08 декабря 2016г.
МОСКВА 
-3...-5°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.91   € 68.50
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

БИЗЕ В ТЕНИ ВИКТЮКА

Бадаева Евгения
Опубликовано 01:01 03 Апреля 2004г.
Даже те, кто не испытал восторга по поводу последней премьеры в "Новой опере", вряд ли станут отрицать, что опытный мастер театрального скандала Роман Виктюк в какой-то мере и на сей раз достиг цели: постановка вышла по-своему сенсационной. Во-первых, в ней известный режиссер впервые предстал перед москвичами как постановщик оперы. Во-вторых, на сцене воплощено произведение, которое в столице не видели несколько поколений зрителей: "Искатели жемчуга" Бизе. В-третьих, воплощено оно уж очень своеобразно...

На встрече с журналистами после генеральной репетиции (что, кстати, тоже сенсация - раньше, при жизни основателя театра Евгения Колобова, эти стены были практически закрыты для репортеров) Роман Григорьевич заявил, что нынче ставить оперу по всем правилам академического реализма - нонсенс. Его поддержала хормейстер Наталья Попович (вдова Е.Колобова): раз в опере поют, а не разговаривают, да еще много человек одновременно, чего в жизни, как правило, не бывает, то бесполезно в оперной партитуре искать смысла в традиционном значении этого слова. Опера - загадка, криптограмма, которую зритель должен, изрядно напрягаясь, расшифровывать...
Наверное, услышь такое, допустим, Мусоргский, или Чайковский, или Шостакович, да тот же Бизе, всю жизнь стремившиеся к тому, чтобы их замыслы были предельно ясно воплощены и соответственно восприняты, им бы нашлось что возразить. Но я - человек скромный и, поддавшись на провокацию, начал покорно мучиться разгадкой криптограммы уже при чтении "краткого содержания". Ведь Виктюк перенес сюжет древнеиндийской легенды о роковой любви юноши к жрице-девственнице в современный Париж, превратив героев в актеров фильма, снимаемого по этой легенде.
Мало того - Виктюк произвел, как он сам признался, 5 - 6 купюр, в результате чего 3-актная опера уместилась в один акт. Да еще не озаботился переводом французского текста на русский: электронная бегущая строка есть, но на ней вместо реплик действующих лиц - изредка появляющиеся команды вроде "Тихо, идет съемка", "Перестановка декораций" и даже "Аплодисменты". Видно, для тех из зрителей, что, окончательно сбитые с толку, не могут понять, завершился сюжет или просто исполнители прервались на одну из многочисленных тягостных (отнюдь не "чеховских") пауз, невесть зачем периодически взламывающих действие. Впрочем, Виктюк пояснил потом, что тишина чуть ли не "столь же важна, как сама музыка, которая и зарождается-то из тишины, это зарождение - самое интересное в опере". Только показалось, что музыка тут не то что зарождается, а без конца спотыкается о звуковые провалы...
Жаль. Музыка-то чудесная - и не только хрестоматийная песня Надира, этот "хитовый" номер всех лирических теноров мира. Замечательны хоровые эпизоды, особенно сцена пожара в финале. А драматические объяснения героев в ансамблях явно предвосхищают гениальный финал "Кармен" с его взрывной эмоциональной энергией. Но сосредоточиться на музыке мешает, помимо клочковатости действия, навязчивый "символизм" сценических деталей, не столько проясняющих сюжет, сколько уводящих в личные ассоциации Романа Григорьевича.
Ассоциаций этих - уйма, но большинство из них притянуто за уши. Как вам, например, такое: выходит мальчик, швыряет на пол два стула и уходит. Оказывается, это символизирует: все мы родом из детства, оно живет в нас, толкает на разные, в том числе нехорошие, поступки... А чего стоит тезис постановщика о якобы "мистичности" произведения, поскольку это-де искусство "конца века". Замечу, опера написана в 1863 году - ничего себе конец!.. Или оправдание пресловутой дробности "клиповым сознанием", которое по Виктюку "куда современнее непрерывного действия". Но куда уж плетущемуся, как сомнамбула, виктюковскому действу до клиповой стремительности!.. Тем не менее обо всем этом Роман Григорьевич лепил оторопелым журналистам так вдохновенно, что трудно было не заслушаться. И только мелькала мысль: а при чем здесь Бизе?
Ну уж если в тени Виктюка теряется сам композитор, то что говорить о других создателях спектакля. Например, сценографе Владимире Боере, чьи "парижские" декорации при всем аскетизме не лишены колорита, в отличие от "индийской" части сцены с ее совершенно дежурными слонами и танцующим Шивой. Или о дирижере Анатолии Гусе, проведшем спектакль более или менее аккуратно (планировался, но не "состоялся" Юрий Темирканов). Или о солистке-сопрано Марии Максаковой (Лейла) - красавице со слабоватым, притом сильно вибрирующим голосом. Об интеллигентном теноре Дмитрии Корчаке (Надир). О неплохом басе Сергее Тарасове (вождь племени Нурабад). О баритоне Сергее Шеремете (жрец Зурга), частенько теряющемся для слуха на фоне оркестра... Обо всем этом надо бы поговорить поподробнее, но, увы, газетное место "съел" Виктюк.
А впрочем, одно безусловное достоинство у спектакля есть. После него безумно захотелось посмотреть и послушать "нормальное" исполнение шедевра великого француза. Может, кто-то из конкурентов "Новой оперы" - их по матушке России достаточно - отважится на постановку, выполненную без дилетантского снобизма, но с подлинным уважением к первоисточнику?


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников