Труд: КОРИЧНЕВЫЙ ТУМАН

Главная Жизнь 01:01 22 Сентября 2005 3255

КОРИЧНЕВЫЙ ТУМАН

Вокруг храма Всех Святых, расположенного в Москве рядом с метро "Сокол", назревает громкий скандал. Вернее, страсти накаляются вокруг мемориала, устроенного здесь несколько лет назад по инициативе некоей организации под длинным названием "Общественный сов

Турченко Сергей

Напечатать

В свою очередь, представители упоминавшегося "Общественного совета" обвинили своих оппонентов в том, что они выполняют заказ неких коммерсантов, стремящихся получить находящуюся под мемориалом землю для строительства торгового центра.
Честно говоря, поначалу просто не поверилось, что почти в центре столицы может возникнуть такая вот причина конфликта - памятник группенфюреру СС и другим фашистским прихвостням. Но - такова реальность. Сразу за калиткой, ведущей с улицы в храмовый двор, начинается мемориал с поминальными крестами и обелисками. Проходящие мимо верующие останавливаются, крестятся, кланяются. Там памятники тем, кто, несомненно, достоин поклонения, - генералам, офицерам, рядовым, сложившим головы в годы революции и гражданской войны, проявив верность присяге. Но рядом же на памятных досках выгравированы фамилии некоторых фашистских генералов и казачьих атаманов, пошедших в услужение к Гитлеру. При этом список увенчивают слова, настраивающие на благоговение: "Павшим за веру и Отечество". У молившейся рядом старушки я спросил, знает ли она, что осеняет крестным знамением памятник эсэсовцу. Та шарахнулась от меня как от сумасшедшего, бормоча: "Свят, свят, свят".
- Конечно, далеко не все прихожане знают, кто такие Панвиц, Султан-Гирей, Туркул и другие, - говорит один из руководителей храмовой общины, отец Алексий. - Ведь все памятники осенены православными крестами. Люди и верят.
- Но как же настоятель храма допустил такое кощунство? - удивился я.
- Дело в том, что, когда инициативная группа во главе с неким Бремзесом начала создавать мемориал, настоятелем храма был отец Борис. Он воспротивился действиям группы Бремзеса. Последний поднял шум в прессе и на телевидении: мол, попы препятствуют всеобщему примирению. Отца Бориса перевели в другой храм. Так на территории храма и появился памятник Панвицу и его подручным атаманам. Правда, его установка проходила под знаком реабилитации группенфюрера СС фон Панвица Главной военной прокуратурой...
В Главной военной прокуратуре мне предоставили возможность ознакомиться с материалами уголовных дел Панвица и Ко. Вот несколько цитат.
Из стенограммы заседания военной коллегии Верховного суда СССР от 15-16 января 1947 года: "Предварительным и судебным следствием установлено: фон Панвиц Гельмут в 1941 году, являясь командиром головного ударного отряда 45-й немецкой пехотной дивизии, активно содействовал проведению немецко-фашистскими солдатами расправ и насилий над советскими жителями на территории Советского Союза, временно оккупированной немцами...
В апреле 1943 года Панвиц сформировал казачью "добровольческую" дивизию из белогвардейцев и военнопленных казаков... Казаки дивизии Панвица учиняли массовые расправы над мирным населением, расстреливали ни в чем не повинных людей, насиловали женщин, грабили и сжигали населенные пункты".
Из показаний фон Панвица: "Продвигаясь от Брест-Литовска до Курска, подчиненный мне ударный и другие отряды 45-й пехотной дивизии уничтожили ряд сел и деревень, разрушали советские города, убили большое число советских граждан и также грабили мирных советских людей.
Я признаю себя ответственным и за то, что начиная с осени 1943 года руководил боями подчиненной мне дивизии против югославских партизан, допускал в зоне действия дивизии расправы казаков с мирным населением, выполнял преступные приказы гитлеровского верховного командования и циркуляры СС... Из многочисленных преступлений, совершенных подчиненными мне казаками в Югославии, мне припоминаются следующие факты.
Зимой 1943-1944 годов в районе Сунья-Загреб по моему приказу было повешено 15 человек заложников из числа югославских жителей.
В этом же районе в 1944 году были расстреляны три местных жителя якобы за шпионаж, хотя фактов их шпионской деятельности не было.
В конце 1943 года в районе Фрушка-Гора казаки 1-го кавалерийского полка повесили в деревне 5 или 6 (точно не помню) крестьян. Казаки 3-го, 4-го и 6-го кавалерийских полков в этом же районе учинили массовые изнасилования югославских женщин. В декабре 1943 года подобные же экзекуции и изнасилования были в районе города Брод (Босния). В мае 1944 года в Хорватии, в районе южнее города Загреб, казаки 1-го полка сожгли одну деревню. Этим же полком в июне 1944 года было совершено массовое изнасилование жительниц города Метлика. По приказу командира 4-го кавалерийского полка подполковника германской армии Вольфа была сожжена деревня Чазьма, что западнее города Беловар. В этот же период, то есть летом 1944 года, казаки кавалерийского полка сожгли несколько домов в Пожего-Даруварском районе. Я также вспоминаю, что в декабре 1944 года казаки 5-го кавалерийского полка под командованием полковника Кононова во время операции против партизан в районе реки Драва, недалеко от гор. Вировитица, учинили массовое убийство населения и изнасилование женщин..."
Тем не менее Панвиц действительно был реабилитирован ГВП в 1996 году по представлению полковника юстиции Крука, который сделал такой вывод: "...Установлено, что генерал-лейтенант фон Панвиц в период Великой Отечественной войны являлся гражданином Германии, военнослужащим немецкой армии и выполнял свои воинские обязанности".
Следствием такого оригинального "умозаключения" и стала реабилитация фашистского генерала.
Понятно, что Крук действовал не по собственной инициативе.
Реабилитация генерала СС совпала по времени с визитом Б.Н. Ельцина в Германию. Борис Николаевич в ту пору подчеркивал свое сердечное отношение к канцлеру ФРГ Г.Колю. Для подтверждения этой дружбы требовались, конечно, не только слова, но какие-то конкретные дела. Вот чиновники из ГВП и поусердствовали: реабилитация фон Панвица стала, надо полагать, одним из "жестов доброй воли". Правда, действо это было рассчитано на немецкую аудиторию и до поры скрыто от соотечественников. Есть свидетельства, что вслед за Панвицем собирались реабилитировать и генерала СС Ганса Раттенхубера, начальника личной охраны Гитлера, окончившего свои дни в советской тюрьме, да не успели. В Кремле начали меняться люди, а с ними и настроения.
- Мы еще в 2002 году пересмотрели дело фон Панвица, - говорит начальник управления реабилитации жертв политических репрессий ГВП генерал-майор юстиции Валерий Кондратов. - Заключение от 22 апреля 1996 года о реабилитации Панвица отменено - как необоснованное. Вынесено заключение о том, что Панвиц за совершенные преступные деяния осужден обоснованно, и реабилитации он не подлежит.
Итак, реабилитация Панвица давно отменена. Шкуро, Султан-Гирей, Кононов и другие фашистские атаманы никогда и не были реабилитированы. Так почему же почти в центре Москвы стоит памятник кровавым военным преступникам и только горстка прихожан храма Всех Святых пытается бороться с этим кощунством (пока безрезультатно)?
С этим вопросом я обратился в управу района "Сокол".
- Проблема сложная. Ее решение не в нашей компетенции, - ответил заместитель главы управы Геннадий Вязовский. - Это дело Патриархии.
В канцелярии Святейшего Патриарха Московского и всея Руси мне предоставили резолюцию Алексия II по данному вопросу, которая категорически запрещает устройство мемориала и проведение каких-либо политических мероприятий в ограде храма Всех Святых.
- Мемориал установлен в нарушение воли Святейшего Патриарха, самочинно неким Яковом Бремзесом, называющим себя есаулом казачьего полка, - прокомментировал документ протоиерей Борис Малевич. - Что же касается обвинений прихожан в ангажированности некими коммерсантами, то они явно надуманны. Верующие требуют убрать не мемориал, а лишь один памятник с начертанными на нем именами фашистских пособников.

Напечатать

Жизнь 00:01 / 20 Марта 2026 22916

Бульварный роман

История про школьных друзей, разъехавшихся из центра по разным окраинам Москвы

Андрей Гореловский

Труд

Этим карточкам почти 10 лет. Тверской бульвар, конец марта, воскресенье, дождичек с утра накрапывает — но он не раздражает. Что происходит в кадре? Ничего особенного, но история хорошая —...