Труд: Анастасия Кузьмина: С мужем познакомилась, проплывая над австрийскими горами

Главная Спорт 09:18 10 Мая 2013 6726

Анастасия Кузьмина: С мужем познакомилась, проплывая над австрийскими горами

Олимпийская чемпионка по биатлону рассказала о семье и о планах на Сочи

Напечатать

Чемпионатом мира по хоккею завершается зимний сезон 2012-2013. В числе его самых ярких событий останутся гонки биатлонистов. И если судить по рейтингам телевизионщиков, соревнования стреляющих лыжников вышли на первое место среди представителей зимних видов спорта.

Большую часть года сильнейшие биатлонисты мира остаются недосягаемыми для обстоятельной беседы с журналистами. Разговор нашего корреспондента с олимпийской чемпионкой по биатлону Анастасией Кузьминой состоялся на Гонке чемпионов, которая прошла в московском дворце «Олимпийский». Впрочем, в основном мы говорили не о свежих впечатлениях в этой гонке, а о семье, о планах на Сочи.

— Настя, ваш сын уже занимается спортом?

— Мы поставили Елисея на лыжи, когда ему было два с половиной года. И сейчас он в свои пять лет в состоянии пройти по лыжне 12-15 километров. Еще очень любит плавать, кататься на горных лыжах. Вместе с нами и другими взрослыми ходит в горы (норвежская ходьба). Интересуется хоккеем. Сейчас хотим отдать его в футбольную секцию. Его товарищи-сверстники уже туда ходят, и Елисей тоже изъявил желание. Спортивные гены у него уже проявляются.

— Вы хотите, чтобы он стал профессиональным спортсменом?

— Это — очень тяжелый путь. Мы будем стараться привлечь его к активному образу жизни. А если он осознанно выберет какой-то вид спорта или другой род занятий, мы всячески его будем поддерживать. Главное, чтобы он одновременно проявлял желание, старание и дисциплину. Но насильно заставлять тяжело работать — тащить на результат — ни в коем случае нельзя в спорте. Но если он сам к этому проявит желание, я во всем буду помогать. И не обязательно лыжником или биатлонистом. Главное, чтобы в детстве Елисей получил всестороннюю физическую подготовку, через спорт приучился к трудолюбию и дисциплине. А дальше будет зависеть от его желания.

— Вы его сейчас привезли в Москву ...

— По всему миру в течение сезона мы Елисея не возим. Но постоянно ему звоним, причем, обычно заранее договариваемся о времени звонка. Так что он заранее ждет беседы с нами. Тем не менее, когда мы приезжаем после долгого отсутствия, несколько первых дней он неохотно к нам подходит. Но потом заново привыкает к нам, и уже меньше общается с бабушкой и дедушкой, с которыми раньше проводил все свое время.

— На каком языке он лучше говорит?

— И по-русски говорит чисто, без акцента, и по-словацки. С двух с половиной лет он ходит в словацкий детский садик. Приходя домой, автоматически переключается на русский язык. Выходит из дома — на словацкий. Все у него получается автоматически и без труда. И до его уровня владения словацким языком нам с мужем далеко.

— Какие функции вашего мужа в тренировочном процессе?

— Он занимается моей общефизической и функциональной подготовкой. Еще в нашей команде есть тренер по стрельбе и французский сервисмен.

— Вы всегда тренируетесь отдельно от сборной Словакии?

— Да, по индивидуальному графику. В качестве спарринг-партнера со мной работает муж. У нас еще было взаимное желание тренироваться вместе с ... Герековой, которая в последнее время подтянула свой уровень. Но с руководством национальной федерации биатлона нам не удалось найти взаимопонимания. Мне в первую очередь нужен спарринг-партнер по стрельбе, и отсутствие в такой практике ухудшило мне концовку сезона. И здесь поможет даже соревновательная практика в летнее время — от нее можешь так выхолоститься, что потом потеряешь мотивацию по ходу главных зимних стартов. А спарринг-партнер на тренировках — это в самый раз.

— Какие-то новшества по части летней подготовки у вас намечаются?

— Нет, постараемся соблюдать привычный режим. Летом будет велосипедная подготовка. В августе — тренировки в Новой Зеландии на натуральном снегу на высоте 1500 метров.

— Как вы познакомились с мужем?

— Сегодня как раз исполняется шесть лет нашей свадьбе. Не круглая годовщина, но я рада, что дала повод супругу отпраздновать еще один успех. Я бы ему пожелала максимум терпения — с такой женой, как я. Он постоянно страшно за меня переживает.

Наше знакомство произошло в Австрии — мы случайно вместе оказались в одном кресле на подъемнике. С того момента до свадьбы прошло полтора года.

— Как часто приезжаете на свою родину, и привозите ли сына?

— Мой сын родился в Тюмени и прожил там первые полгода. А все последующие годы по окончанию сезона мы всегда втроем приезжаем на мою родину в Тюмень. И сейчас к Гонке чемпионов я готовилась там же. Кстати, в Тюмени шикарная трасса — широкая, с удобными местами для обгона — и шикарная инфраструктура для тренировок и соревнований. Вот если и проводить где Олимпиаду, это на базе «Жемчужина Сибири», которая находится в ... км от города. Хотя и этот центр — не единственный для зимних видов спорта в Тюмени.

— И на первый снег тоже приезжаете на «Жемчужину Сибири»?

— В прошлом сезоне бегать по первому снегу я начала в Канаде, в нынешнем — завершившемся — в Финляндии. А в этом после Новой Зеландии приеду в Тюмень. Эту трассу я хорошо знаю не только потому, что приезжаю каждую весну. Дело в том, что мой отец был одним из проектировщиков этой трассы. Именно он это место присмотрел и настаивал, чтобы база возводили именно там, где она сейчас находится. А сейчас там уже запустили в строй трассу с охлаждением, так что сезон можно будет начинать очень рано.

— И сколько лет вы на «отцовской» трассе тренируетесь?

— Четыре года. Когда я уже входила в сборную России — я имею в виду уже «взрослую» команду, и даже уже заняла 13 место на этапе Кубка мира как российская спортсменка, этой базы еще не было.

— В какой мере ваш отец сейчас и раньше участвовал в вашем тренировочном процессе?

— Когда в школьные годы я уже начала выступать на всероссийских соревнованиях, мы с отцом перед выездом на крупный турнир договорились: если сейчас я хорошо выступлю, он возьмется готовить меня к следующему сезону. Но я там выступила очень неудачно. А уже спустя много лет я осознала, что тренироваться в своей семье не всегда хорошо, потому что от близкого тебе человека не все указания воспринимаешь всерьез, должным образом. Так и сейчас папа с мужем далеко не всегда соглашаются по некоторым аспектам тренировок. Хотя в большей мере муж специализируется по физической подготовке, а с отцом я в основном советуюсь по стрельбе. Я ему звоню почти после каждой гонки, и мы происшедшее подробно обсуждаем. Зачастую он мне говорит именно то, что как раз и нужно было мне узнать. Иногда то, что мне и так известно. Но повторение — мать учения.

Да и я сама, когда что-то не получается, начинаю «показывать зубки». Но потом оказывается, что я была не права ... Но признаться в это ведь бывает так тяжело!

— На какой высоте вы тренировались в последнее время, и в какой мере эта работа оправдывается?

— Для улучшения функциональных кондиций это бывает полезно. Но если с оптимальными сроками еще, при хорошем опыте, еще можно угадать, то с погодой в горах угадать бывает сложнее. В нынешнем сезоне самая большая высота, на какую я забиралась — это Антхольц-Антерсельва. После этапа мы специально там остались для тренировок. Основная трасса там находится на высоте 1600 метров, но для тренировок мы забирались и выше, но там есть трасса лишь для конькового хода. К чемпионату мира по части бега я подготовилась неплохо, но там меня подвела стрельба.

Но в олимпийском сезоне, я думаю, экспериментировать нежелательно — лучше провести его по ранее отработанным схемам.

С одной стороны, седьмое место в тотале — для меня неплохо, учитывая провальное начало сезона. Но чемпионат мира для меня сложился неудачно. В спринте получились неполадки с оружием. Не случилось бы этого — я бы имела хорошие шансы на бронзу не только в спринте, но и гонке преследования. То есть, провал случился на спринте — моей любимой дистанции. А окончание сезона получилось хорошим. Я спокойно готовилась в Тюмени, с хорошим настроением вышла на Гонку чемпионов, и все удачно получилось. Именно на таком настрое я хотела бы готовиться к новому сезону.

— С кем-то из представителей других видов спорта у вас сложились дружеские отношения?

— Биатлонисты и представители некоторых других зимних видов спорта круглых разъезжают по этапам Кубка мира, подолгу сидят в горах, в некоторой изоляции. Одно из немногих мероприятий, где мы все встречаемся, это Олимпиада. С россиянками, к сожалению, ни с кем не удалось хорошо познакомиться. В Ванкувере я подружилась с известной горнолыжницей Вероникой Зузуловой. Мы теперь следим за выступлениями друг друга, часто обмениваемся смс-ками и перезваниваемся.

— Она говорит по-русски?

— Нет, из иностранных языков — по-французски. У нее муж француз. Но я ведь выучила словацкий.

— А какие другие виды спорта вам нравятся?

— В школе неплохо получалось в волейболе. И если бы не биатлон, возможно, сложилась бы карьера в пляжном волейболе. В Словакии хорошо развит водных слалом. У нас есть олимпийский чемпион Мартикан. Я очень люблю смотреть за его выступлениями. Но на дикой воде не рисковала гонять. А на море в межсезонье применяю как средство для тренировки рук, плеч, а также для умения «фиксировать» спину. Плюс — это очень интересное занятие. Полезно и для тела, и для дела, и для развлечения.

— Какое впечатление оставила вам сочинская трасса?

— Множество крутых спусков и поворотов делают ее сложной технически, а расположение на высоте 1500 метров, плюс подъемы с большими перепадами потребуют хорошей функциональной подготовки.

— А на какую из ранее известных вам трасс похожа сочинская?

— Она совершенно уникальна, и ни на какую другую не похожа — из тех, где мне раньше приходилось выступать. Спуски напоминают те, которые есть в Эстерсунде — там часто спортсмены падают, и это нравится вам — журналистам.

— А какие-то пожелания по поводу сочинской трассы у вас есть?

— Не нужно делать из спортивных соревнований экшн или триллер. Ведь после падения биатлонист теряет не только драгоценные секунды, но и может привести в негодность свою винтовку, то есть — выбыть из гонки. И плохо, что на крутых поворотах, да еще с контр-уклонами, на сочинской трассе могут поместиться рядом лишь два биатлониста. Хотя на той же «Жемчужине Сибири» возможен и двойной обгон без риска для спортсменов. Почему бы то же самое не сделать на комплексе «Лаура» в Сочи? И еще хотелось бы, чтобы в феврале 2014 года там был свежий снег, и не гололед, который образуется после дождя.

— Но у вас ведь с горнолыжной подготовкой все нормально ...

— Да, каждый год мы выезжаем на «закатку» сезона на Камчатку. И там в качестве одного из средств подготовке на беговых лыжах катаемся с гор. Тут получается совсем другая техника и другая работа мышц — на хорошо подготовленных беговых лыжах, и еще когда за спиной винтовка — очень сложно и непривычно маневрировать. Мой муж ведь родом с Камчатки, а там все лыжники хорошо катаются с гор. Так что по части горнолыжной подготовки ... мне здорово помогает.

На российских этапах Кубка мира я всегда люблю выступать. Мне приятно, что по-прежнему россияне переживают за меня, как за свою, болеют за меня. Это я чувствую всегда и в Москве на Гонке чемпионов, и в Ханты-Мансийске, и в Сочи.

— Как вам сейчас видится ситуация с Пихлером?

— Даже если бы я эту ситуацию даже лучше знала, чем знаю сейчас, все равно — трудно все взвесить и принять безошибочное решение. С одной стороны, смена тренера, а соответственно — смена характера работы и обстановки могла бы эмоционально улучшить состояние спортсменок, и на этом фоне как раз и получился бы скачок результатов. Но ведь может так получится, что система Пихлера даст нужные результаты именно на четвертый года работы? Но в любом случае, я очень переживаю за наших (российских) девчонок. Они ведь очень талантливы, способны на победы самого высокого уровня. И я расстраиваюсь, когда русские говорят: «ну вот, наши опять продули». Но виноваты ведь не они сами, а сложившаяся в сборной ситуация. А девчонки делают все, что им говорят.

— С кем-то из сборной России вы дружите?

— Когда я внутри сборной России была, не очень дружили. Но как только начала выступать за Словакию, наши отношения потеплели. С Ольгами — Зайцевой и Вилухиной — общаемся постоянно. Так же как и двумя Катями — Юрловой и Юрьевой. С ними ведь я гоняла с юношеских турниров. Юрьева сильно изменилась — на дистанциях стала более целеустремленной и злой, а в быту — очень добрым человеком.

— А с представителями других сборных?

— На соревнованиях общаемся. Но так близко, как с россиянками, ни с кем у меня дружбы не сложилось.

— На кухне вам часто приходится работать?

— Я бы не говорила «приходится». Наоборот, мне это очень нравится. Понятно, что с перелетами по всему миру кулинарить приходится от случая к случаю. Но когда бываем дома, я своих мужичков всегда стараюсь порадовать чем-то вкусным, и делаю это с удовольствием. Меня и сестренку наша мама всем премудростям научила еще до того, как я достигла успехов в спорте и стала разъезжать по соревнованиям и сборам. А сейчас я во все кулинарные рецепты вношу поправки на то, что еда должна быть не только вкусной, но и полезной, и содержать все компоненты, необходимые при тяжелой физической работе.

Напечатать

Спорт 20:01 / 28 Марта 2026 6369

Шах и мат

Под редакцией международного мастера Максима Орлинкова

Максим Орлинков

Труд

28 марта в Пафосе (Кипр) должен начаться турнир претендентов и претенденток. Поскольку других крупных шахматных соревнований сейчас нет, то этот обзор я собирался целиком посвятить краткому рассказу об участниках...