Музыкальный руководитель Большого театра Александр Ведерников объявил о своей отставке во время успешных гастролей театра в Милане.
Ведерников предпочел уйти "на коне", не дожидаясь окончания своего контракта или его преждевременного расторжения, инициируемого администрацией театра. Миланские гастроли - подходящий момент, поскольку одна из главных удач этого маэстро на своем посту: "Евгений Онегин" в нашумевшей постановке Чернякова после триумфальных гастролей в Японии с успехом демонстрируется в Милане. В интервью, данном журналу "Эспрет", главный дирижер Большого объясняет причины своего решения нежеланием бороться с попытками администрации исподволь лишить его тех полномочий, которыми он обладал согласно контракту.
Комментируя эту информацию "Труду", генеральный директор Большого Анатолий Иксанов сказал: "Мы не очень удивлены этим решением Александра Александровича. Однако же Большой театр пока никого не собирается приглашать на пост главного дирижера. Пока заключены контракты с целым рядом маэстро, среди которых такие молодые звезды, как Курентзис, Юровский и Петренко, а также мэтры - Синайский и Лазарев, на должность приглашенных дирижеров и уже обсуждены конкретные проекты, о которых мы расскажем позднее".
Эра Ведерникова как дирижера и как идеолога была, безусловно, одной из самых противоречивых. Оперные успехи вроде покупной "Адриенны Лекуврер", собственной шикарной "Турандот", копродукции "Мадам Баттерфляй" Боба Уилсона или "Летучего голландца" Петера Конвичного соседствовали с трескучими провалами аутентичного глинковского "Руслана", скандальных и художественно неубедительных "Детей Розенталя" или "Кармен" Дэвида Паунтни. И множеством вялых и пресных работ, где имена Стуруа, Сокурова или Някрошюса обещали зрителям куда больше, чем достигнутые этими мэтрами режиссуры результаты.
Ведерников, безусловно, вспахал некую оперную целину, сделав это не столь ярко и интенсивно, как его коллега Валерий Гергиев из Мариинки. Но и назвать ведерниковские восемь лет главенствования безрезультатными тоже не поворачивается язык. Очевидным образом его музыкальный талант не выдержал проверки масштабом, оказался камернее замаха. Но отрицать этот талант полностью тоже несправедливо. Вагнеровский "Голландец", прокофьевский "Огненный ангел", "Адриенна" Чилеа и сыгранные впервые в столице "Песни Гурре" с Брандауэром в роли рассказчика были вполне убедительными, и новой плеяде маэстро вполне еще могут достаться укоризненные реплики, мол, а Ведерников-то это играл куда как лучше.