На Чеховском фестивале показали один из самых противоречивых спектаклей смотра — «Карты 1: пики» Робера Лепажа. Зрелище заворожило сюрреалистической фееричностью — и озадачило мозаичностью, смысл которой прочесть оказалось затруднительно.
Спектакли знаменитого франкоязычного канадца — это прежде всего зрелищная феерия, и нынешняя продукция — не исключение. Благодаря уникальной машинерии компании Лепажа Ex machina мы оказываемся в сюрреалистическом мире, где различные пространства не просто моделируются благодаря смене декораций — они буквально разверзаются перед нами, вырастая то тут, то там прямо из недр сцены: то это комната отеля, то шикарный бассейн, то зал казино, а то ночная пустыня с магическим костром шамана. Сама же круглая сцена словно плавает в огромном темном объеме даже не театра, а цирка. Потому что только в цирковом здании с его космоподобностью возможно полностью осуществить все пространственные задумки режиссера — в Москве такой площадкой стал Цирк на Цветном бульваре.
Отдельные фрагменты сцены поочередно выхватываются из темноты прожекторами (художник по свету — Луи-Ксавье Ганьон-Лебрен). Тот же принцип руководит и самим действием: множество персонажей пьесы Робера Лепажа (и еще семи авторов, в числе которых все актеры спектакля) всякий раз высвечивается лишь частично — по той простой причине, что героев 30, а исполнителей лишь шесть. Это усиливает ощущение погруженности людей в темный хаотичный космос, из которого они время от времени выныривают — строя планы, пытаясь бороться (кто за деньги, кто за здоровье, кто за любимого человека), — но хаос оказывается сильнее, по-своему выворачивая судьбы и вновь погружая людей в темноту.
Символом бессмысленного рока, играющего человеком, в спектакле служит казино — не случайно местом действия обозначен Лас-Вегас, этот оазис лихорадочных страстей посреди враждебной и смертельно опасной пустыни. Один из героев проигрывает в нем все деньги — и лишается любви женщины, в которой был уверен. А того, кто выиграл, застреливают. А женщину, изменившую проигравшемуся мужу, обманывает новый любовник...
Но это лишь три мотива-судьбы. А теперь представьте, что этих мотивов-судеб 30. Что они показаны в отрывках и в мозаичном нагромождении. Что каждый актер изображает в среднем пятерых персонажей. Что герои говорят на трех языках — английском, французском и испанском (русские субтитры есть, но попробуй еще разгляди их). Что к мотиву игры каким-то образом еще пристегнута антивоенная идея (в пустыне идут учения международных сил, готовящихся к вторжению в Ирак, и некоторые солдаты спокойно относятся к перспективе войны на чужбине, а некоторых она возмущает). Наконец, что столь непростое для восприятия представление идет два с половиной часа без перерыва.
Надо ли удивляться, что состояние хаоса, хотел того постановщик или нет, переносится на сознание зрителя. Во всяком случае все коллеги, с кем впоследствии удалось обменяться впечатлениями, признавались именно в таком ощущении от спектакля.
Правда, судя по планам Лепажа, это лишь первая часть «сериала»: осенью 2013-го заявлена премьера «Карт-2: черви». Может, нас вообще ждет тетралогия — соответственно количеству мастей? И только после выхода последней части можно будет судить о целом? Хотя что это будет за целое, если и одного-то вечера на «картежную» тему показалось много... Резонно вспомнить историческую параллель — тетралогию Вагнера «Кольцо нибелунга», но там у каждой оперы вполне определенный сюжет, их можно слушать и смотреть отдельно. Кстати, Лепаж ставил вагнеровский цикл в театре «Метрополитен», и говорят, успешно.
Может, все же ему лучше браться за произведения, написанные другими, более структурно мыслящими сочинителями?
