В среду депутаты Государственной думы отложили законопроект о внесении поправок в Трудовой кодекс (ТК), предлагавших увязать зарплаты топ-менеджеров с окладами рядовых работников. Может, и к лучшему. Потому что очень просто и заманчиво взять у тех, кто получает больше, и поделить на тех, кого числом больше. Но ведь это делать уже не раз пытались, и результат известен.
Уже подготовленный короткий документ — всего на трех страничках — предлагал ограничить доходы высших руководителей госкомпаний, корпораций и прочих организаций, находящихся более чем наполовину в государственной или муниципальной собственности, чтобы они не более чем в восемь раз превышали материальные выплаты рядовым работникам. А кроме того, привязать оклады, премии и прочие стимулы топ-менеджмента к зарплате президента страны за предыдущий год.
Сегодня таких ограничений нет, а потому глава государства Владимир Путин получает в год 8,9 млн рублей, а топ-менеджеры «Газпрома» — до 10 млн рублей в месяц и более, Сбербанка — по 16 млн, члены правления РЖД — по 6 млн. Ну, про главу «Почты России» г-на Страшнова вы уже читали и в СМИ, и в заявлениях Генпрокурора.
Законопроект также предлагал установить предельное соотношение зарплат топ-менеджмента и персонала. Как заметил глава думского Комитета по труду Олег Нилов, это ограничение для подчиненных — наоборот, надежда на лучшую жизнь. Ибо если начальник захочет увеличить собственный должностной оклад, то придется обеспечить повышение зарплаты всему коллективу.
Но в итоге у депутатов не хватило времени, и теперь неясно, попадет ли законопроект вновь в повестку пленарных заседаний парламента, когда и в каком виде?
Напомним: первые поправки в ТК — об установлении предельного соотношения зарплат «верхов» и «низов» — были внесены в прошлом году и с января даже обрели законную силу. Однако в тех поправках не установлен потолок зарплат руководящих лиц, и они распространяются лишь на стопроцентно государственные предприятия и организации, не затрагивая госкорпорации и многочисленные АО и ООО с госучастием.
К тому же в прессе уже проскальзывала информация о существовании закрытого распоряжении правительства с перечнем бюджетных организаций, подчиненных разным министерствам и ведомствам, где условия труда руководителей не привязываются к средним зарплатам работников.
Между тем, по данным Международной организации труда, 1% наиболее оплачиваемых работников в РФ зарабатывают в 63 раза больше, чем 1% наименее оплачиваемых. В Европе эта разница — в 22 раза.
Эта проблема существует во всем мире. Канцлер Германии Ангела Меркель еще в 2007 году с трибуны бундестага заявила: «По какому праву те, кто совершает одни ошибки, купаются в деньгах?» Это она о топ-менеджерах компаний, увольняющих своих сотрудников, но одновременно повышающих размеры вознаграждения членам советов директоров.
В Европе тогда начинался экономический кризис, и на этом фоне всеобщее возмущение вызвала информация о 13-миллион-ной (в евро) зарплате главы Deutsche Bank Йозефа Акермана и о 60-миллионном годовом вознаграждении его коллеги из Porsche Венделине Видекинге.
В бундестаге быстро вспомнили, что немецкая конституция провозглашает не только демократическое, но и социальное государственное устройство, и был внесен законопроект об ограничении окладов и премий топ-менеджмента 20-кратным размером зарплаты самых низкооплачиваемых специалистов компании. Опросы населения показали, что 70% немцев поддерживают идею введения максимального размера оплаты труда. Но против вдруг выступила сама госпожа Меркель. Кстати, зарплата канцлера составляет 282 тысяч евро в год (18 млн рублей).
В Великобритании возглавившая правительство Тереза Мэй заявила о существовании «иррационального, нездорового и растущего разрыва» между доходами рядовых рабочих и высшего руководства корпораций — до 183 раз. Сама премьер-министр получает оклад 214 тысяч фунтов в год (17,8 млн рублей). А среднее вознаграждение директоров британских компаний из списка FTSE (100 компаний с наибольшей капитализацией), по данным исследовательской фирмы High Pay Centre, составляет 5,5 млн фунтов (400 млн рублей). Однако тут важно и другое: хотя средний заработок рядового сотрудника в 140 раз меньше, чем у директора, но в переводе на российские деньги он составляет около 250 тысяч рублей в месяц. Подавляющее большинство россиян за такую регулярную сумму легко смирились бы с богатством шефа.
И в Германии сегодня в повестке дня — не борьба за ограничение окладов топ-менеджмента, а повышение уровня заработков всех работающих немцев. Институт маркетинговых исследований GfK в Нюрнберге отмечает рост потребительских настроений с 9,9 до 10,2 пункта, нацеленность населения на совершение крупных покупок — автомобилей, мебели, бытовой техники. «Отличная ситуация на рынке труда позволяет рассчитывать на существенный рост зарплат в текущем году», отмечается в сообщении института. Наибольшими темпами растут заработки высококвалифицированных работников, то есть соблюдается вполне социалистический принцип «каждому — по труду».
В США, по данным Налогового управления, доходы 99% семей в последнее время растут на 3-4% ежегодно. Одна из причин — повышение минимальной зарплаты, которая в среднем составляет 7,25 доллара в час, но в Нью-Йорке — 9, в Калифорнии — 10. При этом и Калифорния, и Нью-Йорк уже приняли законы о повышении ставок до 15 долларов в час в ближайшие годы.
Эта политика заставляет предпринимателей заботиться о повышении производительности труда, а власти — стимулировать создание новых высокотехнологичных производств, новых рабочих мест. Именно так и продвигается технический прогресс.
В России иначе: средняя зарплата по стране — 37 тысяч рублей в месяц, а без учета менеджерских зарплат, которые тоже входят в Фонд оплаты труда предприятия — не больше 25 тысяч. Причем эта сумма почти не зависит от специальности и квалификации работника. В Министерстве труда составлен перечень наиболее востребованных и дефицитных специальностей, а в кадровых агентствах имеются данные о реальных зарплатах, предлагаемых таким специалистам.
Вот, скажем, токарю со стажем в Саратове предлагают 55 тысяч рублей, в Набережных Челнах — 45 тысяч, в Петербурге — 50 тысяч. Строительный прораб — тоже 50 тысяч. Чуть меньше в тех же городах обещают дорожному рабочему — 35-45 тысяч. Администратор баз данных — от 25 тысяч рублей, автомеханик — от 25 тысяч с припиской: «есть возможность подработать». А между прочим, 100 лет назад, до революции, зарплата российского слесаря составляла 57 рублей — на нынешние деньги это 86 тысяч.
Наша бывшая гордость — авиапром в отчетах нынче рапортует о достижении средней зарплаты на промышленных предприятиях в размере 38,75 тысячи рублей, в научных организациях — 52,84 тысячи. Надо ли удивляться, что гражданского авиастроения в России фактически уже нет?
Есть цифры и потревожнее: Росстат в конце прошлого года подсчитал, что почти 5 млн человек в стране получают зарплату в 1 МРОТ — 7,5 тысячи, то есть меньше прожиточного минимума (9,9 тысячи рублей). «На сегодняшний день эта ситуация должна быть в фокусе внимания», — заявила на Гайдаровском форуме вице-премьер Ольга Голодец.
Конечно, на таком фоне дико выглядит информация о заработках гендиректора «Почты России» Дмитрия Страшнова, которому в прошлом году выписали премию в 94 млн рублей, а на нынешний год приказом министра связи Никифорова установлен месячный оклад в 10 млн рублей (больше, чем у президента РФ в год). Так и хочется «отобрать и поделить». Но рядовые работники отрасли (351 тысяч человек) не сильно разбогатеют — на каждого придется лишь по 341 рублю в год.
Кстати, президент Владимир Путин, зарплата которого по задумке парламентариев должна стать порогом для российского менеджмента, считает, что проблема не только в величине «суммы прописью», а в ее понятности и прозрачности.
Может быть, президент прав?
Прямая речь
Владимир Путин, президент РФ (из выступления на съезде Федерации независимых профсоюзов России)
— Чтобы крупные компании могли привлекать менеждеров мирового класса — а именно такие нам нужны, в том числе и из других государств, — на этом рынке труда существует определенный уровень зарплаты. Важно, чтобы мути никакой не было. Чтобы это было все прозрачно, объяснено гражданам, и тогда будет понятно. А если кто-то что-то закрывает, прячет, тогда возникают вопросы: значит, есть что прятать...
