19 июня 2018г.
МОСКВА 
20...22°C
ПРОБКИ
4
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.48   € 73.48
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ВЛАДИМИР РУССКИЙ БАЛЕТ ЖИВ БЛАГОДАРЯ СВЯТЫМ И СУМАСШЕДШИМ ВАСИЛЕВ:

Дешкова Ирина
Опубликовано 01:01 09 Февраля 2001г.
Дверь квартиры открыл сам хозяин. И весело, нараспев произнеся: "Здравствуйте!", предложил войти. Он двигался очень легко, с той совершенно особенной выправкой, которая отличает людей, причастных к балету.

На секунду мелькнула мысль: уж не ошибочно ли указана дата рождения моего персонажа в энциклопедии? Там я прочла: Василев Владимир Юдич, родился 8 февраля 1931 года в Москве... Народный артист России. Лауреат Государственной премии. С 1949 по 1970 год - артист Большого театра СССР, с 1977-го вместе с Н.Д. Касаткиной - художественный руководитель Государственного академического театра классического балета...
Но солидная юбилейная дата никак не вязалась с обликом человека, который сидел рядом со мной, изящно облокотившись на край массивного старинного стола...
- Ненавижу не только само слово "юбилей", но и все помпезное, что с ним связано, - признался мой собеседник. - Те, кто интересуется нашим с Наташей творчеством, приходят на спектакли вне их привязки к датам. Другое дело - для нашего театра, как теперь говорят, для его имиджа, надо сделать что-то шумное, многолюдное. Приходите 29 апреля в Государственный Кремлевский дворец, посмотрите...
А день рождения - дело интимное. Вот этот большой стол раздвигается, и за ним собираются близкие, друзья. К сожалению, их круг редеет... Зато маленькие подрастают - это великая радость. Внуку Коле - полтора года, но характер у него замечательный. Ревет только тогда, когда есть хочет. А у старшей, Катюшки, ей 12 лет, - голос, как у ангела, поставленный от природы.
- А у вас самого в детстве уже проявлялись какие-то способности?
- Разве тогда об этом думали! Главное было - выжить. Я ведь дитя войны. Мы из Москвы в эвакуацию не уезжали. Помню, как копали с мамой окопы... Жили в маленькой комнате в огромной коммунальной квартире на Кропоткинской улице. Соседей - человек 30. Комнаты располагались анфиладой, потому что это был старинный особняк, он когда-то принадлежал герою войны 1812 года Денису Давыдову.
- Это имя не вдохновляло на подвиги?
- А как же! У нас во дворе была дружная мальчишеская компания. Отцы на фронте, матери сутками на работе. Воспитывала улица. Бывало, мы поджидали грузовики, которые везли, скажем, капусту. И как только машина проезжала, бросались на нее сзади, забирались в кузов. Надо было успеть скинуть за борт несколько капустных вилков и соскочить. При этом грузовик, конечно же, специально для нас не притормаживал. Ну и дрались, как водится. Меня за драку однажды даже из балетной школы выгнали. Правда, чуть ли не в тот же день приняли обратно. Я обещал себя хорошо вести. А какая у меня финка была! В кармане носил...
- А как же вы в балет попали?
- Соблазнился рабочей карточкой.
- То есть?!
- Время было голодное, есть хотелось постоянно. Однажды, шел 43-й год, приходит брат и говорит: "Школа какого-то Моисеева объявила прием учащихся. Всем полагается рабочая карточка!" А по этим карточкам тогда выдавали 800 граммов хлеба, крупу - в общем, настоящее состояние. Я вступительные экзамены и сдал.
- Но окончили вы другое училище - при Большом театре?
- В том-то и фокус. Однажды отец что-то прислал с фронта. И мы с мамой, идя за посылкой, оказались рядом с Пушечной улицей, где хореографическое училище находилось. Зашли. Меня проэкзаменовали и приняли. А там полагалась уже не "рабочая", а "энэровская" карточка, то есть научного работника! По ней еще лучше кормили. Это не считая того, что учащимся давали хороший обед. Из-за этого я "променял" школу Игоря Моисеева на училище Большого театра. Вот так стал "перебежчиком"...
- А почему танщовщик Большого театра Василев увлекся балетмейстерской работой? Ведь, насколько я знаю, за нее в ГАБТе, где власть главного балетмейстера Юрия Григоровича была абсолютной, могли не только не похвалить, но и, как говорится, "попросить".
- И попросили. Когда я отслужил положенные в театре 20 лет, меня тут же проводили на пенсию, которая составляла 97 рублей 20 копеек. Мне 39 лет - и я никому не нужен! К тому времени мы с Наташей уже поставили в Большом театре "Ванину Ванини", "Геологов", "Весну священную". Но разве для театрального начальства это был аргумент?
- И вам никто не помог?
- Мы пошли к министру культуры Екатерине Фурцевой. Выслушав, она спросила: "Квартира у вас есть?" - "Есть", - говорим. - "А машина?" - "Есть". - "А за границу на гастроли хотите поехать?" - "Мы и так ездим, мы здесь работать хотим". - "Знаете, - вздохнула Екатерина Алексеевна, - Григорович так ревнив..." В ее министерстве у чиновников книга была типа руководства к действию. В конце находился перечень рекомендуемого к постановкам репертуара. А ниже - примечание: "Спектакли Н. Касаткиной и В. Василева к постановке не рекомендуются". Нас запрещали, а в конце 60-х - начале 70-х годов "быть запрещенным" означало "быть модным". Тогда и появился в нашей биографии Малый ленинградский театр оперы и балета (МАЛЕГОТ). Он пригласил нас на постановку "Весны священной", а потом в Кировском мы сделали балеты "Сотворение мира", "Пушкин" и две оперы - "Петр I", "Маяковский".
- А на Ленинград министерские запреты не распространялись?
- Ленинград всегда был особенным городом. Указы из центра там нередко игнорировались, все решал обком партии. Конечно, главное, что не только партия нас "признала", но и народ. Таксисты узнавали!
- То, что ленинградские хореографы руководили московским балетом, во все времена считалось нормой. Но чтобы москвичи ставили в Кировском театре... По-моему, вы - единственный "случай"...
- Теперь могу признаться, что у нас в Ленинграде был "блат".
- И кто же был могущественным покровителем?
- Однажды кто-то из знакомых представил нам человека, отрекомендовав его - доктор Левин. И добавил, что, если у нас будут сложности, надо к нему обратиться. Буквально на следующий день узнаем, что дирекция МАЛЕГОТа отказалась от изготовления части декораций к "Весне священной". Что делать - ругаться, уезжать? Вспомнили о Левине. Чувствуем себя по-дурацки, но все равно звоним. Левин выслушал и говорит: "Приезжайте!" Приезжаем к нему домой, а там стол накрыт и гостей - видимо-невидимо. Причем сидят все местные "шишки", включая директора Малого театра. Тут Левин встает и, обращаясь к нему, говорит: "Ты моим друзьям зарубил декорации?! Ты за моим столом больше сидеть не будешь!" Тот побледнел: "Откуда же я знал, что они твои друзья!" На следующее утро ту злосчастную декорацию уже делали...
- Кто ж он был, всесильный Левин?
- Так толком и не знаю. Может, какой-нибудь выдающийся гинеколог или дантист, к которому ленинградская знать бегала и у которого образовался своеобразный VIP-клуб.
- Вам везло на людей?
- И не только на "докторов". Ведь мы работали с выдающимися композиторами - Арамом Хачатуряном, Николаем Каретниковым, Юрием Буцко, Андреем Петровым, артистами мирового класса в Большом и в Кировском театрах. А сколько талантливых людей работали и сейчас работают в нашем коллективе! Это Владимир Малахов, Галина Степаненко, Маргарита Перкун-Бебезиче, Ирек Мухамедов, Ильгиз Галимуллин, Марина Ржанникова, Иван Корнеев... А сейчас какая у нас есть балерина! Гениальная, поверьте! Я - о Екатерине Березиной. Такие родятся раз в сто лет!
- А вы не боитесь, что кто-то из них уедет на Запад, как уехал тот же Малахов?
- Боюсь - не то слово. Я не перестаю удивляться, что такие одаренные люди еще работают у нас, предпочитая небогатый отечественный театр очень "теплым" зарубежным местам. Они или сумасшедшие, или святые.
- Какова, если не секрет, у вас ставка балерины?
- 2600 рублей со всеми надбавками. Нормально? Иностранные импресарио предлагают нашим солистам по 4 тысячи долларов! А они отказываются. Я могу расценить это только как чудо.
- А какая зарплата у вас?
- 2620 рублей. Это - по государственной тарифной сетке. Правда, у нас с Наташей есть еще "авторские". Мы неприхотливы. На жизнь хватает. Я сегодня поехал на рынок кое-что купить. Смотрю - помидорчики соленые. Продавщица и говорит: "Покупайте, я вам как пенсионеру скидку сделаю!" Вот и сэкономил 20 рублей!
- Наверняка вам тоже предлагали уехать на Запад.
- Звали дважды и на очень серьезных условиях. Но уехать мы не могли. Здесь наши корни. Корни - это дом, семья, театр. Мы недавно вернулись с итальянских гастролей. Обожаю эту страну, ее улицы. Запах моря на побережье и морскую кухню... Принимали наши спектакли замечательно. Но - домой тянет... Видите этот изящный дамский зонтик с тонкой ручкой из слоновой кости? С ним Наташина бабушка по Венеции в XIX веке гуляла. А привезла его сюда, там не оставила...
- Владимир Юдич, вы все время говорите "мы". А кто в вашем семейном, творческом дуэте главный - Василев или его жена Касаткина?
- Оба. Но главной интеллектуальной силой является, конечно, Наташа. У нее множество талантов. И вообще она - золото! Я устроен так: пока работаю с материалом - ориентируюсь в нем, как переключился на другую тему - многое забывается. А у нее память... А как Наташа поет!
- Хореограф Касаткина поет?
- У нее приятный, чистый голос. Когда я, еще в бытность свою артистом Большого театра, поступал на композиторские курсы, то играл свои вещи, а Наташа мне помогала - пела. Я ведь тогда писал музыку "на Шекспира", то есть на слова классика и на "Касаткину" - то есть на конкретную исполнительницу...
- Вы и композитор, оказывается.
- Раньше сочинял. Где-то в шкафах хранятся мои опусы. Андрей Петров как-то уговаривал меня их издать. Но я стесняюсь, ни к чему это.
- Вам чуждо тщеславие?
- Во всяком случае оно не чрезмерно. И Наташа такая же. Большую часть жизни мы работали не в своем, а в чужих театрах, и нас никогда не смущало, что наши портреты не украшают зрительское фойе.
- А к званиям, премиям вы тоже равнодушны?
- Ну как сказать... Когда не дают - досадно, когда дают - вроде так и надо. Но одно знаю точно, это далеко не самое главное в моей жизни.
- Что же главное?
- Чтобы был наконец построен наш театр на Скаковой улице. Ведь это не просто здание для нас и нашей труппы. Там должен находиться международный центр балета, куда смогут приезжать разные коллективы. В Москве нет балетной площадки, способной регулярно принимать у себя гастролеров. Не прекращать же по этому поводу спектакли в Большом театре! А для того, чтобы хореографическое искусство развивалось, балетмейстеры должны знать, что происходит в мире. Вариться "в собственном соку" губительно для человека любой профессии, особенно - творческой.
- Каковы ближайшие планы Государственного Академического театра классического балета?
- Мы приступили к постановке нового спектакля "Спартак".
- Сравнений не боитесь? Имею в виду спектакли Леонида Якобсона в Петербурге, Юрия Григоровича в Москве...
- Самое сильное впечатление на меня произвел "Спартак", замечательно поставленный в свое время на сцене Большого театра Игорем Моисеевым. А сравнений - чего их бояться, надо просто работать. Как-то Юрий Григорович во всеуслышание сказал: "Касаткина и Василев - самые лучшие балетмейстеры Советского Союза!". И прибавил: "После меня, конечно!" Как вы понимаете, такой комплимент дорогого стоит. Его еще отработать надо.
ПОСТСКРИПТУМ. Президент России Владимир Путин направил поздравление Владимиру Василеву в связи с его юбилеем. В послании говорится: "Известный хореограф, постановщик, всю свою жизнь Вы посвятили балету. Блестящее мастерство, постоянный творческий поиск, неожиданный подход к классическим сюжетам позволяют Вам радовать зрителей незабываемыми театральными постановками, концертными номерами и телевизионными фильмами... Много сил и энергии Вы отдаете Государственному академическому театру классического балета. Очень важно, что его сцена стала замечательной школой для молодых исполнителей".




Каким будет выступление российской сборной по футболу на домашнем чемпионате мира? Ваш прогноз!