06 декабря 2016г.
МОСКВА 
-11...-13°C
ПРОБКИ
6
БАЛЛОВ
КУРСЫ   $ 63.87   € 68.69
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ОСАТАНЕВШИЕ

Карпов Вадим
Опубликовано 01:01 08 Февраля 2001г.

АДСКИЙ ПЛАН
Убийцы, в чем следствие не сомневается, не бандиты, не наркоманы, не отпетые,

АДСКИЙ ПЛАН
Убийцы, в чем следствие не сомневается, не бандиты, не наркоманы, не отпетые, потерявшие голову алкоголики. А двое подростков. Имена их известны. Константин Паль, 17 лет от роду, из Старой Руссы и новгородец Дмитрий Наседкин. Он на год старше. Один - учащийся старорусского агротехнического колледжа, другой - новгородского медицинского. Оба учились на втором курсе. Где и как они познакомились, не очень понятно. Свою дружбу они тщательнейшим образом скрывали от окружающих. Все было у них впереди - работа, семья, жизнь...
Еще и еще раз прокручиваю события того страшного 18 января и ничего не могу понять.
Все шло по какому-то дьявольскому плану. Мы его теперь знаем. Константин поделился им в своей "предсмертной записке". Процитирую ее по оригиналу. "Я совершил акт возмездия потому, что так хотел Сатана. Я должен был отправиться в Ад служить отцу Сатане с братом по духу. Я вместе с Дмитрием должен убить христьян, но война между добром и злом на этом не закончена, еще прольется кровь христьян и придет тот день, когда сатанинское войско придет на землю и я буду стоять в их ряду... В Новгороде мы должны были принести в жертву Клаву и убить Диминого врага. Потом в Старой Руссе. Посетить церковь Святой Троицы и убить всех там находившихся и учинить разгром над их святынями. По такой же схеме действовать и в Воскресенском соборе... Убить их... Сжечь их желательно живьем... там же покончить с собой и уйти в ад".
Непонятно пока, кто такая Клава. Димин враг- это его однокурсник Саша Петров. Безобидный, немного со странностями парень. За четыре дня до того ребята встречали всей группой Старый Новый год. Веселились, общались. Все было, как всегда. А откуда взялись "враг", беспощадное, немыслимое "убить", "жечь"? Откуда?
После 17 часов домой на Песчаную пришла мать Александра... А примерно в это время Наседкин и Паль уже катили на рейсовом автобусе из Новгорода в Старую Руссу. Два часа заснеженной дороги. Было время подумать, осмыслить. Не с дискотеки ехали ребята, с убийства. На очередное, еще более немыслимое. Не "колотые", трезвые, но с великой дурью в головах. Не передумали, не остановились, не ужаснулись содеянному.
Последний, кто разговаривал с подростками, - старший сержант Игорь Гузнев. В начале девятого, вскоре после окончания службы, в двери Воскресенского собора постучались двое. Отец Анатолий (он оставался за сторожа) открыл окошко: "Кто?" - "Пусти... " И опять стук. Позвонил на всякий случай в милицию. Милицейская "девятка" подъехала тогда, когда ребята уже отходили от собора. Из машины вышел один Игорь Гузнев, Александр Тимошок и Василий Андреев остались в салоне.
"Откуда идете?" - спросил я парней, - вспоминает Игорь. - Сам при этом думал: пацаны что-то по мелочи во время службы в храме украли. "Покажите рюкзак". Дмитрий, он поменьше ростом, снял и передал рюкзак высокому, Константину. Наверное, это я сейчас понимаю, чтобы освободить руки для стрельбы..."
Под курткой у Наседкина был спрятан обрез старенькой "ижевской" охотничьей двустволки 12-го калибра. И уже заряжен крупной дробью.
"... В рюкзаке ничего не было, - продолжает рассказ Игорь. - Только несколько презервативов. Мы еще вместе с парнями посмеялись насчет безопасного секса. Никакого беспокойства, напряжения не заметил. Я понахалке залез в карман куртки высокого и нащупал патроны. Сразу сделал шаг назад, чтобы достать "макаров" и положить ребят на снег. Не успел. Константин выхватил из другого кармана куртки пистолет и стал стрелять в меня. Пистолет был газовый, но тогда я этого не знал. Помню только, что удивился - боли не почувствовал. И подался вперед, схватил стрелявшего за руки..."
"Дима, давай!" - крикнул Паль. Выстрел, и Игорь почувствовал тупой удар в левый бок. И еще один: "Ноги у меня отнялись". Сержант упал лицом в снег. Но сознания не потерял, видел, как двое побежали вниз к берегу Полисти, как за ними устремились Александр Тимошок и Василий Андреев.
... Погоня продолжалась недолго. Через метров сто наступила развязка. Дмитрий на бегу перезарядил обрез, остановился и выстрелил Константину в голову. Второй выстрел - себе в висок.
... Мы разговариваем с сержантом в больничной палате. Иногда он морщится от боли. Только чудом Игорь остался жив. Наседкин стрелял в упор, и дробь сплошным зарядом шла в тело, пробив легкий бронежилет. Уже на следующий день 25 милиционеров сдали свою кровь для переливания. Коллеги собрали из своих скудных заработков три тысячи рублей, чтобы помочь семье... Добро и зло были, как всегда, рядом.
Легкий морозец, мирные избы тихой провинциальной улочки. Редкие прохожие, рыбаки у прорубей. Только сгустки крови на снегу напоминают о трагедии, которая всколыхнула всю область.
За всем этим стоит какая-то жуткая, страшная тайна. Что же случилось с парнями? В какой момент пришло безумие, когда началось осатанение? Было бы проще ответить на эти вопросы, если бы речь шла о психически ненормальных людях. Константин и Дмитрий - нормальные ребята. Даже, может быть, более нормальные, чем многие другие. Не пили, разве что немного вина. Не курили. Эрудированы, любили музыку.
КОНСТАНТИН
Константин при его росте под два метра хорошо играл в баскетбол. Выступал за сборную города, района. Крепкий, сильный, смелый. Но чтобы в лицее кого ударил, оскорбил - не было такого. И вспоминают о нем и однокурсники, и учителя по-доброму. Даже сейчас называют без какой-то ненависти и злобы, просто Костей.
На дискотеки Костя не ходил, не нравилось. "Там, - объяснял дома, - наркота, гопота". Учился средне. Мог бы лучше. Парень с головой, сообразительный. Но он делал лучше то, что хотел.
- Если уж ставил перед собой цель, - рассказывает его отец Сергей Владимирович Паль, - то добивался своего, и очень быстро. - Решил компьютер освоить, за два летних месяца на "отлично" окончил специальные курсы. Задумал на гитаре играть - всего за год научился исполнять и тяжелый рок, и даже Баха. Я случайно обнаружил его запись на кассете, послушайте.
Мы сидим в Костиной комнате. Отец и мать занимались мелким бизнесом, что-то покупали, перепродавали и для сына ничего не жалели. Дорогой телевизор, музыкальный центр. На столе компьютер, на котором он и напечатал "предсмертную записку". И та самая гитара, на которой играл до самозабвения. Итальянская, дорогая. Отец подарил. Костин портрет в траурной ленте. 12 марта ему бы исполнилось восемнадцать. Стопка водки, накрытая куском черного хлеба...
Квартира как квартира, комната как комната. И море горя. И ужас, который отец, сильный, мужественный человек, не может преодолеть. "Если бы что-то просто криминальное, я бы понял. А тут такое. Даже близкие наши родственники перестали звонить".
... Звучит Костина гитара. Старший Паль, не стесняясь, начинает рыдать. Я не знаю, что сказать, что вообще говорят в таких случаях.
Дмитрий
Дмитрий - сирота. Мать умерла в 1994 году от рака. Отец спился и пропал. Парень души не чаял в сводном братике. И был любимым внуком. Бабушка с дедушкой посвятили себя воспитанию Димы. И все сбережения - на внука. Одевался он аккуратно, опрятно. Дед Владимир Петрович Птушкин до пенсии работал судовым фельдшером в Мурманске. И внук пошел по его стопам - поступил в медицинский колледж. Учился на "отлично". "Дисциплинирован, целеустремлен" - это выдержка из характеристики. "Дима был душой нашей компании, - рассказывает староста группы Наташа Николаева. - Он всегда такие темы находил интересные. С ним было легко общаться. Мы вместе собирались, гуляли, везде ходили. И в церковь тоже. И свечки ставили. У него еще такая игра была - в саранчу. Это к кому-нибудь в гости прийти и все в холодильнике съесть... . Мне потом девчонки звонили: "Не может быть, чтобы это наш Дима..."
... Владимир Петрович словно чего-то боится. Долго не хочет пускать меня в дом. Проверяет мои документы, командировочное удостоверение, сличает с железнодорожным билетом.
- Вы посмотрите, что Дима читал, - ведет меня убитый горем дедушка к книжному шкафу внука...
Набор книг самый естественный и самый обычный. Джек Лондон, Тургенев, Фурманов... А потом дед задает мне вопрос, на который ответа еще нет, но он должен быть: "Откуда ручеек течет, скажите..."
Что-то похожее я уже слышал. Классный руководитель Паля, друг семьи Игорь Сенин сказал: "Константин вел себя в тот день как зомбированный". В том, что было чье-то влияние, что кто-то хитрый, умный стоял рядом и направлял действия подростков, кажется, никто в той же Старой Руссе не сомневается.
ДЬЯВОЛЬСКИЕ ОТМЕТИНЫ
Но откуда же все-таки течет зловещий, зловонный ручеек? Не могу представить, что философия ненависти к человеку и человечеству вообще, а значит, и к друзьям, родственникам, родителям возникла и созрела сама по себе. В их семьях, в лицеях такой почвы просто не было. Кто-то неизвестный привил и выпестовал в голове у ребят суррогат взглядов, испоганил, вывернул наизнанку их души. Никто - даже друзья, родители - не замечал страшных перемен. Константин и Дмитрий жили двойной жизнью. Одна видимая - для лицея, домашних. Другая - скрытая и опасная, - еще для кого-то. И этому тоже надо было научить и научиться - скрывать мысли, чувства, планы...
На обложке лицейской тетрадки Константина по физике я обнаружил рисунки с "адской атрибутикой"- мечи, косы, трезубцы, эскиз обреза. Это, видимо, тогда, когда он носился по Старой Руссе в поисках оружия.
- Последний месяц Константин все время лежал на диване, - вспоминает старший Паль.- "Ты чего, сын?" - "Все равно жить осталось недолго". А по ночам выходил в Интернет и файлы кодировал, чтобы я не мог посмотреть.
Накануне того страшного дня Константин взломал ящик стола и выкрал у отца шестизарядный газовый немецкий пистолет "айсберг" и патроны к нему. Хотя ничего подобного он до этого не позволял.
- В своей комнате Дима нарисовал фломастером на стене, на обоях огромный крест и черта, который на него залез, - вспоминает Наташа Николаева. - Летом его еще не было. В сентябре - тоже. Он появился в ноябре. Но я особого значения этому не придала. Как-то на уроке психологии был тест, и Дима нарисовал фигуру с рогами. Ну и что?
Действительно, ну и что? В детстве мы все сказки читали про чертей, ведьм, леших. Но это же не повод убивать.
В 1998 году в Новгороде подростки испоганили местное кладбище. Перевернули кресты, разбили могильные плиты. Все почему-то спустили на тормозах. Виновные отделались легким испугом. Дима, правда, никак не связан с теми событиями, переехал в Новгород из Мурманска годом позже. Но ведь были же и остались, судя по всему, духовные вожди того сатанистского погрома?
В ночь на 19 января в прихожей квартиры Наседкиных в Новгороде перерезали телефон. Кто-то похулиганил? Может быть. Только провода были перерезаны на трехметровой высоте: походя такую мелкую гадость не сделаешь. Случайность? И ровно в полночь в последние перед трагедией дни кто-то звонил Дмитрию. Тоже случайность?
- На следующий день, после того как Игоря поместили в Старорусскую больницу, к нему, - рассказывает жена старшего сержанта Татьяна Гузнева, - пришли двое посетителей, молодых людей. Разговаривали они с лечащим врачом. Сказали, что из газеты. Ее сразу удивило, что гости назвали только имя пострадавшего, его фамилии не знали. И удостоверения служебные не показали. После этого палату стали охранять милиционеры.
И вот еще одна странная история.
- Утром 20 января, выходя днем из квартиры, - поведал мне директор медицинского колледжа Валерий Изуткин, - я увидел на лестничной площадке три игральные карты. Нагнулся посмотреть - три шестерки, знак сатаны...
Во время командировки у меня самого было неприятное ощущение, что кто-то все время за мной следит. И облегчение возникало лишь тогда, когда заходил в церковь. Но это, скорее, не более чем ощущения, навеянные (вполне возможно) самой темой. Понимаю, что это где-то смешно, нелепо, но лично я готов принять версии о некоем психологическом кодировании, гипнозе. Или, если хотите, команде, приказе.
У Паля и Наседкина нашли 49 патронов для обреза. Еще два больших охотничьих ножа. Был и топорик, и газовый пистолет. Сколько людей могли бы пострадать, если бы все шло по дьявольскому сценарию? В тот вечер в Воскресенский собор пришли, как рассказал отец Николай (он вел службу), 280 прихожан. Велся подсчет. Много женщин, стариков, детей. Вот и прикиньте при самом жутком раскладе...
В приказе об отчислении из медицинского колледжа студентов две фамилии рядом. Александра Петрова и Дмитрия Наседкина. Отчислены "в связи со смертью"... Они вновь встретились. Уже после смерти. Кто за их жизни ответит? "Очень жаль, что я ни достиг такой власти, как Гитлер и Сталин, тем лучше для вас, потому что земля бы окрасилась в красный цвет... " Это слова из той же "записки" Константина.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников