04 декабря 2016г.
МОСКВА 
-6...-8°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

СЛОВО ВЫШЕ ВРАЖДЫ

Жижко Вера
Опубликовано 01:01 02 Сентября 2004г.
Воспитанники русских школ Латвии вместе с родителями уже больше года пытаются забастовками, пикетами и даже голодовками добиться отмены образовательной реформы, по которой преподавание 60 процентов предметов в старших классах будет вестись на латышском языке. А в Туркмении, где проживают около 70 тысяч русскоязычных граждан, вообще осталась лишь одна "показательная" русская школа. Там не идут уже российские программы на телевидении, не признают наши дипломы... В других бывших республиках СССР столь откровенной дискриминации русского языка не наблюдается, однако факт налицо: "великий и могучий" медленно, но верно вытесняется из обихода, из школ и библиотек. Самыми верными защитниками, хранителями и пропагандистами русского языка (да и русской культуры) на постсоветском пространстве являются педагоги-словесники, причем не обязательно русские по национальности. Четыре года назад "Труд", "Российская газета" и мэрия Москвы, решив поддержать их морально и, насколько это возможно, материально, организовали международный конкурс учительских сочинений. В этом году девизом его стала строка из стихотворения Анны Ахматовой: "И мы сохраним тебя, русская речь". В нашей газете уже публиковались отрывки из лучших работ (всего их было прислано 243). Сегодня знакомим читателей еще с тремя участниками конкурса. Марина МАЦКЯВИЧЕНЕ.

МОЙ ПУТЕВОДНЫЙ СВЕТЛЯЧОК
Трагична судьба русских школ Рустави, не обошла беда и ту, в которой я училась. Политические распри, война, голод, отсутствие элементарных условий для нормальной человеческой жизни вынудили многих учителей уехать из города. Кто-то живет сейчас в Германии, кто-то в Израиле, кто-то в России. Любимая учительница русской литературы Вера Евгеньевна Смирнова - в Петербурге. Потерялась, порвалась ниточка, связывающая нас. Как жаль... У Виктории Токаревой есть рассказ про "рараку" - маленького светлячка, который освещает тьму и помогает найти верную дорогу в море. У меня в жизни две "рараки" - Вера Евгеньевна и мама. Мамина влюбленность в русскую литературу не одну меня подтолкнула к поступлению на русскую филологию. А когда в Грузии русский язык был почти вытеснен, какие поэтические вечера устраивались у нас дома! Слушая при слабом полыхании свечи (света не было) знакомые с детства стихи, мы вновь начинали верить, что Слово - выше политики и выше вражды.
"Здравствуйте, дорогая Вера Евгеньевна!"... Сколько раз мысленно я начинала писать ей письмо. Казалось, если я буду это делать, если не забуду ее, значит, могу надеяться на встречу... Удивительно, наша учительница никогда не заставляла нас читать, просто иногда под конец урока вскользь упоминала: "Ребята, кстати, в "Юности" опубликована очень интересная вещь. Может, на следующей неделе обсудим ее?". И мы кидались в библиотеки, к родителям, знакомым, доставали журнал и читали запоем. Так мы открыли для себя Ахматову, Булгакова, Довлатова, Солженицына.
Все когда-то в школе учили наизусть стихотворение И.С.Тургенева "Русский язык", но лишь теперь я до конца понимаю его смысл. "Не будь тебя - как не впасть в отчаяние при виде всего, что совершается дома"...
Бэла ГОШАДЗЕ. Рустави, Грузия.

P.S. Мое сочинение было уже написано, когда пришла весть о том, что два месяца назад в Санкт-Петербурге совсем еще молодой скончалась Вера Евгеньевна Смирнова. Пусть эти странички будут ей низким поклоном от руставской земли, которую она так любила, с которой вынуждена была расстаться и по которой, как мне передали, она до конца тосковала...
УЧИТЕЛЬСКИЙ СТАЖ - 200 ЛЕТ
Держу в руках пожелтевшие фотографии 1914 года: вот мой прадед, штабс-капитан царской армии Христофор Момчев, а вот он же с супругой, моей прабабушкой, держащей в руках учебник "Русская речь". Болгарка по национальности, она обучала в гимназии русскому молдавских детей. Именно с нее начинается педагогическая династия нашей семьи.
Бабушка, Мария Христофоровна Момчева, была учителем начальных классов. Совсем старенькой она вспоминала, как после ареста дедушки ее с дочкой отправили на Алтай и там, к великому ее горю, запретили учительствовать в школе. Но династия не прервалась: на Алтае уже моя мама начала преподавать детям историю и русский язык. Когда после десяти лет лагерей и ссылки семья вернулась в Молдавию, мама вышла замуж. За кого бы вы думали? За учителя математики.
О том, что сама буду педагогом-словесником, я знала всегда, знали все в поселке, в школе и дома. Сомневалась лишь в одном: а стану ли таким же хорошим учителем, как мои родители? Кстати, вслед за мной пошла работать в школу и моя младшая сестра. Четыре поколения учителей. Много это или мало? Почти 200 лет педагогического стажа! Целую школу можно обеспечить кадрами только нашей семьи. Теперь, когда позади 22 года преподавания, я все чаще оглядываюсь назад и анализирую прошлое. Сколько было всего: открытий, ошибок...
Сорок пять минут урока, всего сорок пять! А какие они объемные, сколько вмещают, как много значат! Для педагогов - это жизнь, для учащихся - постижение жизни. Есть место в школе, где для меня и для моих воспитанников останавливается время, - это музей Льва Толстого. Ему уже четверть века. За это время было и признание его как лучшего школьного музея в бывшем СССР, и равнодушие переходного периода, и отрицание всего русского - тогда с улицы Л.Н. Толстого убрали памятник писателю. На стендах - копии документов о пребывании Льва Николаевича в Бессарабии, прижизненные издания его произведений, фотографии...
В школьном сочинении одного из моих учеников, которое тоже хранится в музее, написано: "Толстой - сложный автор и человек, а музей помогает нам погрузиться в его мир и лучше понять его. Но самое главное даже не это. Самое главное, что я принимаю в этом участие".
Алла ПОПОВА. Кишинев, Молдавия.
ЗЕМЛЯЧКА ЕСЕНИНА
Был в нашей жизни 1991 год, когда быть русским по национальности считалось чуть ли не преступлением. В один миг все изменилось, перевернулось, количество русских школ резко сократилось, количество часов русского языка - тоже, а потом и вовсе он вошел в разряд языков национальных меньшинств. Ивану Сергеевичу Тургеневу не нашлось места даже в программе зарубежной литературы. Не знаю, чем так провинился писатель, видимо, тем, что в свое время сочинил гимн "великому и могучему". Помню, какой горечью и обидой переполнялось все мое существо, когда видела, что творится в новом независимом государстве.
Был и 1995 год, страшный год моей жизни. Я потеряла своего 17-летнего сына Сашу. Где и в чем было искать опору, чтобы продолжать жить? В мозгу постоянно звучали строки Анны Андреевны:
У меня сегодня много дела:
Надо память до конца убить,
Надо, чтоб душа окаменела,
Надо снова научиться жить.
И тогда я решила создать учебное заведение по принципу Царскосельского лицея, которое носило бы имя сына. Ценой невероятных усилий, вопреки чиновничьим препонам мне это удалось. В 1997 году открылись двери гимназии "Александрина". И тут вновь претензии - почему имя по-русски звучит? Но я была непреклонна, название гимназии удалось отстоять. Вот уже семь лет как я директор этого учебного заведения, у меня есть свобода и независимость. Я все та же, только все обостреннее чувство Родины, я ведь - землячка Есенина...


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников