Евро прокладывает границу

Саммит в Брюсселе вскрыл глубокие противоречия между европейскими странами

Стычка главы Франции и премьера Великобритании на саммите ЕС — это лишь начало конфликтов, ставящих под вопрос евровалюту. Соперничество еврозоны и Евросоюза непредсказуемым образом отразится на антикризисных мерах.

Завтра саммит Евросоюза примет «всеобъемлющий пакет европейских антикризисных мер, который включает рекапитализацию европейских банков, расширение европейского стабфонда и меры отдельных стран по консолидации экономики». Такое обещание дал президент созданного в воскресенье экономического правительства Европы Херман ван Ромпей. Но именно эта новая управленческая структура может обострить противоречия внутри Евросоюза и как следствие — усложнить спасение тонущих экономик Европы.

Дело в том, что в европейской семье обиды начали копиться еще с введения единой валюты в 2002 году, когда лишь 17 стран согласились отказаться от нацвалюты в пользу евро (они теперь составляют еврозону). В числе отложивших переход на евровалюту оказались Великобритания, Швеция, Дания и другие (всего 10 стран). Но им, тем не менее, приходилось участвовать в поддержании стабильности экономики ЕС и курса евро через ЕЦБ, рассказывает «Труду» заведующий Центром денежно-кредитных и валютно-финансовых проблем Института Европы РАН Аркадий Масленников. Тем не менее эти 10 стран были отстранены от возможности влиять на экономическую политику ЕС. «Десятка» не отказывалась переходить на евро, просто отложила это до лучших времен — в качестве примерного срока называли 2014–2015 годы.

Теперь приверженцев евровалюты вряд ли станет больше — скорее уж меньше. «Польза от единой валюты в нынешних условиях стоит под большим знаком вопроса», — поясняет директор по макроэкономическим исследованиям ВШЭ Сергей Алексашенко. К примеру, Великобритания, сохранив за собой право проводить собственную денежно-кредитную политику, оказалась в более выигрышных условиях в кризисные времена.

Ее недовольство бесконечной помощью странам ЕС, чьи экономики терпят бедствие, вполне объяснимо. «Греция — это вопиющий пример использования преимуществ евроинтеграции без разделения ответственности», — говорит Аркадий Масленников.

Проще говоря, «десятка» устала от спасения еврозоны. И это происходит в тот момент, когда ЕС готовит новый, беспрецедентный по масштабам антикризисный план — европейский фонд финансовой стабильности планируют увеличить в 5 раз, до 2 трлн. евро.

Протестовать попытался премьер-министр Великобритании. «Кризис в еврозоне оказывает влияние на все наши экономики, включая Великобританию», — заявил Дэвид Кэмерон на саммите в Брюсселе. И напоролся на Николя Саркози: «Вы потеряли способность затыкаться. Мы устали от вашей критики и указаний, что нам делать. Вы говорите, что ненавидите евро, и теперь хотите вмешиваться в работу на наших встречах». Президент Франции вспылил, вскрыв глубину противоречий внутри европейской семьи, которая сама себя любит называть дружной.

Для того чтобы не пришлось «затыкать» таких, как Кэмерон, на прошедшем в воскресенье саммите было решено создать экономическое правительство, где высказываться будут только участники еврозоны.

Встречи лидеров 17 государств, отказавшихся от национальной валюты в пользу евро, приобретут статус регулярных, тогда как ранее представители стран с более глубокой евроинтеграцией встречались лишь в экстренных случаях.

Спикер нового европейского института будет назначаться главами государств ЕС на 2,5 года одновременно с президентом ЕС. Пока на саммитах зоны евро будет председательствовать действующий президент ЕС Херман ван Ромпей, полномочия которого истекают в мае 2012 года.

Заметим, идею экономического правительства не первый год вынашивал Саркози. Предполагается, что это поможет эффективно, а главное — своевременно и без вмешательства всех участников ЕС влиять на экономические процессы. Ведь, по мнению большинства экономистов, ЕС серьезно опоздал со спасением Греции.

Но в то же время существование правительств ЕС и еврозоны усугубит глубину конфликтов, и впредь стычки между лидерами стран ЕС станут отличительной особенностью этого объединения. «Перепалки, подобные той, что продемонстрировали Саркози и Кэмерон, будут происходить теперь регулярно. Но они вряд ли смогут обрушить единство ЕС, хотя противоречий теперь станет больше», — заключает замгендиректора Центра политических технологий Алексей Макаркин.