Миляуша в переводе с башкирского — «фиалка». Моей героине это имя очень под стать. Она тоненькая, узкая в кости, с большими черными глазами и роскошными тяжелыми волосами. Наша Пенелопа Крус. В отличие от кинодивы Миляуша Шафикова не может ходить — ездит на коляске, хотя так было не всегда. Она училась на филфаке уфимского пединститута, когда на коленке вскочил банальный фурункул. В поликлинике его убрали, но потом начались сильные боли в спине, и через 10 дней ноги отказали. Ни родители, ни сама Миляуша, ни даже врачи не могли поверить, что из-за такой ерунды могут быть такие последствия...
У нее с детства был сильный характер, она упиралась, изнуряла себя многочасовыми упражнениями, но потом сдалась. И приуныла. На годы. Пока не встретила другую колясочницу. В свои 60 та объездила весь мир и ни на минуту не ощущала себя ущербной, в чем-то обделенной. Для Миляуши эта случайная встреча стала началом отсчета новой жизни: она смогла, а я что, хуже?
С того дня она рвалась в специальные программы — перенять жизненный опыт таких же, как она. Научилась водить машину, не получилось восстановиться в вузе — начала учиться по новой, прыгала с парашютом, ездила болеть за нашу паралимпийскую сборную — вот уж где вулканы силы и жизненной энергии, которой колясочникам требуется в разы больше, чем кому-либо. В Сочи ее и увидел словенец Бранко Равнак, персонаж в дайверском мире весьма известный — это он обучил дайвингу легендарного Ивана Ванкова из Анапы, первого в мире человека без ног, сумевшего погрузиться на глубину 46 метров!
В Сочи Равнака пригласил зампред ВОИ и председатель спортивного общества инвалидов России Флюр Нурлыгаянов, Бранко давал там мастер-класс по обучению плаванию людей с ограниченными возможностями. Он Миляушу сразу приметил — не имея никаких навыков, она так смело бросилась в воду, что Равнак понял: это человек воли. И когда итальянцы предложили ему снять фильм о девушках-параплегиках (так в Европе называют спинальников), которые-де всю свою жизнь мечтали поплавать с черепахами, Бранко вспомнил о ней — и волевая и, что немаловажно, красивая. Короче, для Милки, как ее окрестили словенцы, путь теперь лежал сначала в Словению, а потом в Грецию к черепахам: Почему, спросите, плавать именно с черепахами? А просто те с их медлительностью и мудростью — символ параплегиков.
«У вас продается славянский шкаф?»
Вообще-то это шпионский пароль из старого фильма «Подвиг разведчика». Впервые увидев Бранко, я подумала, что шкаф, конечно же, должен быть никакой не славянский, а словенский. Двухметровый, надежный, как и сам Бранко Равнак. Заметила: люди любят быть возле него, аккумулируют его энергию и готовы, как и он сам, бескорыстно тратить свои силы ради идеи. Захотели мы съездить на знаменитое озеро Блед, возле которого на отвесном утесе расположился замок 1011 года, место редкой духоподъемности, свозить нас туда вызвался колясочник Йода. Дорога неблизкая, почти три часа на скорости 100-120 км/ч в один конец. Вверх на крутизну повел на экскурсию Петер, расстающийся с костылями разве что во время дайверского погружения. «Что, — спрашиваю Бранко, — в Словении так много инвалидов, вон сколько их вокруг вас?» Он смеется: «Это мы знаем точно: на 2 млн словенцев инвалидов — тысяча душ, а здесь, в Словенске-Конице, на 5 тысяч жителей — трое. Просто они к нам сюда приезжают отовсюду».
Про этот игрушечный городок среди гор, елей и снегов Бранко упомянул неслучайно: здесь с 2003 года он проводит свой международный фестиваль фильмов о подводном плавании. С присущей ему самоиронией рассказывает, как все начиналось. Денег — ни гроша, только такие же сумасшедшие, как он сам, единомышленники. Он бессребреник, много мотался по миру, работал спасателем, очаровывался и разочаровывался, создал однажды клуб дайверов и быстро понял, что нашел свое призвание: обучать дайвингу параплегиков. Потому что считает, что обязан дать этим людям второй шанс, расширить их жизненный горизонт. И дайверский кинофест возник на этом пути сам собой, как еще одна песня о главном — что жизнь дается каждому только раз, и прожить ее надо так...
Семеро смелых на фоне Антарктиды
Как все песчинки равны перед Монбланом, так и все мы равны физически перед океанской стихией. Главное тут не бицепсы, а то, способен ли ты взять себя в руки и заставить свое тело сделать невозможное. Так что параплегиком здесь быть необязательно, а вот с «тонкой кишкой» делать нечего. Например, в этот раз всех на фестивале потряс фильм француза Мари Лаурента «Планета Антарктида». Мы завороженно, на одном дыхании смотрели, как семеро друзей управляют почти игрушечным корабликом в шторм, как четверо из них спускаются на глубину 25 метров — и это при температуре воды −2°С; как настраиваются перед погружением, ведь нужно все рассчитать: 25 метров вниз, в мрачную ледяную бездну, и столько же обратно, вверх. Задержка дыхания — 6 минут 20 секунд. Без аквалангов, потому что оборудование шумит и пугает подводных обитателей, среди которых так смешно и трогательно играющие с дайверами морские котики! Что, конечно, только звучит так безобидно — котики. А ведь это мощные животные! Но потом — я не поверила бы, не увидь это своими глазами — крохотные людишки совершают кульбиты меж тремя 40-тонными китами! А после выныривают, пробивая головами лед, и хватаются за глюкометры, чтобы узнать уровень сахара — еще бы, такой выброс адреналина! Короче, зал, битком набитый серьезными дайверами, был сражен.
Получатель Гран-при Мари Лаурент оказался щуплым, улыбчивым пареньком, пожарным по профессии. Сиял потом как медный пятак, а все подходили к нему, трясли руку и говорили лишь одно: «Ну, брат, ты крейзи! Такой дикий стресс — и за собственные деньги?!» Он счастливо улыбался и отвечал, что теперь мечтает об Арктике и еще о том, чтоб найти наконец себе подружку. И, опережая вопрос, пояснял: «Шесть лет ушло только на то, чтобы научиться задерживать дыхание на 6 минут. А сколько мы учились самоконтролю, чтоб не бояться, не поддаваться панике: Отсюда и проблема подружки — кто же выдержит такую одержимость?»
Бабочки на глубине
Так итальянцы назвали свой фильм про двух девушек — словенку и россиянку. С худенькой Миляушей была проблема: тяжелый акваланг переворачивал ее в воде кверху брюхом. Но стоило заменить его облегченным, и Милка, как обозначили ее в субтитрах, сразу поплыла, как человек-амфибия. В картине она играет с огромной черепахой: то повиснет на ней, то толкнет вперед, то закрутит, и надо было быть именно черепахой (что для нее 15 минут в масштабе 500 лет?), чтобы позволять такую бесцеремонность. Хотя, может, и она получала удовольствие от самого процесса? Этого мы не узнаем. А вот Фиалка наша сияла, как цветочек аленький. Не только потому, что ее фотографировали и говорили ей комплименты. Теперь она знает точно: жизни не надо бояться, тогда многое по плечу. Нужно только придумать себе мотивацию, как придумал Мари с Антарктидой, и двигаться к заветной цели.
Организаторы подарили Миляуше отличную титановую коляску — легкую, подогнанную под ее миниатюрные размеры, очень маневренную. Кто-то из обступивших словенцев тут же посмотрел, где она произведена, и громко сказал: «А то, что она американская, надо бы замазать, перечеркнуть, как запретную сигарету!» Раздался дружный смех. Ну просто наши люди!
