капитала и резервов. И это при том, что кризис, который мы пережили в 1998 году, был один из самых серьезных в истории России. Это теперь, по прошествии времени, все кажется простым и обычным. Ситуация была настолько острой, что невозможно было применять четко выверенные подходы...
И 2000 год, несмотря на все достижения, оказывается не таким простым. Начиная с предварительных оценок. Как известно, макропрогнозы большинства экономистов сводились к тому, что валовой продукт в этом году вырастет на полтора процента, а инфляция - на 18 процентов. И это было ориентиром в планировании политики. Однако уже с середины года и даже раньше стало ясно, что прогноз Центрального банка о более высоких темпах ВВП оказался более точным.
Если бы Центральный банк механически выполнял заранее определенные параметры, то нам бы пришлось ограничивать рост денежной массы. Это сковывало бы дальнейшее развитие экономики. Но мы этого не делали. И сам рост валового продукта, рост промышленного производства, уровень инфляции дают нам возможность не ограничивать рост денежной массы. Поэтому ее рост уже за первое полугодие превысил тот уровень, который мы планировали.
Это очень позитивная тенденция. Потому что если при росте денежной массы не происходит увеличения скорости обращения денег, не происходит повышения уровня инфляции, то идет насыщение экономики деньгами. А ведь это - кровь для нее. Вытесняются денежные суррогаты, бартер, взаимозачеты. В бюджет начинают активнее поступать "живые" деньги.
Однако, к сожалению, проведение денежно-кредитной политики очень осложняется тем, что в стране по-прежнему недостаточно высок спрос на рубли. Бартер, хоть и сокращается, все же еще велик. Сегодня в порядке вещей, когда два хозяйствующих субъекта могут заключить договор и не оплачивать его рублями - национальной валютой. Это оказывает крайне негативное влияние на проведение всей денежно-кредитной политики, на положение коммерческих банков и банковской системы в целом. Причины живучести неденежных отношений ясны: в прозрачной среде сложнее уходить от налогов и иных обязательных платежей, не болит голова о конкурентоспособности производства.
В последнее время совершенно очевидно улучшилась структура денежной массы. Доля наиболее ликвидной ее части - наличных денег - снижается. Растут депозиты предприятий и населения в коммерческих банках, особенно в рублях. Это свидетельствует о качественных изменениях к лучшему.
Снизилась зависимость между валютным курсом рубля и уровнем инфляции. Этому способствовала правильно выбранная политика курсообразования, а именно система плавающего курса. Часто задают вопрос: а каким будет курс рубля, скажем, в конце года? В условиях плавающего курса и открытой экономики, которую, по существу, мы имеем, этот вопрос потерял былой смысл. Можно лишь прогнозировать, предполагать значение курса в тот или иной период, но определить значение курса точно невозможно. Курс формирует рынок, а на него влияют самые различные факторы, но прежде всего - платежный баланс.
Преимущество плавающего курса в том, что он позволяет в настоящее время Центральному банку проводить политику минимального расходования и максимального накопления резервов. Золото-валютные резервы страны увеличились с начала года более чем вдвое. Через покупку валюты Центральным банком происходит насыщение экономики рублями.
Часто можно слышать, что девальвация рубля, которая произошла в 1998 году, принесла пользу нашей российской экономике. Я совершенно с этим не согласна. Девальвация сама по себе нанесла огромный вред экономике, потому что она произошла очень резко, обесценила капиталы банков и предприятий, привела к банкротству многих из них, снизила доходы населения на годы вперед. Помогла нам не девальвация, а то, что мы как страна не допустили гиперинфляции. Мы ограничили предоставление кредитов в целях ликвидации кризиса 1998 года только самым жизненно необходимым узлам в платежной системе, что и предотвратило неизбежное сползание в гиперинфляцию.
Давайте заглянем в будущее. В следующем году, конечно, уровень инфляции снизится. В мире ожидается некоторые замедление темпов экономического роста. Аналитики считают, что это коснется практически всех стран, в том числе Соединенных Штатов. Поэтому важно, чтобы показатели основного финансового закона нашей страны на следующий год давали в максимальной степени возможность устойчивого выполнения бюджета. То есть чтобы не было потом секвестирования бюджета и сложных процессов, связанных с невыполнением обязательств. Центральному банку должна быть предоставлена большая свобода при проведении денежно-кредитной политики.
Что еще предстоит сделать? Первый этап реструктуризации банковской системы мы провели - отделили жизнеспособные банки от нежизнеспособных. Это заметили и международные организации. Однако заниматься лишь банками недостаточно. Для увеличения спроса на деньги, для того чтобы рубль был востребован предприятиями, нужна полномасштабная реструктуризация промышленности и сельского хозяйства, то есть реального сектора экономики. Легко предъявлять претензии банкам - почему, мол, не даете кредиты промышленности? А если по-прежнему велики риски? А если не хотят предприятия кредитов? Если руководству завода-банкрота тепло и уютно жить за счет бартера?
Я вовсе не призываю всех обанкротить. Но если банкротить только банки, то общее дело не сдвинется. Банки - всего лишь посредники между владельцами денег и их заемщиками. Если заемщики мало усилий предпринимают для того, чтобы стать кредитоспособными, то реформы банковской системы будут достаточно эффективны.
Конечно же, банки могут проделать часть этой работы - по определению платежеспособности предприятий. Кроме них, сделать это при нынешнем положении больше некому. Подобная работа будет и в интересах самой банковской системы. Ведь темпы нашей структурной перестройки не удовлетворяют банкиров. Банки уже почти завершили этот процесс, а в реальной экономике он развивается слабо. Взаимные упреки банков и предприятий будут продолжаться, пока не произойдет добровольная реструктуризация реального сектора.
Повторяю: это очень важно. Ведь катаклизмы в финансовой сфере - лишь отражение структурных неурядиц в экономике. Денежно-кредитная политика уже на протяжении долгих лет лишь на время сглаживает нерешенные проблемы. Необходимы согласованные действия правительства, законодателей, банкиров, предпринимателей. Тогда можно быть уверенными, что независимо от состояния мировой конъюнктуры в последующие годы экономика России сможет развиваться поступательно.
В эти дни Татьяна Владимировна Парамонова отмечает юбилей. Специалист самого высокого класса, обаятельная и привлекательная женщина, она получает сейчас поздравления от коллег, близких, друзей. Журналисты нашей газеты, к чьим обращениям, вопросам именинница всегда внимательна, присоединяются к этим поздравлениям.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников