ЛЫКОВЫ: ИСТОРИЯ БОЛЕЗНИ

Главная Жизнь 01:01 03 Марта 2005 24327

- В первый раз я побывал у Лыковых в 1980 году, - рассказывает Игорь Павлович, - через два года после того, как геологи совершенно случайно их обнаружили. Они искали площадку для своего поселка и с вертолета заметили небольшой домик. Он находился в глухой

Рак Любовь

Напечатать

Впервые туда попав, мы мало что об этой семье знали. Я ожидал, что мы увидим крепких, крупных людей. Но навстречу нам из маленькой, приземистой избушки вышли трое очень невысоких мужчин - Дмитрий, Саввин и Карп Иосифович. Женщины - Наталья и Агафья в то время находились в другой избе, наверху. Все они ходили в лапотине - домотканой одежде из конопли, уже совсем старой, в дырах, и босиком. Хотя стоял октябрь и выпал снег.
Семья отшельников-староверов приняла гостей приветливо и добродушно. Первое, что спросили у замученных долгой и трудной дорогой путников: "Чем можем вам помочь?" И все же в самом начале работать Игорю Назарову было непросто. Староверы резко ограничивают контакты с мирскими, а значит, он не мог сделать элементарного - осмотреть людей, послушать сердце, посчитать пульс, измерить давление, записать кардиограмму, и уж тем более - взять анализы. Только спустя несколько лет, когда Лыковы стали доверять врачу полностью, Игорь Павлович осуществил все медицинские манипуляции - и подтвердил свои выводы. А первое время ему приходилось довольствоваться лишь наблюдениями да рассказами необычных пациентов.
Все, что видел и слышал, он тут же записывал - много лет подряд вел дневники. С годами они вылились в книгу, хотя писателем Назаров себя никогда не считал. Он, заведующий кафедрой анестезиологии и реаниматологии Красноярской медакадемии, доктор медицинских наук, профессор, автор сотен печатных работ и 28 монографий по специальности, полагал, что это не его дело. И все-таки книжка "Таежные отшельники" только что издана в Красноярске, правда, мизерным тиражом - всего 300 экземпляров. Это исключительно документальное повествование - своего рода история болезни знаменитой семьи. Читать ее, впрочем, совсем не утомительно и интересно: кроме медицинской темы, здесь есть живые портреты людей, описание их сурового быта и тяжкого труда, картины величественной природы, от которой захватывает дух.
- Лыковы никогда не болели так называемыми болезнями цивилизации, - говорит Игорь Назаров, - у них не было атеросклероза, гипертонии, сахарного диабета. Но у них другая беда: они страдают заболеваниями суставов - полиартритом, страшенным остеохондрозом. Как говорит Агафья, это "от надсады", от тяжелейшей работы. Совершенно невозможно понять, например, как эта маленькая женщина - ее рост всего 148 сантиметров, смогла одна вырубить участок леса 150 на 300 метров. Ночью, по глубокому снегу она шла туда за 15 километров, пилила 40-летние сосны, кедры, березы, валила их. А потом расчищала поле, рыхлила его мотыгой под пашню.
Наблюдались у Лыковых и нарушения сердечного ритма. У той же Агафьи они были единичными, но в одну из поездок я вдруг нашел у нее сплошные перебои. В ту весну из-за острого остеохондроза она два месяца не могла спуститься к реке, чтобы продолбить лед и набрать воды. Употребляла только снеговую воду, а в ней нет электролитов, в частности - калия. Думаю, это основная причина. Ну а самая главная беда - у Лыковых практически отсутствовал иммунитет к любым инфекциям.
Еще до знакомства с семьей отшельников Игорь Павлович предположил, что, поскольку Лыковы долгие годы находились в изоляции, их иммунная система сильно пострадала. Живя в тайге, в стерильной среде, не общаясь с людьми, они просто не встречались с массой микробов. Защищаться было не от чего - и их организмы не вырабатывали антитела. Гораздо позже, когда Назарову наконец удалось взять кровь на анализы, его предположения подтвердилось на сто процентов. У оставшихся к тому времени в живых отца семейства Карпа Иосифовича и Агафьи не было антител большинства инфекций, начиная с детских болезней и гриппа, заканчивая тифом. Это значит, что любой мало-мальский вирус, для обычного человека совершенно безопасный, может вызвать у Лыковых тяжелейшее заболевание с трагическими последствиями. Так, собственно, и случилось позже.
Вернувшись от Лыковых в первый раз, Игорь Назаров отправился в Красноярский крайком партии. Он говорил, что семью необходимо как-то оградить от лишних посещений, обезопасить от микробов. В результате геологи, разбившие свой поселок в 15 километрах от жилища староверов, получили распоряжение - обеспечить мораторий. Но процесс уже пошел. После ряда публикаций в прессе любопытные устремились к Лыковым, их не пугала даже долгая и изматывающая дорога. Один учитель физкультуры привел на заимку, как на экскурсию, целый класс. Впрочем, и сами Лыковы, особенно младшие Дмитрий и Агафья, тянулись к людям. Они приходили к геологам за помощью и просто так - было интересно.
После одного из походов к геологам в семье все заболели. Но продолжали работать. В морозы копали из-под снега картошку, ставили загородки для рыбы в ледяной реке. Какая-то инфекция (какая именно, теперь уже не установить) плюс переохлаждение сделали свое дело. Судя по рассказам, были поражены дыхательные пути, развивалась пневмония. Первым умер Дмитрий, потом Саввин, чуть позже Наталья. Агафья долго мучилась, тяжко страдала, но к весне все-таки выкарабкалась. Легче других, несмотря свои более чем 80 лет, перенес болезнь Карп Иосифович. Это вполне объяснимо - его иммунная система была более тренированной, в юности жил среди людей.
В 1986-м Агафья решила навестить своих родственников-староверов в поселке Клименском - и опять сразу заболела. Домой вернулась еле живой - вирус подхватил Карп Иосифович. Каким чудом в ту зиму они не покинули этот свет, можно только гадать. Они болели так тяжело, что не могли встать, наколоть дров, затопить печку. Лыковы просто замерзли бы, если бы, на их счастье, не наведались в гости геологи. Лыковых это спасло. Хотя слабость, немочь еще долго их не отпускала. "Тятя-то совсем разума лишился, на запад молился", - говорила Агафья. Кончилось это тем, что Карп Иосифович не смог встать со своего "гобчика" - лавки у печки, упал и сломал ногу.
- Нас с врачом-травматологом вызвали к Лыковым по тревоге, - рассказывает Игорь Назаров. Мы определили, что у Карпа Иосифовича тяжелый ушиб голеностопного сустава и разрыв мениска. По идее мениск надо оперировать, но в условиях тайги это было сложно сделать. Кроме того, пациент был совсем плохим: потухшие глаза, отсутствие всяких эмоций, желания жить. И для Агафьи ситуация была очень тяжелой - он же не мог вставать, не мог даже в туалет сходить. Решили наложить ему гипс - хотя бы для того, чтобы как-то опирался на эту ногу. Но ходить он все равно не смог, его качало из стороны в сторону, и никакие костыли не помогали. Тогда мы где скобы набили, где жерди приколотили - соорудили такой путь по всему дому и двору. И он стал ходить потихонечку. Уезжая, строго-настрого наказали Агафье, в какой точно день надо снять гипс, и никак не раньше. Когда мы вернулись через полтора месяца, я был поражен - Карп Иосифович ходил самостоятельно, мениск у него сросся. У молодых людей не срастается, приходится оперировать, а у него все срослось!
В 1988 году у Лыковых случилась новая беда. Агафья опять пошла к геологам, а там сразу несколько человек болели гриппом. Одного из них на ее глазах тут же увезли самолетом - так ему было плохо. Конечно, она заболела, а следом - и Карп Иосифович. Через несколько дней он скончался. Перед смертью наказал дочери не покидать эту землю, не уходить к людям. То же самое им всем, умирая, говорила мать Акулина Карповна. Она покинула этот мир давно, в очень голодный год, когда, рассказывают, из тайги ушли даже звери.
- Мне приходилось слышать, что у Лыковых есть какие-то психические сдвиги, - говорит Игорь Павлович. - Но это неправда! У них прекрасный интеллект, очень хорошее логическое мышление, отличная память. У Агафьи особенно: с ней разговаривать - это все равно что записывать на магнитофон. Через годы может вспомнить любые фамилии, детали.
А еще у них очень хорошо развито чувство юмора. Особенно у Агафьи и младшего Дмитрия, они все время перебрасывались шутками, смеялись над собой. Как-то мы с Агашей строили лабаз - это такое место, где хранят продукты. Лабаз поднимают на высоту, чтобы не могли добраться медведи. Я устал, говорю: "Чего мы его так высоко-то тащим, тяжело же, давай, просто напишем объявление - не влезай, убьет!" Она хохотала взахлеб. Немного подумала, хитро улыбнулась: "Дак неграмотный медведь-то!" И опять хохочет.

Напечатать

Жизнь 00:01 / 25 Декабря 2025 22507

В таком же декабре, как сегодня

Листаем подшивку «Труда» за последние сто лет

Владимир Санин

Труд

В наступающем году нашему «Труду» исполнится 105 лет. Дата не слишком круглая, но разве это повод отменять путешествие по старым газетным подшивкам? Приглашаем вас вместе пролистать пожелтевшие страницы,...