Владимир Кошевой: На роль убийцы Распутина меня благословил батюшка

По мнению Кошевого, роль Феликса Юсупова непростая. Фото: РИА Новости
Анжелика Заозерская
Статья «Юсупов очень хотел быть героем, а Гумилев им был»
из номера 122 за 04 Сентября 2013г.
Опубликовано 00:25 04 Сентября 2013г.

Актер Владимир Кошевой - о съемках новой ленты «Распутин» и об отличиях между поэтом и убийцей


Владимиру Кошевому к его 37-летию удалось сыграть не только в классике, но и самих классиков: в фильме «Луна в зените» — Николая Гумилева, в «Гофманиаде» — Гофмана, в ленте «Маяковский. Два дня» — Василия Каменских: Дважды — в фильме «Заговор» и в сериале «Распутин» (режиссер — Андрей Малюков, съемки вот-вот закончатся) — Владимир побывал в шкуре еще одного исторического персонажа, но отнюдь не из мира литературы: князя Феликса Юсупова, убийцы Григория Распутина. В интервью «Труду» Кошевой рассказал о том, чего стоит перевоплощение в столь контрастных персонажей и божеское ли дело — играть убийц.

— Владимир, сразу вопрос на засыпку: какая из крупных ролей вам дороже всего?

— Роль Раскольникова — очень важная, знаковая и трудная. Булгаковский Мастер — вряд ли придумаешь более романтическое соприкосновение с классикой. Но самая любимая и дорогая моему сердцу роль — поэта Николая Гумилева в фильме Дмитрия Томашпольского «Луна в зените». Она очень много дала мне как в профессиональном плане, так и в личной жизни: принесла настоящую любовь, которую, как я ощущал, Николай Степанович мне с небес послал.

— Да, нелегко понять Анну Ахматову: как она могла расстаться с таким героем, каким был Гумилев, и после этого выходить замуж за искусствоведов, литературоведов — умных, мудрых, но явно не орлов?

— Каждый человек, который встречается на нашем пути, оставляет нам или лучшую часть себя, или, напротив, худшую. И нам невольно приходится с этим чужим грузом идти дальше по жизни. Анна Андреевна получила от Гумилева все, что могла — по-женски, по-человечески, как поэт. Потом у нее были другие ступени развития.

— Когда Ахматова родила сына Льва, или, как его называли, Гумиленка, Николай Степанович даже не пришел навестить свою жену в больницу, а где-то гулял, кутил. Он был плохим мужем, как написала в стихотворении Ахматова, «жестоким и злым».

— Все влюбленные жестоки и эгоистичны в своем чувстве. Моя прабабушка рассказывала мне, что Гумилев, которого она видела в жизни, произвел на нее отвратительное впечатление: никого вокруг себя не замечал. Николай Степанович нес себя по жизни, выстраивая биографию так, чтобы быть в ней героем. Для того, мол, и наполнял жизнь мифами, странствиями, завоеваниями, протестами. Каждый настоящий герой должен умереть красиво, и Гумилев это сделал (по одному из источников, красным палачам Николай Степанович сказал: «Здесь нет поэта Гумилева, здесь есть офицер Гумилев». — «Труд»).

— До того как стать Гумилевым, вы сыграли убийцу Распутина — Феликса Юсупова в фильме Станислава Либина «Заговор». Согласны ли вы с тем, что ни один из гениальных наших поэтов — Пушкин, Лермонтов, Блок, Есенин, Маяковский, Гумилев — в принципе никогда не смог бы стать убийцей, даже на дуэли?

— Гумилев дрался на дуэли с Максом Волошиным, но никто никого, к счастью, не убил. Когда я играл Феликса Юсупова в фильме «Заговор», то знал, что через два месяца примерю костюм Гумилева. Мне говорили, что внешне я очень похож на Юсупова, а в гриме и в костюме — просто вылитый князь. Тогда как мое сходство с Гумилевым весьма отдаленное. Двух этих персонажей отделяла одна, но самая главная ступенька: Юсупов очень хотел быть героем, а Гумилев героем был. Юсупов и после революции благополучно жил, за границей предпринимательствовал, а Гумилев был расстрелян чекистами в возрасте 35 лет.

— Расскажите, пожалуйста, о вашем новом вхождении в роль Феликса Юсупова в снимающемся телефильме «Распутин».

— Съемки еще не закончены: убийство Распутина произошло зимой, поэтому надо подождать несколько месяцев. И пока это главное событие в жизни Феликса Юсупова не произошло, не готов давать развернутую характеристику своему герою. Он еще в процессе рождения. Могу только сказать, что характерной чертой его личности было желание манипулировать другими.

— Говорят, что род Юсуповых был проклят, как и проклят Мариной Мнишек род Романовых. Верите в пророчества?

— Верю. Кстати, перед тем как согласиться на роль Феликса Юсупова, я спрашивал благословения у батюшки. Служитель церкви сказал мне, что отказываться надо не от сложных ролей, а от неинтересных. Роль Феликса Юсупова, на мой взгляд, непростая. Пользуясь возможностью, хочу поблагодарить художника Михаила Шемякина, который лично знал Феликса Юсупова (в последние годы его жизни) и детально мне его описал, передав все его манеры, выражение глаз, посадку головы, речь, голос.

— Не боитесь, что фактура романтического героя приговорит вас к одному типажу?

— Не боюсь. Верю, что ничего отвратительного в моей актерской жизни быть не может. И загадывать не хочу — пусть все идет как идет. Есть такое выражение: «Хочешь рассмешить Бога — расскажи ему о своих планах»: Но я не всегда играю романтических героев или злодеев. Уже год работаю в международном документальном проекте «Хлеб» для канала «Культура», и сегодня, кстати, последний съемочный день. Объездил весь мир в качестве ведущего. Благодаря продюсеру проекта Ларисе Кривцовой, которая щедро дарила мне свои знания и умения, будучи первоклассным профессионалом, я справился.

— Александр Галибин, создавший образ Мастера в экранизации Владимира Бортко, рассказывал мне в интервью, что эта роль ему стоила колоссальных душевных затрат. А чем пожертвовали вы ради Мастера в фотопроекте с Изабель Аджани?

— В первую очередь здоровьем. Добавил аргументов тем, кто считает, что роман «Мастер и Маргарита» — проклятый: накануне съемок в проекте Лорье серьезно повредил ногу и передвигался на костылях. Замечу, что все «булгаковские» проблемы я взял на себя, и кроме меня никто из съемочной группы, к счастью, не пострадал. Я не хотел играть Мастера — тянулся к роли Воланда, но художник сказал мне, что для мессира я слишком молод. Кстати, сразу после съемок в «Мастере и Маргарите» я стал озвучивать «Гофманиаду» и опять сломал ногу, снова ходил на костылях.

 



Как предотвратить в будущем массовые расстрелы в учебных заведениях?