БОЛЬШЕВИКИ УБИЛИ БРАТА ЛЕНИНА

Главная Жизнь 01:01 10 Февраля 2000 12907

Уникальные исторические свидетельства мы обнаружили в скромной, стандартного вида папочке, хранящейся в Центре документации общественных организаций Свердловской области. Она уже утеряла статус былой секретности, и даже странно, что никто из серьезных исс

Джапаков Анатолий

Напечатать

Январь 1918 г. вошел в историю нашей страны как месяц очередной победы большевиков над общественными силами, стремящимися направить Россию по пути парламентаризма. Утром 6 января прозвучало знаменитое: "Караул устал!" И Учредительное собрание, чьи депутаты были избраны на основе свободных выборов, перестало существовать, не доведя до конца и первого заседания. Владимир Ленин тогда заявлял в "Тезисах об Учредительном собрании": "Всякая попытка, прямая или косвенная, рассматривать вопрос об Учредительном собрании с формально-юридической стороны, в рамках обычной буржуазной демократии, вне учета классовой борьбы и гражданской войны, является изменой делу пролетариата и переходом на точку зрения буржуазии".
Конечно же, ему и в голову не могла прийти мысль о том, что эта его директива может больно ударить по нему самому и по близким, родным ему людям.
Тут самое время рассказать о семье Ардашевых. Их было пять братьев, родившихся в Перми. Именно там поселилась родная сестра матери Ленина Марии Александровны Ульяновой (в девичестве - Бланк) Любовь Александровна Ардашева-Пономарева (урожденная, понятно, тоже Бланк) со своим мужем надворным советником Александром Федоровичем Ардашевым.
Они, по всей вероятности, были счастливы в браке. Все их сыновья получили высшее образование и занимали заметные должности. Интересно, что почти все они были юристы. Даже старший, Александр Александрович, закончивший физмат Казанского университета, работал мировым судьей в 3-м и 5-м участках Екатеринбургского судебного округа. И только один, Федор Александрович, стал врачом. Он умер от сыпного тифа в селе Усылье Пермской губернии в 1892 г. - одна из многих безвестных жертв героической борьбы российских медиков со страшной эпидемией.
Документы свидетельствуют, что для Ленина они не были чужими людьми, как это порой бывает с родственниками. В 1887 г., когда был казнен любимый, если верить официальным источникам, брат Ленина Александр, а его сестра Анна и он сам были сосланы, именно Ардашевы проявили к ним самое теплое участие. Любовь Александровна взяла на поруки Анну, а Владимира поселила в своем доме по месту его ссылки - деревня Кокушкино Казанской губернии.
Супруги Ардашевы не были пролетариями. В Казанской губернии им принадлежала мельница и 1200 десятин земли. Так что, надо полагать, "зверство царизма", обрекшего юного революционера на годичное деревенское заточение, не было ему так уж обременительно. Кроме всего прочего, ссылку скрашивали и наезды двоюродного брата, Александра Александровича. Он был хороший шахматист и одно время даже являлся председателем Екатеринбургского шахматного клуба. Владимир Ильич с удовольствием играл с ним.
Документы, из которых я исхожу при написании этих строк, ничего не говорят об отношениях между Лениным и младшем Ардашеве - Викторе. Но нет никаких сомнений в том, что трагическая судьба последнего явилась прямым следствием действий на политической арене первого. Весть о том, что в Петрограде "караул устал", на удивление быстро достигла захолустного уездного городка Верхотурье, лежащего на севере Среднего Урала.
Виктор Александрович был там "на судебных должностях" и, как многие интеллигенты того времени, принадлежал к партии кадетов. К январю 1918 г. конституционно-демократическая партия специальным декретом Совнаркома была поставлена вне закона. Против ее приверженцев начались репрессии, само слово "кадет" считалось ругательным. Поэтому они стали называть себя несколько по-иному - партией народной свободы.
Сразу же после разгона Учредительного собрания в Верхотурье организовался стачечный комитет. Председателем его стал Владимир Бахтеев, а заместителем Виктор Ардашев. Уже 9 января комитет "распубликовал" призыв к всеобщей забастовке в знак протеста против насильственного прекращения работы первого парламента новой России.
Реакция властей не замедлила последовать. Постановлением от 14 января Исполком Верхотурского Совета рабочих и солдатских депутатов объявил весь уезд и город на военном положении. Приказывалось "лиц, ведущих агитацию за забастовку, арестовывать и наиболее вредных из них направлять в Екатеринбургскую тюрьму..."
Бахтеева и Ардашева арестовали и на следующий день под конвоем доставили в Екатеринбург.
Через заснеженный пустырь Виктора Александровича вели два красногвардейца. Один из них остановился свернуть папиросу и в этот момент арестованный вдруг стал убегать. Второй конвоир, как положено, закричал: "Стой, буду стрелять", и дал два предупредительных выстрела в воздух. Но арестованный не внял предупреждению и побежал еще быстрее. Тогда красногвардеец стал бить на поражение. Первый его выстрел причинил лишь легкую рану, вторая пуля попала в голову - насмерть.
Так описывается это событие в документе, подписанном областным комиссаром юстиции Филиппом Голощекиным. По его поручению расследование проводил председатель следственной комиссии и председатель ревтрибунала (следователь и судья в одном лице!) Екатеринбурга Яков Юровский. Труп осматривал также некий доктор Упоров, присутствовали понятые.
Сразу возникает вопрос: неужели в те лихие дни убийство при попытке к бегству было таким чрезвычайным, исключительно редким событием, что им сочли необходимым заняться столь высокопоставленные лица, как Голощекин и Юровский? Голощекин ведь был тогда не только комиссаром юстиции, он еще и занимал должность секретаря Уральского обкома партии! Или они знали, кого убили?
Странно выглядят и обстоятельства происшедшего. Из описания понятно, что у арестованного не было никаких шансов - с чего вдруг ему, далеко не мальчишке, юристу со стажем, вздумалось бежать? И если он и вправду побежал от конвоиров, то почему пули попали ему в грудь и в лоб, а не в затылок и в спину?
Неудивительно, что на следующий же день, 16 января, бюро Екатеринбургской организации социал-демократов меньшевиков потребовало от властей дополнительного, независимого расследования, в котором смогли бы принять участие и представители оппозиционных партий. В постановлении бюро по этому поводу так прямо и сказано: расследование необходимо "в целях снятия подозрения в возможности в данном случае преднамеренного политического убийства". Неизвестно, состоялось ли это расследование или нет, во всяком случае, в папке, которую я смотрел, на этот счет нет никаких сведений.
Владимир Ильич о происшедшем узнал много позже и, похоже, далеко не все. Копия его телеграммы, датированной лишь 2 июля, есть в деле. На официальном бланке Совнаркома стремительным ленинским почерком набросано: "Екатеринбургский Облсовдеп Сафарову Прошу расследовать и сообщить мне причины обыска и ареста Ардашевых особенно детей в Перми Предсовнаркома Ленин". На следующий день, 3 июля, еще одна телеграмма: "Поправляю предыдущую мою телеграмму: Ардашев арестован Екатеринбурге, а не в Перми. Предсовнаркома Ленин".
Какой ответ получил Владимир Ильич, неизвестно. Очень может быть, что и никакого не было. Ибо в начале июля и в столице, и на Урале заварилась каша, способная заставить забыть обо всем, кроме текущего момента. 6 июля был убит германский посол Мирбах и разгорелся левоэсеровский мятеж. Фронт гражданской войны стремительно приближался к Екатеринбургу, и надо было срочно принимать решение о судьбе царской семьи, содержащейся под стражей в доме Ипатьева.
Какое было принято решение, известно. В своем выступлении на закрытом совещании старых большевиков 1 февраля 1934 г. Юровский говорил: "Примерно того же 10-11 июля мне Филипп сказал, что Николая нужно будет ликвидировать, что к этому надо готовиться". Филипп Голощекин в эти дни вернулся из Москвы, куда он ездил в том числе и за окончательным разрешением вопроса о царской семье и где он останавливался на квартире своего старого соратника Якова Свердлова.
Вот какие нелепые казусы бывают в истории. Сначала большевики убили двоюродного брата своего вождя, потом расстреляли семью последнего российского царя. Причем первое убийство было полностью и официально оправдано теми же людьми, беззаветно преданными делу своей партии, что и организовали второе. И, как ни крути, а есть в этом совпадении какая-то своя, черная символика...
Впрочем, в деле Ардашева много еще неясного. Что это было - случайность или запланированная казнь? Арестованный вместе с ним Бахтеев был вскоре отпущен. В документах содержится упоминание о прекращении дел Бахтеева и Ардашева - первого по степени виновности, для доказательства которой следственная комиссия "ниоткуда материалов извлечь не смогла". Второго потому, что мертв.
Из братьев Ардашевых в те годы выжил лишь старший - Александр Александрович. Он тоже был кадетом, известным в Екатеринбурге юристом, в центре города до сих пор стоит дом, где он жил и где размещалась его нотариальная контора. Вскоре после гибели Виктора он уехал в Москву, где и умер в 1933 г. В последние годы своей жизни получал персональную пенсию.
Судьба двоюродного брата, убитого "при попытке к бегству", как сегодня мы все знаем, не стала для Владимира Ленина предостережением. "Красное колесо" репрессий только еще начало раскручиваться, захватывая в свою кровавую орбиту виноватых и не виноватых, а то даже и вовсе не причастных к оппозиции укрепляющейся Советской власти. И много еще раз встанет брат на брат, а сын донесет на отца. И против самой человеческой природы будет это называться делом доблести и чести. Потому что на это людей толкали мотивы идейные, их беззаветная преданность делу, которое для них было куда более значимым, чем нормальные родственные чувства.

Напечатать

Жизнь 00:01 / 25 Декабря 2025 24033

В таком же декабре, как сегодня

Листаем подшивку «Труда» за последние сто лет

Владимир Санин

Труд

В наступающем году нашему «Труду» исполнится 105 лет. Дата не слишком круглая, но разве это повод отменять путешествие по старым газетным подшивкам? Приглашаем вас вместе пролистать пожелтевшие страницы,...