02 декабря 2016г.
МОСКВА 
-5...-7°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

СОВЕТНИК ЧАН КАЙШИ

Пронин Александр
Опубликовано 01:01 11 Марта 2000г.
Недавно в архиве Службы внешней разведки РФ рассекречено дело на обер-фюрера СА Вальтера Стеннеса - достаточно высокопоставленного функционера из окружения Гитлера, бывшего заместителя вождя штурмовиков Эрнста Рэма, а впоследствии политического советника китайского президента Чан Кайши. Оказывается, с 1939 года он работал советским агентом под псевдонимом "Друг" совместно с такими известными разведчиками, как Рихард Зорге, Василий Зарубин, Николай Тищенко...

ЗУБНАЯ БОЛЬ ГИТЛЕРА
Вальтер Мария Стеннес - отпрыск известного германского аристократического рода - в 1923 году случайно познакомился с Гитлером, сблизился с ним, вступил в НСДАП и стал одним из организаторов штурмовых отрядов нацистской партии. Теплые отношения с фюрером у Стеннеса длились недолго. Вскоре он стал постоянной зубной болью Гитлера.
Будучи родственником высокопоставленных особ - канцлера Веймарской Республики в 1930-1932 годах Генриха Брюнинга и кардинала-епископа Кельна, Стеннес стал претендовать на определенную самостоятельность в партии. Установил по собственной инициативе связи с руководителями центристских партий Германии и католическими кругами. И даже взбунтовал в 1931 году часть штурмовиков.
В конце концов Стеннеса в 1934 году отправили с глаз долой в Китай для работы военным и политическим советником при штабе главы гоминьдановского режима Чан Кайши. Вальтер вскоре сумел завоевать почти безграничное доверие китайского генералиссимуса, стал не только его политическим советником, но и руководителем службы личной охраны и разведки. Однако работать в этом качестве на Гитлера Стеннес не захотел, а начал искать контакты с советской разведкой.
"ДРУГ" ВЫХОДИТ НА СВЯЗЬ
В один из январских дней 1939 года сотрудник шанхайской резидентуры внешней разведки НКВД Николай Тищенко на конспиративной встрече с агентом "Генрихом" - одним из немецких военных советников при штабе вооруженных сил гоминьдановского режима - узнал, что в контакт с советским представителем хотел бы негласно войти начальник личной охраны и разведки Чан Кайши Вальтер Стеннес.
В тот же день из Шанхая ушла в Москву шифротелеграмма: "Прошу проверить Вальтера Стеннеса по учетам Центра и высказать ваши соображения о целесообразности установления с ним контакта".
На Лубянке шифровка Тищенко вызвала большой интерес. Оказывается, Стеннеса здесь давно рассматривали как одного из вероятных лидеров антигитлеровской оппозиции. С личной санкции начальника внешней разведки Павла Фитина 14 марта 1939 года Тищенко встретился со Стеннесом.
- Моя главная цель - свергнуть Гитлера и создать демократическую Германию, но не коммунистическую и не социалистическую, - заявил Стеннес. Он рассказал о том, что когда-то поддерживал политику НСДАП, но теперь разочаровался в идеалах национал-социализма и в полной мере сознает, в какую пропасть влечет за собой немцев Гитлер.
- Как руководитель разведки Чан Кайши я обмениваюсь информацией с резидентами разведок США, Англии и Франции, - признался Стеннес. - Я мог бы на джентльменской основе делиться сведениями и с Советским Союзом...
Изучив стенограмму беседы Тищенко со Стеннесом, Фитин принял решение на вербовку агента под псевдонимом "Друг". С начала вооруженного конфликта на Халхин-Голе летом 1939 года советская резидентура сориентировала его на добывание сведений по Японии и ее вооруженным силам, начавшим вторжение в Монголию. Стеннес предоставил ряд важных данных о японской 6-й армии, противостоявшей советско-монгольским войскам.
В июле 1939 года в Китай приехал назначенный чрезвычайным и полномочным послом СССР (и одновременно главным резидентом НКВД) Александр Панюшкин. Сталин поставил перед ним задачу - любой ценой удержать центральное правительство Китая (то есть режим Чан Кайши) на позициях активного сопротивления японской агрессии. Стеннесу удавалось эффективно содействовать Москве в решении этой задачи.
Зимой 1941 года по личному распоряжению Берии для встречи с "Другом" в Шанхай приезжал известный ныне разведчик Василий Зарубин. Стеннес сообщил, что, по его сведениям, выступление Германии против СССР полностью подготовлено в военном и экономическом отношении и намечено на конец мая - начало июня 1941 года. Как известно, то же самое сообщал в Москву и "Рамзай" - Рихард Зорге, поддерживавший отношения со Стеннесом и обменивавшийся с ним информацией. От "Друга" в конце января 1942 года в Москве впервые узнали об аресте Зорге и его группы. А ранее в критические дни осени 1941 года, "Друг" (как и "Рамзай") информировал Москву, что Токио пока воздержится от нападения на СССР.
Всю войну Стеннес снабжал советскую разведку важной оперативной информацией, умело противодействовал попыткам немецких дипломатов и разведчиков подтолкнуть Чан Кайши к капитулянтскому миру с Японией. Не случайно Шелленберг в мемуарах вынужден был признать тщетность всех попыток найти компромисс между Токио и Чунцином (сюда переместилось центральнокитайское правительство). Некий невидимый противник каждый раз срывал паутину тонких интриг, которую плели немецкие спецслужбы вокруг генералиссимуса по заданию фюрера и Гиммлера. Не отставал от них в коварстве и Чан Кайши - чтобы получить передышку, он всеми силами пытался спровоцировать столкновение Японии и СССР. Парадокс состоял в том, что организацией исполнения этих замыслов в большинстве случаев занимался человек, заинтересованный в их провале, ставивший в известность о предательских уловках Чан Кайши представителя Москвы Александра Панюшкина.
ПОЛЕЗЕН, НО ИДЕОЛОГИЧЕСКИ ЧУЖД
20 декабря 1941 года разведслужба НКВД представила руководству аналитическую записку, в которой фамилия Стеннес фигурировала в числе лидеров антигитлеровской оппозиции. Отмечалось, что он связан с бывшим начальником генерального штаба Германии генерал-полковником Людвигом Беком (тем самым, кто благословил полковника Штауффенберга организовать покушение на Гитлера в Растенбурге 20 июля 1944 года). В 1942 году Фитин докладывал, что "Друга" стоило бы переправить в СССР, однако тогда сочли, что в Шанхае и Чунцине он нужнее. В конце войны в Центр поступила шифровка из Китая, в которой предлагалось включить Стеннеса в деятельность антифашистских организаций, созданных в СССР. Но некий высокий чин НКВД, не оставивший своей подписи, на документ наложил резолюцию: "Он уже не такая крупная фигура, чтобы его местопребывание влияло на политику и взаимоотношения государств".
После войны Стеннес продолжал выполнять задания советской разведки в Китае. В 1947 году "Друг" на встрече с оперработником шанхайской резидентуры Роговым, курировавшим его, доложил, что американцы предложили работать на них во вновь создаваемой немецкой разведке (будущая БНД Рейнгардта Гелена). Стеннес спрашивал разрешения на ведение двойной игры. Это давало Москве прекрасный шанс внедрить сильного "крота" в центр западногерманского шпионажа, но им почему-то не воспользовались. Москва не ответила "Другу" ни "да", ни "нет".
В начале 50-х годов Стеннес все-таки приехал в Германию и поселился у сестры в английской зоне оккупации. Жена получила крупное наследство, и Стеннес снова с головой ушел в политику. С конца 1951 года он стал издавать на свои средства информационный политический еженедельник, рассчитанный на крупных промышленников и банкиров.
В начале 1952 года Стеннес вновь связался с советской резидентурой, доложив о готовности продолжать сотрудничество и ставить Москву в известность о деятельности БНД. С ним состоялось несколько зондажных встреч. Однако планы Стеннеса - возрождение сильной Германии, хотя бы и демилитаризованной - в Москве были восприняты отрицательно, тем более что бывший соратник Гитлера и братьев Штрассеров продолжал заявлять о своем неприятии коммунистической идеологии. В 1952 году по указанию из Центра контакты со Стеннесом были прекращены. Москва не только отказалась от ценного источника информации. Она, по сути, отвергла своего агента влияния, союзника, обладавшего политическим весом и на деле доказавшего надежность. Таков, увы, отнюдь не героический финал одной из в целом блестящих операций советской разведки.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников