Комментируя это событие, председатель правления ОАО «НК «Роснефть» Игорь Сечин отметил: «Мы видим значительный потенциал расширения данного проекта, развития нашей деятельности на соседних лицензионных участках. Мы надеемся на интегральное сотрудничество в рамках освоения запасов Восточной Сибири с нашим стратегическим партнером и акционером — компанией BP».
Здесь вам не Хельсинки
Если вы попали на Таас-Юрях в минус 30, считайте, что повезло: здесь случается и минус 60. Географически месторождение находится на 61-м градусе северной широты. Хотя до Северного полярного круга лететь еще более 300 км, о полярном сиянии здесь знают только понаслышке, да и на школьных глобусах Санкт-Петербург и Хельсинки расположились всего на один градус южнее.
Но Таас-Юрях — это Восточная Сибирь, это Якутия, где в очень ветреном феврале погоду удобнее мерить термином, родившимся в Антарктиде: к градусам мороза прибавлять удвоенную скорость ветра — получается жесткость в баллах. Город Мирный — алмазная столица России — расположен от Таас-Юрях в 140 км, примерно столько же отсюда до Ленска. А общероссийский полюс холода — Верхоянск — расположен подальше.
В доисторическую эпоху в здешних местах плескался и бушевал тропический океан, и ныне вместо него на полуторакилометровой глубине и ниже расположилось Среднеботуобинское нефтегазоконденсатное месторождение — одно из крупнейших в восточносибирском регионе. В цифрах это выглядит так: в пределах лицензионных участков, принадлежащих ООО «Таас-Юрях Нефтегазодобыча», запасы по категории С1+С2 составляют 167 млн тонн жидких углеводородов и 180,5 млрд куб. м газа.
Геологи обнаружили это богатство еще в 1970 году, но потребители в здешней северной тайге не просматривались и за тысячу километров, а вместо дорог имелись лишь оленьи тропы. Неудивительно, что реальная надобность в разработке Таас-Юрях возникла лишь с началом проектирования магистрального нефтепровода «Восточная Сибирь — Тихий океан» (ВСТО), по которому можно направлять здешнюю нефть на экспорт. А по-настоящему работы начались лишь в 2013 году — с приходом сюда «Роснефти», которая определила долгосрочную стратегию развития месторождения и привлекла крупное финансирование.
Отметим: освоение территории идет щадящими методами, что видно уже с вертолета: ни в центре, ни по периферии нет промышленного бурелома, то есть разоренных и брошенных балков, сваленных в кучу металлических бочек из-под бензина и солярки и т. д. Дорог немного, но они укладываются с прицелом на постоянную эксплуатацию, а основные объемы стройматериалов, оборудования, топлива и т. д. завозятся в зимние морозы. Но в перспективе месторождение получит постоянную дорогу до Ленска.
Первый миллион тонн нефти ООО «Таас-Юрях Нефтегазодобыча» добыло в ноябре 2014 года, а сегодня действующий фонд скважин составляет более 50 единиц, ежесуточная добыча — около 2,8 тысячи тонн нефти, которая направляется в ВСТО по проложенному подземному нефтепроводу протяженностью 169 км.
Нефти уже можно добывать и больше, однако для этого необходимо существенное расширение производственных мощностей. Кстати, развитие проекта предполагается в три очереди. Что же касается газа, то с 2019 года он будет полностью утилизироваться закачкой в пласт для поддержания давления, что повысит коэффициент извлечения нефти. Начало строительства газокомпрессорной станции запланировано на следующий год. В дальнейшем, когда рядом с ВСТО будет проложен магистральный газопровод «Сила Сибири», появится реальная возможность монетизации здешнего газа. Впрочем, часть его уже используется для внутренних нужд — выработки тепла и света на мощной газотурбинной электростанции.
А еще нужно было на пустом месте построить другие объекты инфраструктуры: установку сбора и подготовки нефти и газа, приемо-сдаточный пункт, жилой поселок со всеми коммунальными удобствами, включая столовую, пекарню и магазин, прачечную и спортзал, великолепную сауну (но без пива: Таас-Юрях живет по строжайшему сухому закону), а также собственный водозабор и систему водоподготовки. Поиск источников пресной воды для хозяйственно-питьевых и производственных нужд — вопрос отдельный и совсем не простой. Дело в том, что в районе месторождения отсутствуют крупные наземные источники воды. Эту задачу специалисты «Таас-Юрях» решили путем строительства водозабора ковшового типа на реке Телгеспит с максимальной производительностью почти 1492,6500 куб. м в сутки. Однако мощность этого объекта недостаточна для того, чтобы обеспечить промысел в перспективе. Для поиска новых источников водоснабжения сов-местно с корпоративным самарским научно-исследовательским и проектным институтом «Гипровостокнефть» было проработано несколько вариантов дополнительных водозаборов. Один из которых — водозабор ковшового типа на реке Улахан-Ботуобуйа. Его мощность 5 тысяч куб. м в сутки полностью удовлетворит потребности нефтяников в пресной воде в будущем. При этом не забыли и об экологии. При строительстве водовода протяженностью 18 км уже предусмотрены переходы в местах миграции животных. В зонах установки таких переходов предполагается высаживание деревьев.
Причем все сделано на самом современном технологическом уровне и к тому же преимущественно на отечественном оборудовании.
Чумазый нефтяник остался в прошлом веке
Что удивительно, в Таас-Юрях можно осмотреть все производственные сооружения (с непременным сопровождающим и в фирменной спецовке «Роснефти», которой никакие морозы не страшны), объехать всю округу и не найти: ни капли нефти. Ни куда-то налитой, ни тем более разлитой — обязательного спутника всех прежних нефтепромыслов, начиная от древнего Баку и заканчивая казахстанским Тенгизом. В Таас-Юрях нет и с самого начала не было ни нефтяных фонтанов, ни разливов, ни даже грязных полов в производственных корпусах.
«Если вы ищете примелькавшихся в старых кинофильмах чумазых нефтяников, то это не к нам, — объясняет заместитель генерального директора по перспективному планированию и развитию производства Сергей Хлебников. — Да и вообще, думаю, они остались где-то в 80-х годах прошлого века».
И действительно, вся технология нефтедобычи в Таас-Юрях основана на качественном строительстве, многократном дублировании всех технических узлов и постоянной профилактике. Если в любом производственном корпусе видишь действующий насос или какой-то другой механизм — ищи по-соседству резервный, полностью готовый к запуску, который в случае чего автоматически включится по команде компьютера. Управление всеми процессами идет с операторского пульта, но в технологической карте записаны обязательные обходы через каждые два часа, этот график жестко соблюдается. По сути дела, здесь нет ремонтников — есть технологи, не бывает текущих неисправностей, а персонал занят плановыми регламентными работами. В итоге на нефтепромысле ничего и нигде не течет — в буквальном смысле этого слова.
«Так безопаснее для производства, удобнее для людей и выгоднее для компании», — подчеркивает Хлебников. Он родился на Сахалине в семье геологов-нефтяников, окончил Российский государственный университет нефти и газа имени Губкина, в прошлом — Московский нефтяной институт, знаменитую «Керосинку». Успел потрудиться на Ямале и Ванкоре, а теперь занимается перспективами одного из самых восточных континентальных месторождений, разрабатываемых «Роснефтью». Если за первый год эксплуатации месторождения ООО «Таас-Юрях Нефтегазодобыча» добыло первый миллион нефти, то за следующие 5 лет предприятие нарастит добычу до примерно 5 млн тонн нефти в год.
Сегодня, завтра и всегда — по четкому плану
Подготовка тоже идет планомерно: сегодня новые скважины бурят две установки, а следующей весной их будет шесть. Причем бурение ведется полностью собственными силами в рамках программы НК «Роснефть» по развитию нефтесервиса. Площадки для будущих нефтяных «кустов» уже готовятся. Параллельно на месторождении идет расширение центрального пункта сбора нефти, ведется строительство второго напорного нефтепровода от центрального пункта сбора нефти Среднеботуобинского месторождения до магистрального трубопровода ВСТО. И все это в рамках реализации второй очереди развития месторождения. И на вопрос, что может помешать реализации второй очереди проекта «Таас-Юрях», Хлебников отвечает с улыбкой: «Ничего не помешает! Все будет готово в срок».
Впрочем, хмурые лица на предприятии практически не встречаются. Хотя здешний рабочий график не каждому подойдет: 28 суток вахты — столько же дома. Бессменного персонала нет ни у нефтяников, ни у подрядчиков-строителей, монтажников. И это правильно: в XXI веке люди должны жить в более благоприятных и цивилизованных условиях. И хотя с цивилизацией на Среднеботуобинском месторождении все в порядке, здешний климат исправить невозможно. И поэтому, поступая сюда на работу, люди остаются жить в родных местах, будь то Оренбург или Самара, Якутск или Иркутск. Но каждые четыре недели самолеты и вертолеты везут их — около 290 человек — сюда на очередную вахту.
Тяжело? Как сказать. Профессиональный нефтяник, высококлассный буровой мастер Рамзан Аушев, в молодости окончивший Грозненский нефтяной институт, считает, что устроился лучше всех, летая в Якутию из родной Ингушетии. «Я пробовал жить по соседству, в Ленске, — говорит он. — Через 5 лет не выдержал: дома, на Кавказе, лучше!»
Хотя на дорогу туда Аушев тратит полтора дня и столько же на дорогу обратно. Но остается еще целых 25 дней, которые нефтяник проводит с семьей. Это уже получается не пересменок, а нормальная жизнь. К тому же «Роснефть» хорошо платит. Заработная плата по меркам отрасли достойная, учитывающая климатические условия. Большинство нефтяников прежде получали гораздо меньше.
Но не одними деньгами они держатся за свое место. Опросы показывают, что если первоначально многих соблазняла сумма прописью, то теперь к ней прибавились современные условия труда, отлично налаженный быт. Учтем, что людям есть с чем сравнивать: новичков нефтепрома здесь немного, отбор кадров налажен строгий — и по образованию, и по квалификации. Имеющим опыт отдается предпочтение.
Кстати, свои вахтовые 28 дней нефтяники Таас-Юрях проводят не только на работе (смена 11 часов плюс обеденный час). Времени хватает не только на сон, но и на учебу: самостоятельную или организованную руководством. В итоге растет квалификация, а с ней и заработок, и общая ценность специалиста. Поскольку проект развивается, на предприятии идет набор персонала, больше похожий на конкурс, который выдерживают лишь самые лучшие.
«Мы рассчитываем на успешную совместную работу с нашими партнерами из компании «Роснефть» на этом проекте, — заявил президент ВР в России Дэвид Кэмпбелл. — Мы убеждены, что у нас появятся новые возможности увеличить добычу на действующем месторождении и открыть перспективные месторождения. Создание совместного предприятия подтверждает приверженность ВР к работе в России в качестве долгосрочного стратегического инвестора».
"Сотрудничество компаний в рамках данного проекта будет способствовать расширению инфраструктуры и усилению мощностей производства на месторождениях Восточной Сибири — одного из ключевых регионов деятельности ОАО «НК «Роснефть», — сказано в пресс-релизе компании. Там же говорится, что совместное предприятие «Роснефти» и BP на основе ООО «Таас-Юрях Нефтегазодобыча» продолжит разработку одного из крупнейших в Восточной Сибири нефтегазоконденсатных месторождений — Среднеботуобинского. СП также предпримет шаги по созданию инфраструктуры для дальнейшей разведки и освоения запасов региона.
Но в конце документа добавлена немаловажная деталь: ОАО «Роснефть» планирует определить второго партнера для участия в ООО «Таас-Юрях Нефтегазодобыча», что также благоприятно скажется на развитии проекта в долгосрочной перспективе.
Претендентов на такое партнерство немало...
