И снова первым делом – самолеты!

"Московский авиационный институт" (МАИ)

 У тех, кто сегодня поступает в МАИ, будет много работы


Московский авиационный институт – один из самых известных и прославленных вузов страны. Правда, еще не так давно стране нашей не леталось. И заговорили о падении престижа профессий, связанных с авиастроением, о тяге молодежи к делам приземленным, зато обещающим зарплату побольше, а хлопот поменьше... Так вот, разговоры те устарели. Уже в первый день работы приемной комиссии в МАИ выстроились нешуточные очереди из желающих здесь учиться.

Дело не только в романтике – ребят привлекает и внушительное количество бюджетных мест на ведущие факультеты. Абитуриенты даже ведут запись на завтра для тех, кому не удалось сдать документы в первый день. И это хорошая новость для всех, кто работает в отрасли или просто неравнодушен к авиации. Ведь в 1990-е и в начале 2000-х многие КБ дышали на ладан из-за отсутствия госзаказов, а квалифицированные инженеры шли в торговцы или вовсе уезжали из страны. Что помогает профессии вновь обретать крылья? Об этом мы беседуем с гендиректором Центра комплексирования Объединенной авиастроительной корпорации (ОАК), заслуженным конструктором РФ Виктором Борисовичем Поляковым.

– Конечно, вернувшийся интерес выпускников к авиастроительному делу – это здорово. Я сам выпускник МАИ, и на кафедре, которую я оканчивал, до сих пор работают преподаватели, у которых я учился. Думаю, именно благодаря им сохранились традиции, научная и педагогическая школа. Сейчас все это становится востребованным.

– В авиационной отрасли всегда давали дорогу молодым. Я пришел в ОКБ имени Сухого в 1982 году после окончания МАИ – и сразу же был послан на испытания новой техники. Через три года мне доверили руководить бригадой... Вот и сегодня совсем молодые ребята, после третьего курса, имеют возможность прийти на работу в наши ведущие конструкторские бюро – без отрыва от учебы, получая дополнительную стипендию. Потом они подписывают контракт, то есть имеют гарантированное рабочее место. Есть возможность пойти в аспирантуру. По нынешним временам такая возможность выстроить судьбу дорогого стоит.

А потом в последние годы в отрасли много заказов – и это тоже дает надежду на то, что твой труд будет востребован, что ты будешь участвовать в деле, тесно связанном с самыми передовыми идеями и технологиями. Разве это не стимул? Обратите, кстати, внимание, что авиасалоны все больше молодежи привлекают. Сколько народу съезжается на тот же МАКС со всей страны!

– Я еще вот на что внимание обратила: абитуриенты выстраиваются в очередь на факультеты авиастроения и информатики, но в то же время ваша специальность – «интегрированные системы летательных аппаратов» – не так популярна. А ведь это 160 бюджетных мест. Поговорив с будущими студентами, поняла, что они просто плохо представляют, с чем едят эти интегрированные системы...

– Прежде всего напомню: наши выпускники сегодня находятся на передовых рубежах отечественной авиации, занимая ключевые посты и в ОАК, и в ведущих КБ отрасли – например, в компаниях «Туполев» и «Сухой». Объяснение простое: кафед­ра дает системный подход к авиационному комплексу целиком. Всегда считалось, что главный творец в авиации – это тот, кто рисует самолеты. Но сегодня создание самолета – это еще более комплексная задача, чем в недавнем прошлом. Самолет становится платформой для сложнейшего интеллектуального оборудования. Требуется связать его в эффективные цепочки– для этого и нужен инженер со специальностью «интегрированные системы летательных аппаратов».

У меня, например, в годы работы в компании «Сухой» была дискуссия с молодежью, которая предлагала в качестве модернизации поменять у истребителя Су-27 форму крыла. Они считали, что с такими изменениями самолет будет лучше летать на сверхзвуковой скорости. Я спросил: «У вас есть статистика, сколько сегодня Су-27 летает на сверхзвуке в эксплуатирующих организациях?» Когда уточнили, оказалось, что на таких режимах он практически не летает. Так для чего изменять конструктивно самолет, который за 30 лет эксплуатации не используется на таких скоростях? Модернизация пошла другим путем: наращивание функционала, применение новых видов оружия.

– На последнем МАКСе гвоздем программы был истребитель пятого поколения Т-50. Когда он выписывал в небе Жуковского немыслимые фигуры, зрители кричали и прыгали от восторга. Какую долю этого новейшего авиационного комплекса составляют интеллектуальные бортовые системы?

– Существует ядро комплекса, которое стыкуется с навигационными, информационными и другими системами. Их задача – предоставление актуальной информации пилоту. И, естественно, информирование экипажа в случае отказа или неисправности. Могу сказать, что Т-50 – самый «умный» истребитель на сегодняшний день. А что касается ликования зрителей, то авиация вообще очень эмоциональная сфера деятельности. Вспоминается первый полет экспериментального самолета с обратной стреловидностью крыла «Беркут», который состоялся в Жуковском. Время полета держалось в секрете, но когда самолет приземлился, сотрудники растолкали охрану и начали качать летчика...

– Сейчас много разговоров, что интегрированная система управления в близком будущем вообще заменит летчика. Беспилотники рулят?

– Над машинами следующего, шестого поколения в мире идет работа. Например, американцы создают целое семейство беспилотных летательных аппаратов разной размерности и назначения. От микро­аппаратов для решения локальных задач до больших самолетов, предназначенных для патрулирования, разведки, нанесения ударов. Но те же американцы разрабатывают и пилотируемый самолет, многофункциональный комплекс. Так что в планах на обозримое будущее авиастроители на пилота рассчитывают, а вот далее все больше его функций будет передаваться интеллектуальным системам.

– Отечественные программисты и приборостроители обижаются на ОАК – в проекте пассажирского «Суперджета» было задействовано слишком много импортных приборов и софта...

– Существует мировое разделение труда. Рассчитывать на натуральное хозяйство не приходится, да и весь остальной мир идет по другому пути. Например, я купил французский автомобиль – оказывается, его произвели в Японии. Хорошо это или плохо? Не знаю. В какой-то стране производят лучшие двигатели, в другой – лучшие шасси. Все вместе собранное в одном самолете создает максимальный синергетический эффект. Японцы производят автомобиль с использованием французских приборов, а французы – японских. Ничего плохого в этом не вижу.

– Но санкции против российских компаний ставят ваше утверждение под сомнение.

– Если дело касается обороноспособности страны, то надо больше рассчитывать на собственные силы, тут спора нет. И в авиационной технике военного назначения стоят приборы отечественного производства. Исключение – истребители, произведенные по заказу Индии, когда заказчик сам выбирал системы.

И для «Суперджета» мы сами создали значительную часть программного обеспечения. Если вы увидели на нашем лайнере иностранный прибор, это не значит, что самолет не отечественный. «Суперджет» – самолет российский, но с использованием импортной комплектации. Почему это было необходимо сделать? Чтобы выйти на международные рынки. Сегодня «Суперджет» больше трех лет летает, эксплуатируется в восьми авиакомпаниях в четырех странах. Заявленные характеристики, включая авионику, доказаны практикой. А опыт его сертификации полезен для всей авиационной отрасли.

Учитывая опыт «Суперджета», сегодня разработку и производство нового российского самолета МС-21(магистральный самолет XXI века) начинаем с проработки вопросов его сертификации. Ведь он будет рассчитан на полторы сотни пассажиров, то есть сопоставим с «Эйрбас A320» или «Боинг-737». Сертифицировать его будет не просто из-за жесткой конкуренции. МС-21 – это проект, который в рамках корпорации разрабатывает КБ имени Яковлева и компания «Иркут». Центр комплексирования ОАК является соразработчиком интеллектуальных систем и бортового оборудования. Все системы сразу же создаем по европейским нормам. В этом проекте будет более широкая российская кооперация. Те задачи, которые решали европейские и американские партнеры, отечественные компании берут на себя. Но, не имея опыта работы над «Суперджетом», мы не смогли бы это сделать...

Так что когда нынешние абитуриенты МАИ получат дипломы, их ждет много работы – интересной и разной.

Общественная палата предложила заменить смертную казнь «пожизненной изоляцией преступников от мира». Как вы относитесь к такой идее?