06 декабря 2016г.
МОСКВА 
-9...-11°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 63.92   € 67.77
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ОН ДОЛЖЕН БЫЛ УБИТЬ СТАЛИНА

В Центральном архиве ФСБ хранятся три пухлые папки уголовного дела о подготовке покушения на И.В. Сталина в 1944 году. Недавно эти материалы рассекречены, и мы получили возможность ознакомить с ними читателей.

ПОДОЗРИТЕЛЬНАЯ ПАРОЧКА
5 сентября 1944 года в 6 часов утра в поселке Карманово Смоленской области начальник местного отдела НКВД Ветров задержал двух подозрительных, следовавших на мотоцикле. Они предъявили документы на имя майора Таврина Петра Ивановича - замначальника "СМЕРШа" 39-й армии и младшего лейтенанта Шиловой Лидии Яковлевны - сотрудника особого отдела армии. Таврин сразу сознался, что документы фальшивые, а сам он является германским агентом, засланным на советскую территорию для проведения теракта против И.В. Сталина, Шилова - его жена.
Столь оперативное задержание шпионов объясняется тем, что самолет, на котором они прибыли, средства ПВО Подмосковья засекли еще около двух часов ночи в районе Кубинки. Он был обстрелян и, получив повреждения, лег на обратный курс. Но в Смоленской области сделал вынужденную посадку прямо в поле близ деревни Яковлево. На это обратил внимание командир местной группы охраны общественного порядка Алмазов, который организовал наблюдение и вскоре сообщил по телефону в райотдел НКВД, что от вражеского самолета на мотоцикле выехали в сторону Карманово мужчина и женщина, оба - в советской военной форме. На задержание фашистского экипажа была выслана оперативная группа, а подозрительную парочку решил арестовать лично начальник райотдела НКВД. Шпионы почему-то не оказали ни малейшего сопротивления, хотя позже у них изъяли 7 пистолетов, 2 охотничьих ружья центрального боя, 5 гранат. В самолете было обнаружено спецустройство под названием "Панцеркнаке" - для стрельбы миниатюрными бронебойно-зажигательными снарядами.
БЕГЛЫЙ КАРТЕЖНИК
Начало этой истории можно отнести к 1932 году, когда в Саратове был арестован инспектор горсовета Петр Шило. Он проиграл в карты крупную сумму и расплатился казенными деньгами. Вскоре преступление вскрылось, неудачливому картежнику грозил большой срок. Но Шило умудрился сбежать из бани следственного изолятора, а затем по подложным справкам получил паспорт на имя Петра Таврина. И даже закончил перед войной курсы младшего комсостава.
В 1942 году лже-Таврин был уже командиром роты. Но ему, как говорится, на хвост сели особисты. 29 мая 1942 года Таврина вызвал на беседу уполномоченный особого отдела полка и прямо спросил: не носил ли тот раньше фамилию Шило? Беглый картежник, конечно, отказался, но понял, что рано или поздно его выведут на чистую воду. В ту же ночь Таврин бежал к немцам.
Несколько месяцев его перебрасывали из одного концлагеря в другой. И вот однажды в "зону" прибыл помощник генерала Власова, бывший секретарь райкома ВКП(б) Москвы Георгий Жиленков - вербовать пленных для службы в РОА. Таврин сумел ему приглянуться и вскоре стал курсантом разведшколы абвера. Связь с Жиленковым продолжалась и здесь. Именно этот секретарь-расстрига подбросил Таврину идею теракта против Сталина, которая заинтересовала немецкое командование. В сентябре 1943 года Таврина направили в распоряжение начальника особой разведывательно-диверсионной команды "Цеппелин" Отто Крауса, который лично руководил подготовкой агента к важному спецзаданию.
Сценарий теракта, по версии следствия, предполагал следующее. Таврин с документами майора "СМЕРШа", Героя Советского Союза, инвалида войны проникает на территорию Москвы, обосновывается там на частной квартире, связывается с руководителями антисоветской организации "Союз русских офицеров" генералом Загладиным из управления кадров наркомата обороны и майором Палкиным из штаба резервного офицерского полка. Совместно они ищут возможность проникновения Таврина на какое-либо торжественное собрание в Кремле, на котором бы присутствовал Сталин. Там агент должен был выстрелить в вождя отравленной пулей. Смерть Сталина стала бы, как предполагалось, сигналом для высадки на окраине Москвы большого десанта, который бы захватил "деморализованный Кремль" и поставил у власти "русский кабинет" во главе с генералом Власовым.
На случай, если Таврину не удастся проникнуть в Кремль, он должен был устроить засаду на пути следования автомобиля со Сталиным и взорвать его с помощью упомянутого устройства "Панцеркнаке", способного пробить броню толщиной в 45 миллиметров.
Для того чтобы обеспечить достоверность легенде об инвалидности "майора "СМЕРШа" Таврина", агенту сделали операцию на животе и ногах, обезобразив их рваными шрамами.
За несколько недель до переброски Таврина через линию фронта его дважды (как следует из материалов) лично инструктировал генерал Власов и трижды - известный фашистский диверсант Отто Скорцени.
ЖЕНСКИЙ ФАКТОР
С самого начала предполагалось, что операцию Таврин должен провести в одиночку. Но в конце 1943 года в Пскове, где располагался штаб "Цеппелина", он познакомился с Лидией Шиловой, и это обстоятельство внесло коррективы в сценарий операции.
Лидия - молодая красивая женщина - до войны работала бухгалтером в жэке. Во время оккупации, как и тысячи других, отбывала трудовую повинность по разнарядке немецкого коменданта. Поначалу ее направили в офицерскую прачечную, потом в швейную мастерскую. Вышел конфликт с одним из офицеров. Он предлагал Лидии разделить с ним постель, а она не могла пересилить омерзение к нему. Фашист в отместку добился того, что Шилову стали посылать на лесозаготовки. Хрупкая и не подготовленная к такой работе, она таяла на глазах. И тут случай свел ее с Тавриным. В беседах наедине он поносил немцев, обещал помочь освободить Лидию от тяжелых работ. В конце концов предложил выйти за него замуж. В то время она не знала, что Петр - немецкий шпион, а позже он ей сказал об этом и предложил такой план. Она оканчивает курсы радистов и вместе с ним переходит линию фронта, а на советской территории оба затеряются и с немцами прервут всякую связь. Война идет к концу, фашистам будет не до того, чтобы мстить беглым агентам. Лидия согласилась. Впоследствии в ходе следствия было установлено, что она совершенно не знала о террористическом задании Таврина и была уверена в том, что он не собирается работать на немцев на советской территории.
Судя по следственным и судебным материалам, это похоже на правду. Чем иначе можно объяснить то, что вооруженный до зубов Таврин не оказал сопротивления при задержании, к тому же оставил в самолете и "Панцеркнаке", и рацию, и многие другие шпионские принадлежности?
РАСПЛАТА
После ареста Таврина и Шиловой чекисты разработали радиоигру под кодовым названием "Туман". Шилова регулярно поддерживала двустороннюю радиосвязь с немецким разведцентром. Этими радиограммами чекисты "туманили" мозги сотрудникам немецкой разведки. Среди множества ничего не значащих телеграмм была и такая: "Познакомился с врачом - женщиной, имеет знакомых в Кремлевской больнице. Обрабатываю". Были и телеграммы, в которых сообщалось о выходе из строя батарей для радиостанции и о невозможности достать их в Москве. Просили о помощи и поддержке. В ответ немцы благодарили агентов за службу и предлагали объединиться с другой группой, находившейся в нашем тылу. Естественно, эту группу вскоре обезвредили...
Последнее сообщение, отправленное Шиловой, ушло в разведцентр 9 апреля 1945 года, но ответа получено не было: приближался конец войны. В мирные дни предполагалось, что на конспиративную квартиру Таврина и Шиловой выйдет кто-либо из оставшихся в живых бывших сотрудников немецкой разведки. Но так никто и не пришел.
1 февраля 1952 года в закрытом судебном заседании Военной коллегией Верховного суда СССР без участия гособвинения и защиты было рассмотрено уголовное дело по обвинению Шило Петра Ивановича и его жены в измене Родине. Обвиняемых приговорили к исключительной мере наказания - расстрелу. Ходатайства о помиловании Президиум Верховного Совета СССР отклонил. Приговор в отношении Шило-Таврина приведен в исполнение 28 марта 1952 года, в отношении Шиловой - 2 апреля...
В отношении Шиловой сегодня приговор представляется "неадекватным". "Все эти годы оккупации, - написала она в своем последнем заявлении, - я мечтала о родной земле и родных людях. Я не жалею о том, что прилетела. Если нужно будет умереть, умру, но зато буду знать, где умерла и за что. Прошу об одном: предоставить мне возможность разделить судьбу с мужем, какова бы она ни была. Я верю в то, что с момента вступления на родную землю он ничего бы не сделал против Родины".
Тогдашние судьи не стали разделять судьбы этих совершенно разных людей, хотя он был, если судить по материалам, врагом и государственным преступником, а она - просто слабой женщиной, беззащитным мотыльком, сгоревшим в огне войны...


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников